Омега - Андрей Валентинов

В глаза плеснула тьма, и я глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Отсутствие результата – тоже результат, отсутствие ясности – тоже ясность. По крайней мере, отчасти.

Ничего, разберусь!

Сзади знакомая метеостанция, впереди – черная пустыня Караби. В кармане штормовки – полупустая пачка «Ватры», на часах («Командирские», с полузабытыми светящимися цифрами) – без четверти десять вечера. 17 августа 2004 года, день в день, час в час. Глубина Погружения – ноль целых, ноль десятых.

В комнате все еще спорят, того и гляди, за грудки хвататься начнут. Оказывается, искать крымские леи – целая проблема. Мне бы такую!

С непривычки «Ватра» показалась набитой перцем. Как я мог эту дрянь курить? Где ты, красный «Атаман», боевой товарищ!

– Можно я тоже?

Наглая девица по имени Анна неслышно подкралась сзади. Я невольно вздрогнул.

– Можно? Можно чего?

Маленькая ладонь еле заметно коснулась моего плеча.

– Ну… Покурить. Я сегодня еще не курила. Честно!

От удивления я чуть не прошипел: «Низ-з-я!», но вовремя спохватился. Кажется, он (который здесь вместо меня), держит эту, с кольцом в носу, в черном теле. И правильно!

– Можно. Только одну.

Пришлось вновь доставать зажигалку – сигареты она захватила с собой. Как выяснилось, соплюха предпочитает не «Ватру», а зеленый «Вог». Губа не дура! Спросить, кто она, и какого черта тут делает? Нельзя, не стоит подводить напарника.

А парень, видать, из педофилов! «За педофилию», братец, это не тост, а статья.

– Вчера ты так и не ответил. Возьмешь меня в Харьков? На пару дней всего?

Вновь пришлось кусать себя за язык. Кажется, у напарника не все с девулей просто. И что делать? «Да» и «нет» не говорить?

– Посмотрим.

– Опять!

Топнула ногой, засопела, надула губы. Мы, оказывается, с характером!

– Конечно! Жена узнает и не одобрит. Ты у нас образцовый семьянин и отец! Тогда зачем ты меня нашел, скажи?

Вот прямо сейчас и скажу! И куда я влип? Экспедиция, конечно, прекрасно, Длинные Стены – тоже…

– Сначала спустимся в Рыбачье и найдем там Юсуфа. Начнем с бастардо, а потом – что кому понравится. Рекомендую пино-гри. И каждый вечер – по две порции шашлыка. Двойные!

– А?! Но… Ты же не пьешь!

Вот так! Удивил – победил. Жаль, ясности почти не прибавилось. Что у меня здесь за жизнь? Курю «Ватру», не пью бастардо, с малолеткой спутался! 17 августа, тот же день, тот же час, не Погружение, что-то иное…

– Анна!

Взгляд – удивленный, встревоженный. Не так!

– Аня…

Кажется, угадал. Улыбнулась, потерлась щекой о мою штормовку. Сюси-пуси!

– Аня! Этот парень, смотритель станции. Его зовут Володя?

Моргнула, поглядела непонимающе. Опять не так?

– Конечно! Ты же сам рассказывал. Вы знакомы уже лет пятнадцать.

Верно, знаком.

Не Погружение. Тогда что?

ФАЙЛЫ ИЗ НОУТБУКА

100.

«Факты» уже писали о том, что 28 января 2000 года на плато Караби в Крыму пропал без вести 40-летний техник-метеоролог Владимир Серебряков. Можно только предполагать, что с ним произошло. Владимир был человеком терпеливым, никогда не жаловался, но его друзья и родители знали, что иногда у него болело сердце. Серебряков мог расслабиться и присесть отдохнуть в небольшом лесочке, который пересекает дорога. А сон в таких случаях (зима, сильный мороз) почти верная гибель. На пути к метеостанции имеются два глубоких котлована, первый начинается восьмиметровым обрывом. Владимир мог забыть об их существовании и пойти напрямик…