Библиотекарь рун. Том 2 - Ким Савин

Через несколько минут курьер сообщил, что все готово и он готов ассистировать. Алтеус вызвался провести операцию по отсечению прижженной зоны на культях. Два маленьких воздушных серпа — решили задачу. А наш ассистент только внимательно осмотрел культи, пояснив, что уточняет размеры.

— У вас низкая чувствительность, но может дать тебе деревяшку закусить? Все-таки, не занозу вытаскиваем, — спросил я на всякий случай у Маркони.

— Это лишнее, Знающий, — спокойно ответил связист, похрипывая через свой голосовой резонатор. — Для нас это обычная процедура. Самое неприятное — это осознавать потерю функциональности. И желательно сохранить примерно — прежние размеры, чтобы не привыкать к новой моторике. В крайнем случае, всегда можно провести коррекцию.

Ронять свое реноме совсем уж на пол не хотелось, превращая Маркони в кособокого Франкенштейна. Про «приживление» конечностей я уже «почитал» в дороге материалы из кристалла. Подбор размера «протезов» — был настоятельной рекомендацией. Хорошо еще, со слов Примуса, на каждого автоматона База имела персональную «диагностическую карту». Только вот вместо прямого использования Концептов — сами стройбатовцы для подобных операций использовали специальный органический «бульон» и некое подобие автоклава. А в сложных случаях — им проще было «запрограммировать» новое тело.

Сознание, пусть и ограниченное у любого Поводыря, полностью не переносилось. Из «старого» тела изымался кристалл, кое-какие участки тканей мозга (до этого еще не дочитал!). Изъятое — использовалось в «новых поколениях» автоматонов из резерва тел. Теоретически, можно переносить и накопленный опыт, но не хватало оборудования, а создать новое строители сами не смогли. Ладно, сейчас перепроверим замеры и…

Вжить! Вжить! Сначала я подумал, что мне мерещится… Молчаливый автоматон вытянул вперед оголенные руки, а курьер, немного поводив над целью появившимся в его руке аналоге кукри, в два резких замаха отсек своему напарнику обе конечности. Шлепнулись они на специально расстеленную холстину. Спрятав с безмятежным видом модный ножик в свои одежды, курьер-хирург деловито натянул себе на кисть подобие кольчужной перчатки, подошел к костру, поднял оттуда раскаленную полосу металла и прижег культи нового инвалида.

— Знающий, у нас все готово. С размерами не ошиблись. Можем начинать. — отчитался трансплантолог-передовик.

— Это что за …! — вырвалось у меня.

— Кхм. Кхм. А я еще думал, может сегодня Эвану показать, к чему стремиться в науках… — поддержал меня Алтеус.

— Тебе нужна была практика и оставить специалиста по дальней связи здесь — без замены. Все по плану. На базе проведут такую же операцию восстановления с этим автоматоном, - хирург кивнул на своего… носителя органов. — Он из числа умеренно поврежденных в последних событиях, но базовые установки сохранились.

Маркони мне был действительно еще нужен, но не для связи, а для анализа автоматонского метода приема-передачи сигнала — на действующем «образце». Но вот способ транспортировки органов… А чего я хочу от роботов, собственно? «Дикарей» прекратили «заготавливать» в качестве «основы» для Поводырей — уже хорошо.

В итоге, Маркони уложили на расстеленное одеяло, под обрубки рук запасливый курьер-медик подложил костяные пластинки с ремешками (мне — наука!), куда просунул и «донорские» конечности. А я начал запитку диагностических и целительских Концептов от боевых кристаллов. Положение «стыкуемых» объектов контролировал курьер под внимательным присмотром Алтеуса…

М-да, над системной «записью» моей первой операции мне предстояло провести в ближайшем будущем немало медитаций, чтобы разобраться по шагам — «что ж я сделал-то». «Пришивание» собственной ноги на поле битвы было именно восстановлением целостности — в соответствии с моим информационным или генетическим кодом. Попытка повторить то же самое и здесь — могла (в теории!) привести к появлению трех «целых» тел. Одного Маркони и двух клонов Поводыря-донора. Ну, если б была более продвинутая версия Аспекта и в разы больший Источник. Но вырастить даже одну целую руку — мне пока было тяжеловато, по своим ощущениям и подсказкам Системы.

Волевой посыл Восстановлению был именно на сращивание — и основные затраты магии пришлись на «подгонку» информструктуры донорской руки под «код» Маркони. В общем, если что-то отрубили — главное, уносить все свое с собой! Если откушенное проглотили — изъять и унести! А то результат не гарантирован! Наверное, мне еще повезло, что связист — не совсем живой, да и «общие» программы имел с донором в своих «черных кубиках» сознания. Иначе, могла и магия у меня в процессе закончится, а у Маркони какие-нибудь тентакли получились бы. Терциус бы исправил, конечно… новым донором. Зато теперь у меня был необходимый опыт и много данных для анализа. На живом человеке уже такой ошибки не повторю! А случаи — они разные, увы, бывают.

Финал операции ознаменовался шевелением новых пальцев автоматона.

— Знающий, благодарю, я полностью функционален, — с неуловимой новой ноткой в голосе сообщил мне Маркони.

— Это я тебе благодарен — за опыт, — устало махнул я рукой на жертву своего научного любопытства.

А на обратной дороге мэтр долго разглаживал в молчании свою бородку, а потом изрек, ехидно улыбнувшись:

— Ничего не понял. Пусть я и не целитель, и не химеролог, но…Так на какие острова твоего дядю уговаривать нужно переехать, ты говоришь?

* * *

Проблемы и тревоги утомили уже всех моих близких. Поэтому за ужином общий разговор крутился вокруг совместных развлечений Элейн и Эдны. Рыжика и… Рыжей! Муэро сотворила самой кузине какую-то сложносочиненную прическу с несколькими «змейками» косичек и подыграла ее желанию «поделиться» огненной красотой.

А когда все разошлись по опочивальням, я опять проник в комнату к своему хамелеончику. Рыжая экс-блондинка самую малость вредничала и никак не могла закончить сови дела и присоединиться ко мне на ложе. Оперирование автоматона потому что ей не показали. Эдна была в хорошем настроении, но и желание меня подразнить явно присутствовало. В легком халатике она перемещалась по своим покоям, то перекладывая вещи с места на место, то проверяя, не забыла ли она какой-то жизненно необходимый флакончик.

Ее новый «образ» притягивал своей необычностью, хотя и у «обычной» блондинки с притяжением все было отлично. Я уже собирался встать и… помочь быстрее разложить все и всех по правильным местам, как Эдна чихнула в пудреницу (доигралась, кошка!) и подняла небольшое облачко розоватого дыма. А мои мысли перескочили на другой розоватый порошочек:

— Милая, а ты, как маг Жизни, не слышала часом, сколько стоит лечение от мужского бессилия?

(Музыкальная тема 20-й главы: Jimmy Eat World — Pain)