Ведьмина поляна - Василий Головачев

– Капитан, как укреплена гавань? Кто её охраняет?

Подводник ошалело посмотрел на него.

– Шъёрт побъери, – засмеялся Александр, припомнив легендарный фильм «Бриллиантовая рука».

Максим усмехнулся, понимая, что хотел сказать друг.

– Что молчишь?

– Ай эм майн дурр…

– Точно, дурак! – снова захохотал Сан Саныч.

Максим повторил вопрос о флоте и обороне гавани.

Ответ Карла показал, что смысл вопроса дошёл-таки до него. Из его объяснений, прозвучавших на диком суржике, по мнению Максима, объединившем английский, русский и греческий языки, выходило, что основой флота Немки и в самом деле являлись лопотопы, хотя в гавани присутствовали и надводные суда двухкорпусного и даже трёхкорпусного типа, несущие на борту самые настоящие пушки. Правда, чем стреляли эти пушки, осталось невыясненным. Карл упорно повторял – бестерватер, бестерватер, но так и не смог объяснить росичам и россиянам, что это такое.

– Спроси его, есть у них системы контроля акватории? – предложил Сан Саныч.

Максим повторил вопрос Александра по-английски.

Капитан, запинаясь, долго и косноязычно рассказывал о защите порта, то и дело стирая клетчатой тряпицей пот с землистого лица.

По его словам выходило, что Немка имеет два локатора, работающих на инфразвуке, а также поисковую гидроакустическую систему, прослушивающую весь залив. Известие о применении выродками инфразвуковой локации навело Сан Саныча на мысль о краже их технических секретов.

– Может быть, ты прав, – согласился с другом Максим, – поработала разведка выродков. Хотя и у них могли найтись умные головы, догадавшиеся в здешних условиях взять на вооружение местные законы физики.

– У них и в самом деле есть локаторы?

– Это мой перевод. Капитан сказал – «voise distanse reducer», что можно перевести как «звуковой сокращатель расстояний». Чем тебе не инфразвуковой локатор? Надо готовиться к встрече, нас наверняка уже засекли.

– Каким образом?

– Да хотя бы теми же гидроакустическими аппаратами.

Предвидение Максима превратилось в реальность уже через минуту.

От левого пирса гавани двинулся в сторону лопотопа бочкообразный «сторожевик», а совсем рядом из воды вынырнул «моржовый» бугор болотоплава.

– Всплываем, пока не потопили! – приказал Могута.

– Не выходите всей командой, – посоветовал Максим. – Заметят, что вы не подводники, и откроют огонь!

– Мы кое-что приготовили, – усмехнулся бородач.

Пока подлодка всплывала, он переоделся и, появившись в рубке вместе с Малятой, наделал переполоху. Костюм он избрал, точно копирующий облик хладуна!

– М-мать вашу! – восхитился Сан Саныч, опуская карабин.

Малята оценил его реакцию, скептически изогнув губы.

Могута-хладун поманил рукой капитана:

– Идземо, буш адказавац пытання аховы.

Лодка выдвинула трап, на который ступили Карл и Могута-хладун.

– А нам что делать? – спросил Александр.

– Будем действовать по обстановке, – ответил Максим. – Приготовь на всякий случай гранаты.

– Хорошая мысль! – Военком вытащил из карманов на штанах две «лимонки», одну сунул другу, взял карабин, и оба подошли поближе к трапу, став таким образом, чтобы извне их не было видно. Малята потоптался за их спинами, однако советовать ничего не стал.

К болотоплаву подошёл пузатый «сторожевик» размером с российский катер «Раптор». На носу и корме судна виднелись две мортиры калибра примерно сантиметров тридцать, а из бортов торчали два десятка стволов поменьше, возможно, пулемётных. На палубу судна вылезла троица в чёрно-синих мундирах с роскошными эполетами и золотыми цепями через грудь. Один из них, обладающий расплывшейся чуть ли не на полметра жирной физиономией, что-то пролаял.

Карл перевёл его слова Могуте.

О чём они говорили, Максим не расслышал, пожалев о своём неудачном расположении.

Офицер «сторожевика» снова заговорил.

Карл что-то пролепетал в ответ.

Носовая мортира вдруг повернула ствол к трапу.

– Ч-чёрт! – прошептал Александр, беря карабин на изготовку.

– Не психуй! – остудил его Максим.

– А если нас раскроют?

– Успеем ответить.

Максим подумал и достал глушар. «Пестик» стрелял бесшумно, что в данный момент было важно.

Толстомордый представитель команды «сторожевика» заверещал, размахивая руками, как крыльями.

Карл заверещал в ответ.

Перепалка длилась до тех пор, пока не шевельнулся «хладун». Он шагнул вперёд, надувая зоб.

Поток слов мгновенно стих.

Троица моряков попятилась к мостику.

Карл проговорил длинную неразборчивую фразу.

Троица начала совещаться, затем толстяк ответил, потыкав пальцем в пристань, и переговорщики исчезли в люке.

Приблизившаяся к болотоплаву подлодка начала возвращаться к пристани.

«Сторожевик» тоже отодвинулся.

Сан Саныч выдохнул.

– Пропустили, кретины!

Карл и «хладун» вернулись в подлодку.

Могута скрылся в матросском кубрике, вернулся в рубку в своём колонтаре. На широком лице ни чёрточки беспокойства.

– Идземо до прычалу, – ответил он на вопросительные взгляды пассажиров. – Воны поверилы.

– Где Любава?

– Нидзе атвета ниякого, эфтот трюлен значимец не знат.

– Плохо!

– Каков наш план? – спросил Сан Саныч.

– Будзем высвятляц, де трымають Любаву.

– А дальше?

– Захопимо тюрму и сбягим! – торопливо проговорил Малята.

Командир отряда поморщился, глянул на Максима исподлобья.

– Ёсц идэи?

Максим, не ожидавший стать советником Могуты, ответил не сразу.

– Всё будет зависеть от того, где прячут Любаву и какова охрана.

– Для открытой атаки нас слишком мало, – добавил Александр. – Да и вылазку можно будет сделать, лишь когда стемнеет.

Росичи в рубке переглянулись.

– Трэба послац к Любаве ганца, – буркнул Малята.

– Сначала надо найти, – укоризненно сказал Сан Саныч.

– Идземо к пирсу! – приказал Могута, подтягивая к себе окуляр перископа.

Болотоплав пошёл к берегу, то и дело натыкаясь на хвосты водорослей и грязи, скопившейся на акватории гавани. В этих огромных кучах встречались не столько природные остатки, сколько пластиковые бутылки, банки, бумажные с виду комки, отходы бытовой химии и других производств, что подтверждало вывод Хороса о колоссальном вреде экологии этого мира, создаваемом еуродской «цивилизацией».