Достать Навигатора - Михаил Ежов

Алло, — проговорил он в трубку буквально через пару секунд. — Мацуо-сан? Приветствую. Нашли? Ну, так поторопитесь, сроки истекают. Да, понимаю. Не испытывайте моё терпение, Мацуо-сан. Делайте, что вам говорят, и делайте хорошо! — бросив трубку, Хаттори Дэйки откинулся в кресле и пошарил по карманам в поисках жвачки. — Идиот! — раздражённо прошипел он, нащупав, наконец, пачку. — Откуда такие берутся?

Глава 45

Первым, кто встретил меня после отлучки, был, естественно, Исама. Он названивал мне всё время, пока я отсутствовал, но телефон мне вернули только перед тем, как высадить из машины. Расположения штаб-квартиры клана я не знал до сих пор, ибо доставили меня к дому с завязаными глазами. Так что, поднимаясь на свой этаж, я набрал Исаму, и тот уже ждал меня на площадке, когда двери лифта открылись.

— Кенджи! — приятель бросился ко мне и заключил в крепкие объятия. — Где ты пропадал?!

— Спокойно, дружище! — отозвался я, даже не пытаясь вырваться. — Всё нормально, как видишь.

Исама отстранился.

— Куда ты подевался?! — спросил он.

— Были дела. Личные.

— Ты пропустил занятия и даже не предупредил никого.

— Так получилось.

— Ты был болен?

— Нет, говорю же: личные дела.

Исама понял, что ничего не узнает, и его лицо приняло разочарованное выражение. Но наставивать он не стал. Этикет не позволял лезть в приватное пространство даже друзей, если они предпочитали помалкивать.

— Ладно, рад тебя видеть. Я уже начал всерьёз волноваться.

— Зайдёшь? — предложил я, отпирая дверь.

— Конечно. Хочешь пива? У меня есть, могу притащить.

— Да у меня самого имеется.

Мы вошли в квартиру. Я быстро окинул её взглядом, пока мы шли на кухню. Кажется, ничего не тронуто. Но позже надо будет всё осмотреть получше. Даже самые надёжные замки можно вскрыть. Поэтому я и не храню дома ничего компрометирующего, так сказать.

— Как дела в менториуме?

Исама взял у меня протянутую бутылку пива, скрутил крышку и сел на стул.

— Нормально. Что ему сделается?

— Про меня страшивали?

— А как же? — Исама заметно погрустнел. Даже вздохнул, глядя в сторону. — Рико-сан тебе пыталась дозвониться раза три.

При упоминании старосты мой приятель снова тяжко вздохнул.

— Что-то не так? — спросил я, тоже открывая пиво. — Ты какой-то сам не свой.

Вдруг Исама всхлипнул. Когда он повернулся ко мне, по его щекам катились слёзы.

— Да что такое?! — настороился я. — Умер, что ли, кто–то?!

Исама отрицательно мотнул головой.

— К счастью, нет! — просипел он и разрыдался.

Я смотрел на него в полном недоумении.

— Кенджи, она меня не любит! — выдал вдруг между всхлипываниями Исама. — Сказала, что у нас ничего не получится!

— Кто?! — опешив, спросил я.

— Рико-сан!

И кухня наполнилась протяжными рыданиями. Пришлось ждать пинуты три, пока Исама немного успокоится и сможет говорить. Сбивчиво он поведал мне, как подкатил к старосте, в которую, оказывается, был влюблён уже неделю, и как она решительно отвергла его. Всё это перемежалось восхвалениями красоты и обаяния Рико-сан.

Я слушал, не перебивая и потягивая пивко. Слёзы Исамы меня уже не удивляли. В Японии этого мира считается, что мужчина может плакать в трёх случаях: от стыда, при созерцании совершенства и от любви. Так что у моего соседа имелся объективный повод заливать слезами кухонный стол. Наверное, многие даже сочли бы его истерику прекрасной и посвятили её пару хокку.

Дослушав Исаму и дождавшись, пока он замолчит, перейдя на тихие всхлипывания, я сказал:

— Сочувствую тебе, дружище. Но, может, ещё не всё потеряно. Она объяснила, почему тебя отвергла?

Исама кивнул.

— Сказала, её сердце принадлежит другому.

— Кому?

— Не знаю!

— Ты не спросил?

— Спросил. Она ответила, что это не моё дело.

— Ну, так и есть, конечно.

Исама вновь разразился рыданиями.

— Ладно, успокойся. Соберись. Может, тот, в кого влюблена Рико-сан, ей взаимностью не отвечает.

— Это неважно. Она будет любить его тайно.

А, ну да. Безответная любовь — это же, по местным меркам, так прекрасно! Какая девушка откажется от неё? Бедный Исама.

— Надо выяснить, кто ей нравится, — сказал я. — Если парень не влюблён в твою зазнобу, может, удастся уговорить его заставить Рико-сан разлюбить его.

Исама уставился на меня с непониманием.

— Как это?

— Ну, вдруг он пойдёт тебе навстречу? Станут вести себя с ней грубо, например. И она в нём разочаруется.

— Но с какой стати ему обижать Рико-сан? Она ж ему ничего плохого не сделала.

— Чтобы она поняла, что ты гораздо лучше.

Исама нахмурился.

— Несправедливо обижать Рико-сан. Я не хочу, чтобы она расстраивалась из-за того, кого любит.

Какие же тут все щепетильные!

— Тогда даже не знаю, что тебе посоветовать. Наверное, только посочувствовать остаётся.

Пришлось выслушать новые рыдания. Потом мы допили пиво. Исама немного успокоился.

— Мне нужно обрести гармонию, — заявил он, вставая. — Спасибо, что выслушал, Кенджи-кун.

— Да не за что. Обращайся.

— Я пойду. Встретимся завтра утром.

— Да. Не забудь убедиться, что я вовремя встал.

Исама грустно улыбнулся.

— Обязательно, Кенджи. Мы же вместе ездим на занятия.

Он ушёл, вероятно, рисовать иероглифы, чтобы претворить любовное страдание в прекрасную грусть. А я переоделся в лёгкое кимоно и сделал комплекс физических упражнений. Затем отправился в ванную принять душ.

Мне тоже не мешало бы обрети гармонию. События стремительно менялись, превращаясь в снежный ком. Учёба, якудза, тайные кланы, ястребы и так далее — всё это делало мою новую жизнь всё интереснее, но и опаснее. К счастью, я не искал покоя.

Выбравшись из душа, я вытерся, глядя в зеркало. Немного осунулся за последние дни, но это ерунда. Главное — надо попаботать с энергией Кава-Мидзу. Я должен научиться контролю. Если всё пойдет, как надо, можно будет брать Ци прямо оттуда и прокачивать узлы в разы быстрее, чем прежде.

Я уже собирался выйти из ванной, когда мне показалось, что с моими глазами просходит что-то странное. Приблизив лицо к зеркалу, я увидел, как белки заполняются алым сиянием. Похоже, активировался магический паразит! Но с какой стати? Перейдя в режим