Медальон - Владимир Бит

чтобы подчинить их. Спустя какое-то время появился тот парень, которого я отправил за ключами и семьёй Фернандес. Он указал на то, как они и ещё два моих бойца прорываются к нам. Вскоре и Лев добрался до меня, и мы развернули заграждение, возле входа втянув в него отца и дочь Фернандес. Отдышавшись, Ана Мария стала перебирать ключи в попытках открыть дверь. Она кричала при этом на тех, кто был по ту сторону, чтобы они перестали заниматься ерундой, так как дверь при любом случае им сломать не удастся. В конце концов, дверь была открыта, и мы всей толпой вломились в неё, распахнув настежь. Попадая в окружение бойцов семьи Фернандес.

Я поднялся на ноги, и меня встретило остриё меча, уткнувшегося в мою шею. Ана Мария подлетела к бойцу и отрезвила его ударом по лицу, что-то выкрикнув в придачу. А затем она и Лев начали командовать обороной нашего отступления к чёрному выходу замка. Подчинённых мной людей, часть бойцов семьи Фернандес и ещё несколько залётных человек из других семей мы оставили перед выходом из зала, дав приказ вывезти глав семей и их помощников на выход, а сами двинулись к чёрному выходу. Спешно идя сквозь запутанные коридоры замка, мы двигались к выходу, не встречая никого на своём пути. Лев вызывал своих людей и машины для нашей эвакуации, а нервный и трясущийся от паники Лоренцо умолял всех спасшихся ехать к нему и на время затаиться в его доме. Все согласились на его предложение, и мы ещё быстрее двинулись к выходу. Выбежав из двери чёрного выхода, мы стали оглядывать местность на предмет угрозы, но слава всему мы ничего не обнаружили и снова устремились в путь. Я шёл, но силы начали стремительно меня покидать. Из последних сил я плелся за всеми, а тело бессознательно болтающейся у меня на плече Лилу, давило меня к земле. Шёл быстро, как мог. Заплетаясь в собственных ногах и не разбирая дороги, так как все мои чувства начали отключаться и смешиваться, воедино перерождаясь в комок боли и тошноты. Добравшись до транспорта, я выгрузил тело Лилу на свободное кресло, развернулся и обмяк, теряя сознание в полёте.

Я резко пришёл в себя, я открыл глаза и дёрнулся в попытке сесть.

- Аррргх!!! - тело резко вспыхнуло дикой болью, и я упал обратно, внутренне сжавшись и тихонько стал выдыхать, боясь шелохнуться.

- Вы что?! Вы как!? А ну не двигайтесь молодой человек! - услышал я требовательный мужской голос, - вам ещё очень рано вставать! Да что там вставать, вам ещё двигаться рано! Мамма Мия! Да как вас вообще так угораздило!?

- Что за твою мать! Где я? Кто вы? - стал медленно разлеплять я глаза и смотреть по сторонам и хрипло протянул - Водыыы!...

- Вот, пейте, юноша, - кто-то поднёс стакан с водой мне ко рту, а после стал тихонько наклонять его так, чтобы вода понемногу стекала ко мне в рот, - вооот, тише, тише, не торопитесь и не двигайтесь, я вас умоляю!

- Мхах! Спасибо, Док, - сказал я, увидев итальянца средних лет в белом халате и в круглых маленьких очочках. Да он вылитый Айболит из наших детских книжек! - сколько я был в отключке?

- Спокойнее, юноша, сейчас с вами все хорошо и вам ничего не угрожает, - он поправил моё одеяло и поднял руку, взглянув на часы, - а без сознания вы пробыли всего-то десять часов, не более, если верить словам сеньора Лоренцо.

- Фуххх, а я, было, подумал, что проспал целую вечность, - я тихонько вдохнул и выдохнул, выпустив из себя напряжение, - А где сам Лоренцо? С ним всё в порядке?

- Успокойтесь, пожалуйста, с синьором Лоренцо всё хорошо, за исключением нескольких царапин и синяков, - сказал он и, видя, как я открыл рот в очередном вопросе, поднял палец вверх и сказал, - и с вашими друзьями всё тоже хорошо. Они почти не пострадали, за исключением синьора Иванова, у него ранение посерьёзнее, но по сравнению с вами, он отделался лёгким испугом.

- Спасибо, Док, вы меня успокоили, - улыбнулся я и ещё сильнее расслабился, - как долго я проваляюсь в кровати? Есть предположения?

- Хм, - нахмурился он и поскрёб пальцем по переносице, загибая пальцы на руках, - давайте посмотрим вместе, перелом двух рёбер, сильное сотрясение головного мозга, три колотые и одна рваная рана, борьба с ядом в организме, не говоря уже о том, что всё ваше тело в синяках и ссадинах. Что же, я бы порекомендовал вам примерно два-три месяца постельного режима и правильного питания с обильным питьём и кучей препаратов.

- Охренеть, не встать! - выругался я, ничего так меня помотало в той стычке!? - Док, вы сейчас это про меня говорите, вы ничего не путаете?

- Простите, я не понял, что вы сказали, но видимо это ругательство на чужом мне языке, я бы предположил, что на русском, верно? - его брови приподнялись, затем опустились и он также задумчиво продолжил, - да, я ничего не перепутал, всё, так как я сказал. Хотя я до сих пор не понимаю, как вы живы-то, остались и так быстро пришли в себя. Для меня лично это загадка, поэтому, возможно прогноз мой и не совсем точный, но я всё равно, обязан доложить синьору Лоренцо всё, как есть.

- В смысле на русском? - я вперил в него взгляд с не пониманием, - так мы же с вами всё время на русском и общались, разве нет? Я из итальянского языка очень мало слов знаю.

- Мамма Мия... Да всё ещё серьёзнее! - всплеснул руками и придвинулся он ко мне поближе, - дайте я вас осмотрю, юноша. Видимо повреждение головы было серьёзнее, чем я мог бы представить и у вас есть более серьёзные отклонения. Такие вещи я встречал уже в своей практике, у моих пациентов было такое, может и с вами то же это произошло. Не дёргайтесь, пожалуйста!

- Док, да перестаньте уже паясничать, всё у меня с головой в порядке! - стал я дёргаться, не пуская его к себе, - вы можете