Бутлегер - Павел Барчук

Фредо помолчал, выпуская струйку дыма, а потом вдруг заявил:

— Я буду рядом. На всякий случай.

— Как? — удивился я, покосившись в сторону Патрика, который суетился возле плиты.

После того, как мы все рассказали Фредо, ирландец занялся ужином, рассудив, что это гораздо интереснее разговоров. А зря.

— Не твоя забота... Но вот задание для тебя будет. Когда войдете внутрь через парикмахерскую, сразу попадёте в длинный коридор. Так же было?

Я молча кивнул.

– Ага... Через пять шагов, справа ты увидишь неприметную маленькую дверцу. Раньше она служила черным ходом для выноса мусора. Убедись, что дверца не закрыта на замок. А если увидишь, что все же закрыта, открой ее.

Я почти минуту пялился на Фредо, пытаясь понять, он шутит или просто издевается.

– Эм... Старик, я, конечно, тебя безумно уважаю... но... Как, по-твоему можно открыть закрытую дверь, не имея ключа?

– Джонни... – Фредо посмотрел на меня, как на идиота, и покачал головой. – Ты задаешь вопросы, которые заставляют меня усомниться в живости твоего ума. А я ведь уже поверил в то, что ум у тебя достаточно живой. Отмычкой, ясное дело. Вряд ли тебе кто-то предложит ключ.

– Ага... Понятно... – Снова кивнул я, чувствуя себя при этом идиотом. Потому что на самом деле ни черта понятно мне не было.

– На. Держи. – Фредо покосился в сторону Патрика, а потом, убедившись, что ирландец по-прежнему увлечен ужином, сунул руку в карман и легким движением отправил через стол прямо ко мне связку металлических... ммм... наверное, палочек. По крайней мере, именно на палочки это и было похоже. Только на конце каждой имелись крючки и зазубрины.

– Черт... Фредо, повторюсь, но при всем уважении...

– Не бестолковься, мальчишка. – Прервал мои возражения рыбак. – Замок там – проще некуда. Любой отмычкой откроешь. Дверь выходит во внутренний двор, где стоят ящики с мусором. Попасть туда с центральной улицы можно только через специальный ход, о котором мало кто знает. Поэтому замок будет, скорее всего, навесной, без сложностей. И поверь, малец, это в твоих же интересах. Не хочу пугать тебя раньше времени, но... Если все пойдёт, как я думаю, то ваше завтрашнее собрание... скажем так... повернёт в крайне неожиданную сторону.

– Черт... Фредо...

– Ты меня понял?! – Спросил рыбак таким тоном, что я в один момент забыл все доводы, которые собирался озвучить. – Последний раз тебе говорю. Ты думаешь, сегодня прошел по краю? Черта-с-два. Насколько я знаю всю эту братию, а я, поверь, знаю ее хорошо, на встрече будут люди, которые при знакомстве с тобой могут вспомнить одну историю, которую Лучано и Массерия точно мечтают забыть.

– Но...

– Ты жить хочешь, дурака кусок? – Грубо спросил Федор, наклонившись вперед, ко мне.

– Это весомый аргумент. – Кивнул я и спрятал отмычки в карман.

Естественно, меня буквально на части разрывало от желания узнать, что скрывает Фредо. Проблема в том, что старик упорно не хотел вводить кого-то из нас в курс дела. Однако о моей возможной смерти он говорил слишком настойчиво. И вот конкретно в этом вопросе я ему верил безоговорочно.

— Эй, вы есть собираетесь? — спросил Патрик.

Он уже разлил по мискам похлёбку и теперь ждал, когда мы дадим ему возможность поставить ее на стол. Просто наш разговор с Фредо протекал так активно, что мы оба едва ли не грудью лежали на столешнице, занимая ее почти целиком.

На этой жизнерадостной ноте наша беседа с рыбаком подошла к концу и до самой ночи он больше не сказал ни слова. Но при этом, очевидно, о чем-то думал. Основательно думал, глубоко.

Естественно, когда наступило время отходить ко сну, я долго не мог уснуть. В голове прокручивались все возможные сценарии завтрашней встречи, каждое слово, каждый жест. Затем мысли перескакивали на Фредо и его странное поведение, которое, чего уж скрывать, выглядело ну очень странным.

Я мысленно "ходил" по клубу, вспоминая свое посещение, искал взглядом ту самую заднюю дверь. Потом представлял, как буду ее "взламывать" и у меня от этой картины свербило где-то под ложечкой. Ну какой, к чёртовой матери, из меня взломщик?!

План с кражей алкогля и провокацией войны между семьями тоже не выходил из головы. Он был безумным, самоубийственным, но именно так мы с Патриком могли получить толчок, который выбросит нас из грязи и нищеты на самый верх. Или... на дно Гудзона. С ногами, упакованным в тазик, наполненный бетоном.

Перед самым рассветом я наконец забылся тревожным, прерывистым сном. Мне снились лица — хитрая и насмешливая рожа Лучано, тяжелое, хмурое, лицо Массерии, яростная физиономия Фрэнки Йеля и холодные, стальные глаза Фредо. И где-то на заднем плане — наивное, полное надежды лицо Патрика, который верил, что все только начинается. Короче, снилась мне полная чушь.

Зато, когда раздался тот самый стук в дверь, я уже был умыт, одет и даже причесан. Патрик метнулся к окну, осторожно отодвинул занавеску. Ничего, кроме ног прохожих, спешащих по своим делам, ирландец, естественно, не увидел.

— Это за нами? — прошептал он.

— Это за Джонни, — хрипло ответил Фредо, — Тебя на вечеринку не приглашали. Люди Массерии явились. Значит, Джо Босс торопится... Еле дотянул до рассвета.

Старик бросил на меня быстрый, оценивающий взгляд. В его глазах читалось предупреждение и… странная готовность. Как будто он знал, какие именно события произойдут сегодня.

Стук повторился, уже громче.

— Открывай! Пацан, слышишь?! – Голос был незнакомый.

Я глубоко вдохнул, расправил плечи и сам подошел к двери. Открыл.

На пороге стояли двое. Их лица не выражали ничего, кроме скуки и уныния. Думаю, в столь раннее время ребята на "работу" еще не ходили.

Выглядели мои "провожатые" уже привычно. Костюмы, шляпы и этакий вайб вседозволенности, который окутывал их обоих. Первый казался постарше. Ему было не меньше тридцати пяти. В зубах он зажимал спичку, гоняя ее от одного уголка рта к другому. Второй был помоложе.

— Джованни? — спросил тот, что постарше.

— Я.

— Собирайся. С тобой хочет поговорить дон.

— Хорошо. – Кивнул я, затем потянулся к гвоздику, который выполнял в нашей каморке роль вешалки,