Стадия Алчности - Макс Вальтер

– Блин, как из поросёнка, – пробормотал я, взглянув на свою руку.

Она, конечно, и до этого была в крови, но та уже успела свернуться, потемнеть. А вот свежая, напротив, имела ярко-алый цвет и явно выделялась на тёмном фоне.

Скосив взгляд в сторону, я окончательно утратил весь оптимизм.

Прямо у раковины обнаружилось тело Клауса, и в его голове торчало мачете. Примерно так же оружие выглядело в Кнопке, когда я психанул и зарубил её. Не нужно было даже пробуждать память, чтобы понять, кто это сделал. Однако кадры всё же явились, словно в доказательство моих подозрений.

Та самая ссора с Гильзой и стала причиной его смерти. В один момент он не выдержал её насмешки и влепил кулаком в нос. Девушка улетела, но даже размазывая кровавые сопли по лицу, не успокоилась. Она продолжила унижать моего товарища, и зачем-то приплела к этому всему меня.

Клаус разъярённый, будто бык, бросился мстить за нанесённые оскорбления, и в этот момент я сорвался с места. Итог схватки сейчас лежит возле раковины.

Почти сразу после этого девушкам окончательно снесло крышу. Сексуальные игры начались прямо здесь, возле трупа, на кухонном столе.

– Мля, – хрипло пробормотал я. – Лучше бы я вчера умер.

Вода немного смягчила похмельный синдром, хотя полноценным его назвать можно с большой натяжкой. Я скорее был ещё наполовину пьян. Но самое главное, что стало гораздо легче.

Следующим шагом стал контрастный душ. Он окончательно привёл меня в чувство, но полноценным человеком я себя всё ещё не ощущал. Крепкий кофе тоже не справился, но к алкоголю я больше притрагиваться не рискнул. Ну его на фиг и так теперь новых друзей искать. Хотя с ними, наверное, тоже ну…

Глава 15

Путь самурая.

Почему с похмелья так хочется гадости? Желание сожрать что-нибудь жирное, чтоб холестерин зашкаливал, появилось под конец кружки с кофе.

Я сразу принялся шарить по холодильникам и шкафам. Вот только на мою беду так ничего дельного и не нашёл. Ну да и пёс с ним.

На стол полетели три вида колбасы, какая-то зелень, сыр, яйца пришлось выложить аккуратно. Сковородка на плиту – колбаса, овощи весело зашкворчали. Яйца я разбил в отдельную посуду, туда же полетела мелко порезанная зелень, потёртый сыр, слегка взбил всё это вилкой, не забыв посолить и поперчить. Залил этим делом колбасу с овощами и уселся жрать за стол.

Вскоре сытный завтрак полетел в желудок, и я сразу почувствовал себя в миллион раз лучше. Только пить после этого захотелось так, что страшно стало. И тут я вдруг вспомнил про Шершавого.

– Вот я олень! – приложил я себя ладонью по лбу и выскочил из дома.

Галопом домчал до дома, где остался мой четвероногий друг, и вломился внутрь.

Зверь от неожиданности зарычал, но вскоре успокоился, поняв, что это свои. Я же прошёл на кухню, налил воды и поднёс к раненому другу.

М-да, измучил я его знатно. Миска опустела за несколько секунд, и я сразу повторил процедуру.

Вообще, волчара выглядел уже довольно бодро, по сравнению с вчерашним днём – точно. Мясо сожрал всё, да и на ногах держался достаточно уверенно.

– Ну что, дружище, готов к приключениям? – спросил его я.

Тот посмотрел на меня умными глазами, но ничего не ответил. Хотя я думаю, он много чего мог мне рассказать, в особенности о моём умственном развитии. Ну это же надо было забыть о таком важном моменте, как вода?!

На этот раз зверь вышел следом за мной на улицу.

Вокруг опускались сумерки, и вскоре природа снова полыхнёт яркими зелёными красками. Всю красоту этого зрелища невозможно передать словами, это всё равно, что рассказывать человеку о красоте северного сияния или восходе солнца над горными вершинами. Да, некоторые детали и эмоции передать получится, но всё же лучше один раз увидеть.

До дома с моими покойными товарищами добрались не спеша. Зверь опять выбрал привычную стратегию: двигался чуть позади и делал это совершенно бесшумно. Как у него так получается с его массой и огромными лапами? После него следы остаются размером почти с мою ладонь – я специально сравнивал.

Но отныне я для него Бог. Мало того, что делюсь добычей, так ещё и жизнь сохранил в тот момент, когда он был слаб. Выходил, не бросил подыхать, как это принято в стае. Такие вещи звери не забывают.

В дом мы вошли вместе, точнее, я просто оставил открытой дверь, и хищник серой тенью вошёл следом. Я прошёл на кухню, стянул штаны с бывшего товарища и не спеша вырезал четыре куска мяса. Отнёс их Шершавому, а сам взялся за переборку вещей.

Волк лениво слопал два шматка и улёгся на пол в холле, посматривая на открытую дверь. Я перетащил сюда все рюкзаки и вывалил их содержимое на пол. Всё мне не унести, как бы того ни хотелось. Жаба нещадно душила, но я продолжал выбрасывать консервы и баллончики ингаляторов.

В рюкзаке у Клауса обнаружился запасной камуфляжный костюм, и я с удовольствием в него переоделся, отбросив в сторону банный халат с капюшоном, в котором щеголял всё это время по посёлку.

Штаны оказались немного коротки, но в талии сошлись идеально, а то, что щиколотки наружу – не беда – носочки повыше натяну. Куртка, к сожалению, слишком мала: руки из рукавов, словно грабли торчат, да и в спине жмёт немного. Но моя ветровка вроде в порядке, лежит на кресле ровно там, где я её вчера скинул.

По суткам, конечно, вчера ещё не наступило, но раз я спать ложился, значит, по фиг. Мне так удобнее, а поспорить в этом вопросе не с кем.

Волк внезапно поднял свою морду, принялся водить ушами и носом, а вскоре и шерсть на загривке шевельнулась. Следом раздалось тихое утробное рычание, а мои руки мгновенно подхватили обрез.

Глядя на своего питомца, я вдруг понял, что рычит