Скиталец 2 - Эй ты

* * *

— А’СТАНОВИТЕСЬ!

С диким акцентом орал Дмитрий на недавно выученном языке. Этот крик был адресован высоким воинам, закованным в неожиданно технологичные силовые доспехи, выкрашенные в цвет слоновой кости и вооружённые оружием, по мощности сопоставимым с тяжёлыми бронебойными орудиями и пиломечами.

Помимо общего цвета брони, каждый из воинов нёс знак раскрытой книги с изображённой внутри звездой.

Изначально Дмитрий планировал быстро пленить абордажную группу и отпустить их обратно к своему судну, таким образом обозначив свои благие намерения. Однако они неприятно удивили Краснова. Если бы дело было лишь в мощном оружии и броне, то они, конечно, доставили бы хлопот, но в этих воинах была ещё и превосходная выносливость с богатым боевым опытом, и это превратилось в проблему.

Разрозненные группы сеяли разрушение там, куда проникали на судно. Благо, Дмитрий быстро эвакуировал весь живой персонал в бывший город машин и укрыл их там. Разрозненные группы рослых воинов с пугающей эффективностью сметали всякое сопротивление машин. Правда, справедливости ради, универсальные юниты и стальные гиганты были вооружены нелетальным оружием, которое попросту не могло повредить броне захватчиков. Бывшему человеку едва удалось заманить десяток этих воинов в стазис-ловушки. Благодаря этому Дмитрий сумел изучить их броню, оружие, а также способ связи внутри этого воинского подразделения. Уже из этих скупых фраз он смог приблизительно составить язык, на котором они говорили.

Сейчас воины в силовых доспехах собрались в единый отряд, быстро скоординировались и с пугающей скоростью двинулись прямиком в город машин. Они уже практически подошли к окраинам, когда Краснов своим криком ворвался на их переговорную частоту. Ибо если они атакуют город, у Дмитрия попросту не останется выбора, и он будет вынужден уничтожить нападающих. И пускай ему не слишком это нравилось, но вокруг захватчиков уже была высокая плотность подразделений роботов, вооружённых смертоносным оружием.

— … Почему мы должны останавливаться?

После недолгой паузы ответил один из воинов — по-видимому, тот, кто руководил отрядом.

— Потому что мы не враги Человечества в целом и Империума в частности, — уже более уверенно, менее эмоционально и без акцента ответил Краснов.

— Ты — разумная машина. Ты не можешь быть другом Империума. Само твоё существование есть ересь. И не стоит мне лгать о том, что ты оператор. Пока мои воины пробирались сюда, мы не встретили ни одного смертного. Что подразумевает их полное отсутствие на судне. К тому же я не досчитался боевых братьев. Разве так поступают союзники?

— Касательно последнего — все, кого ты потерял, живы. Просто заперты в стазис-поле. Вы так спокойно смогли подойти сюда лишь из-за того, что я старался не навредить вам. Однако если вы попробуете захватить этот город, то будете уничтожены. И да, меня действительно можно назвать машиной. Однако есть нюанс. Скажи мне, воин, слышал ли ты о каменных людях?

Воин ненадолго замолчал, явно вспоминая легенды, известные ему.

— Лишь в одной полузабытой легенде упоминаются те, кем ты прикидываешься. В начале были золотые люди, что вели человечество к процветанию. Они же создали каменных, что служили им верными помощниками. Они же разнесли ростки человечества по всей галактике. Потом каменные и золотые совместно создали железных. Они были инструментом войны и доминации человечества над ксеносами. Так началась Тёмная эпоха технологий, и продолжалась она, пока в один момент железные не повернулись против тех, кому должны были служить. Неужели ты хочешь, чтобы я поверил в то, что ты — один из мифических реликтов прошлого? К тому же в своём обращении к эксплоратору ты называл себя слугой Омниссии…

— Одно не исключает другого. Харисан бан Арон…

Краснов перебил капитана Первой роты Хранителей Книг. Точнее, не совсем он. Вместе с этими словами в сознание каждого из астартес пролилась частичка света самого Императора человечества. Почему он не сделал этого раньше? Известно, пожалуй, лишь ему одному. Сам Дмитрий тоже узнал, с кем имеет дело. Адептус Астартес — космодесантники, воинская элита человечества. К созданию, которых Повелитель человечества лично предложил руку.

Стоило космодесантникам осознать, кто с ними говорит через Краснова, как они тут же упали на колени, внимая каждому слову.

* * *

Разумеется, после вмешательства Повелителя человечества и речи быть не могло о продолжении конфликта.

Дмитрий уже хотел отправить всех космодесантников обратно на их судно, однако обратно отправились лишь те, кто попал в плен к Дмитрию. И то капитан Первой роты обозначил это как наказание за невнимательность. Остальные же предпочли остаться на борту «Луны». К ним вскоре присоединились люди, необходимые для обслуживания силовой брони.

Свой поступок они мотивировали тем, что должны охранять посланца Императора в его миссии. Так Орден сможет смыть с себя пятно позора за нападение. Ну и заодно задокументировать всё, что увидят и услышат. Последнее они не говорили, однако каждый из них принялся вручную составлять летописи текущих событий. Как они выразились — «для большей точности передачи в библиотеку Ордена».

Также на борт вступило немало техножрецов, которые начали помогать в обслуживании. Не без их помощи последствия штурма были устранены. Большое количество гостей вынудило Краснова пока спрятать своих сыновей и вновь заниматься всеми делами самому. Благо, его текущие силы это позволяли.

Когда все восстановительные работы были завершены, флотилия, возглавляемая «Луной», отправилась прямиком к Седьмой Чернокаменной крепости, где, скорее всего, уже не осталось живых людей, не поддавшихся скверне Хаоса.

Глава 23

Возвращение в крепость

В ранее оживлённом «Рулевом» ныне было не так весело, как обычно. Вместо громкой музыки или же спокойного пабного распития алкоголя царила гнетущая атмосфера. Почти никто из присутствующих не говорил, предпочитая думать о будущем. Лишь безумный и слегка упитанный священник Таддеуш Очиститель громким голосом читал молитву Богу-Императору.

Далеко не все из присутствующих славили Повелителя Человечества. Однако никто из них не смел прервать священника. И дело было вовсе не в увесистом силовом молоте, который боевой священник Экклезиархии держал в правой руке, хотя его вид действительно внушал благоговейный трепет…

…Не в его ярой последовательнице с огнемётом