Господин Орлов - Redstone

Одним из теплых летних вечеров я сидел с детьми на открытой террасе нашего дворца в Царском Селе. Небо было ясным, усыпанным мириадами звезд. Мои дети, которым уже исполнилось по пять-шесть лет, были не по годам развиты, и их вопросы давно вышли за рамки детских «почему».

«Папа, — спросил Фридрих, мой сын от Виктории, указывая маленьким пальчиком в небо. Он, как всегда, был серьезен и точен в формулировках. — Я прочел в астрономическом атласе, что та яркая точка — это Юпитер, газовый гигант. А те — звезды, далекие солнца. Но это лишь изображения и цифры. Каковы они на самом деле?»

Я улыбнулся. Вопрос был не по-детски глубок.

«Они такие, какими ты их видишь, Фриц, — ответил я, приобнимая его. — Огромные, далекие и молчаливые. Пока молчаливые. Земля — это наш дом, наша колыбель. Но человечество не может вечно жить в колыбели. Придет день, и мы выйдем из нее, чтобы сделать первый шаг».

Мой сын от Астрид, Рагнар, тут же вскочил на ноги, его глаза горели азартом.

«Шаг? Туда? — он взмахнул рукой в сторону Луны. — Мы полетим к звездам? Как в романах Жюля Верна?»

«Лучше, Рагнар, — ответил я. — Гораздо лучше. Романы — это мечты. А мы будем строить реальность».

В этот момент я уже знал, что через несколько месяцев этот разговор перестанет быть теорией. Далеко отсюда, в выжженных солнцем степях Казахстана, на секретном объекте, который не был отмечен ни на одной карте мира, моя мечта уже обретала форму из стали и огня.

Программа получила кодовое название **«Заря»**. Ее целью было не просто покорение космоса, а установление нового, небесного рубежа, который окончательно закрепил бы мое доминирование над планетой. Для ее реализации в полной изоляции был построен целый город — **Звездоград**. Это был не мрачный советский Байконур из другого будущего, а сверкающий оазис науки и техники. Жилые корпуса с климат-контролем, утопающие в зелени парков, кристально чистые озера, созданные геомантией, и гигантские белые сферы лабораторий и сборочных цехов. Здесь жили и работали лучшие умы, собранные со всей Империи, и, конечно, несколько сотен моих доппельгангеров, руководивших процессом.

В сердце Звездограда, в исполинском монтажно-испытательном корпусе, завершалась сборка главного инструмента программы.

* * *

**Изобретение: Ракета-носитель «Стрела-1»**

* **Оригинал в нашем мире:** Концептуальный гибрид немецкой «Фау-2» Вернера фон Брауна (как первая в истории баллистическая ракета) и советской Р-7 «Семерка» Сергея Королева (как первая ракета, выведшая спутник на орбиту).

* **Моя версия:** «Стрела-1» была произведением инженерного искусства, опередившим свое время на полвека.

* **Внешний вид и конструкция:** Ракета представляла собой сигарообразное тело высотой 32 метра, выполненное из отполированного до зеркального блеска жаропрочного сплава на основе титана и алюминия. Она была двухступенчатой. Первая ступень состояла из четырех боковых блоков-ускорителей, окружавших центральный блок второй ступени, что придавало ей характерную «королевскую» форму, знакомую мне по Р-7. Эта схема обеспечивала колоссальную тягу на старте.

* **Двигатели:** На ракете стояли жидкостные ракетные двигатели РД-О-107 (Ракетный Двигатель Орлова, модель 107), работающие на сверхэффективной и стабильной топливной паре: керосин высокой степени очистки и жидкий кислород. Их суммарная тяга на старте превышала 400 тонн. Производство сжиженного кислорода в промышленных масштабах было налажено на моих сибирских заводах.

* **Система управления:** Управление полетом осуществлялось с помощью комбинации гироскопических стабилизаторов и бортовой аналоговой вычислительной машины «Интеллект-3», которая корректировала курс с помощью отклоняемых сопел двигателей. Это обеспечивало высочайшую точность вывода на орбиту.

* **Назначение:** В отличие от своих прототипов, которые создавались в первую очередь как оружие, «Стрела-1» с самого начала проектировалась как транспортное средство для мирного освоения космоса. Ее задачей было вывести на орбиту первый в истории человечества искусственный спутник Земли.

* * *

Сентябрь 1902 года. Стартовый комплекс № 1 в Звездограде. Гигантская серебристая «Стрела-1» стояла на стартовом столе, залитая светом прожекторов. В подземном бункере управления, за толстыми стенами из армированного бетона, царила напряженная тишина. Я был здесь лично. Рядом со мной сидели Астрид, которая прилетела из Сибири, и Виктория, чей Комитет по стандартизации отвечал за безупречное качество каждой детали ракеты. На огромном экране на стене было прямое изображение из Царского Села: в своем кабинете за запуском наблюдал Государь Император Александр III с сыном-наследником Николаем. Их лица выражали смесь благоговения и абсолютного доверия.

«Ключ на старт!» — раздался в динамиках усиленный голос моего доппельгангера, руководителя полетов.

Я вставил в разъем на своем пульте специальный ключ и повернул его. Это была формальность, но важная. Символ того, что окончательное решение принимаю я.

«Есть ключ на старт. Начинаю обратный отсчет. Десять… девять…»

Сердца в бункере замерли.

«…восемь… семь… зажигание…»

У основания ракеты вспыхнул ослепительный огненный цветок. Земля ощутимо содрогнулась даже здесь, глубоко под землей. Гул перерос в оглушительный, всепоглощающий рев, который, казалось, сотрясал сами основы мироздания.

«…шесть… пять… предварительная ступень… промежуточная… главная… подъем!»

Медленно, с неимоверным величием, отрываясь от стартового стола, тридцатиметровая стальная громада устремилась ввысь, оставляя за собой огненный столб. На экранах было видно, как ракета, набирая скорость, превращается в яркую звезду, уходящую в бархатную черноту ночного неба.

В бункере все, затаив дыхание, следили за цифрами на экранах: высота, скорость, траектория. Все шло идеально.

«Есть отделение первой ступени!»

«Полет нормальный».

«Высота двести километров. Входим в зону вывода на орбиту».

И через несколько томительных минут, которые показались вечностью, раздался голос оператора, срывающийся от восторга:

«Есть отделение спутника! Объект на орбите! Мы принимаем сигнал!»

И тут же бункер наполнился звуком, которому было суждено стать гимном новой эры. Простым, ритмичным, неземным.

Бип… бип… бип…

Это был голос «Мира-1» — небольшого полированного шара диаметром чуть больше полуметра, с четырьмя длинными антеннами. Первый искусственный объект, созданный руками человека и отправленный в вечное путешествие вокруг Земли.

Инженеры и ученые в бункере вскочили со своих мест, крича «Ура!», обнимаясь и плача от счастья. Астрид крепко сжала мою руку, на ее суровом лице сияла гордая улыбка. Виктория, всегда такая сдержанная, позволила себе редкую эмоцию — она сняла перчатку и изящно промокнула уголок глаза кружевным платком. На экране Император встал и перекрестился, глядя на уходящую в