Оценщик. Том 2 - Илья Сергеевич Модус

— И намеков не понимает, — вздохнула Лолька.

— С другой стороны, — произнес я, хрустнув костяшками и пристально посмотрев на Стражницу, — у нее еще не тронутая вторая щека. Как там говорилось? «Бей бабу по хлебалу, будет баба тебе рада». Так что, Дари, есть к тебе вопрос…

— Есть секретные тоннели! — воскликнула девушка. — Старые казематы под Крепостью, построенные еще при возведении города! Я знаю, где находится вход в них, но никогда не была глубже первого уровня, когда играла там с принцессой Сасси несколько лет назад.

Надеюсь не в женскую версию хентая они там играли.

Хотя, с другой стороны, каждый мужчина желает знать как исправить лесбиянку. А желательно двух. Ну или трех — зависит от выносливости и степени их красоты.

— Так и запишем, — я сделал вид, будто фиксирую запись на своей руке. — Жесткие прелюдии ты не любишь… Хм, какая нежная женская половина моего отряда. Я-то уж думал, что пора стек заказывать и бондаж…

«Идет начисление очков зла».

Хм. Как-то маловато за разговоры об извращениях в пуританском обществе женщин, краснеющих при разговоре о БДСМ.

Почувствовав, что меня прожигает чей-то взгляд, натолкнулся на Минерву Ла Трис.

Не скажу, что выглядела она испуганно, но…

— Как раз через эти ходы могли проникнуть монстры, — задумчиво произнес я. — Это объясняет…

— Нет! — сказала девушка в облегающем комбинезоне. — В секретные тоннели можно попасть только членам королевской семьи. По крайней мере так гласят слухи, — со смущением произнесла она.

— Иными словами, — подытожила Лолька, — там стоит генетический замок. И мы просто обязаны будем спасти принцессу…

В глазах Дари зажглась надежда.

— Ну или кусочек ее тела, — добавил я.

«Идет начисление охренительного количества очков зла».

О да, детка, папа снова в бизнесе.

Глава 18

Сторонний наблюдатель при виде караульного, стоящего на просторном королевском балконе, не мог бы удержаться от восклицания: «Кто поставил сюда этого кретина⁈».

И, в общем-то, был бы прав. Видя как двухметровый зеленокожий мускулистый гигант с лицом, на котором природа не просто отдохнула, а побоялась оставлять следы своего пребывания в радиусе нескольких километров, приглядевшись к тому, как он то и дело наглаживает свою филейную часть через меховую повязку на бедрах, других медицинских диагнозов не оставалось.

Его звали Большое Ухо. Но не потому, что но мог хорошо слухать. Просто шаман в детстве, когда Ухо был еще маленьким и не таким зеленым и могучим орком, таскал его за ухо. И от того уже сейчас, когда Ухо был опытным солдатом на службе Владыки Демонов, одно его ухо в самом деле было больше обычного.

В эту ночь Большое Ухо нес службу на балконе, примыкающем к большой пещере, которая называлась людишками не иначе, как «тронный зал». Почему именно так, и зачем для того, чтобы кого-то трогать нужна целая пещера, Большое Ухо не знал.

Его это особо и не волновало. А вот то, что его плевок не долетал до крыши небольшого флигеля метрах в десяти от большого балкона, на котором он стоял, да. И очень сильно.

Потому что Кровавый Понос, его предшественник в охране, продемонстрировал как он умеет делать это. Аж трижды попал по петуху-флюгеру! И это несмотря на ветер и дым горящего города людишек. А вот у его сменщика не получалось доплюнуть так далеко.

Он старался с самого вечера. И вот, уже заходит светило, а он ни разу не то, что не попал — даже половину расстояния не преодолел своим плевком!

Большое Ухо почувствовал сухость во рту и запоздало понял, что не взял с собой мех со слабеньким вином. А тот что был, Кровавый Понос унес с собой в место, где орки из его отряда отдыхали, играли в кости и восстанавливали силы. Игра в кости, это вообще прекрасная затея!

Правила в ней очень просты.

Сперва орки штурмуют города людишек, затем находят у них кости покрепче. Ну, как находят… Гремлины приносят, если не хотят, чтобы ими подтерлись орки как-нибудь. Да, местами на костях видны следы зубов от мелких паршивцев, но лучше так, чем самому их очищать от людишкиного мяса.

После чего, уже на привале, играющие сравнивали у кого кости получше. Проверяется это путем скрещивания костей в самом лучшем своем ударе. Победитель имел полное право дать пинка проигравшим.

Когда-то людишки, которых в одном из предыдущих городов захватили в плен, сказали, видя досуг орков, что их игра жестока, аморальна, бесчеловечна. Орки согласились с этим дельным, а самое главное, своевременным замечанием. Так как кости кончались, а люди сами сказали, что в игру надо играть без людей, то обычным разрыванием на части орки решили сразу обе проблемы. Кому от этого плохо? Да никому. И люди довольны, и оркам есть во что поиграть.

Большое Ухо как раз заканчивал ковыряться могучим пальцем в той части тела, которой был обязан своим именем, когда шум в воздухе привлек его внимание. Такого тут обычно не бывает…

А если будет что-то интересное, то он сможет при смене караула заговорить Кровавому Поносу зубы, чтобы тот не спросил про его достижения в мастерстве плевкунов.

Большое ухо вглядывался в ночь, но никак не мог понять что это такое большое и черное летит по черному небу. Похоже на падающую птицу. Очень большую, надо сказать…

И чем ближе становилась птица, тем больше она становилась. Большое ухо уже подумывал над тем, чтобы прекратить ковыряться в ухе и сообщить кому-нибудь, как увидел, что птица разделилась на две части.

— Две птицы? — озадаченно хрюкнул Большое Ухо. — А что, так можно было, что ли?

А ведь две птицы это хорошо. Можно два раза поесть.

— Вот только почему одна птица кричит не так бессмысленно, как обычно кричат птицы?

Какая вообще птица кричит…

— Дже-е-е-ро-о-о-ни-и-мо-о-о-о-о-о…

А потом Большое Ухо лишился головы.

* * *

Честно говоря, аж сердце ёкнуло, когда глайдер влетел в огромный витраж тронного зала, подняв столько грохота и выбросив в стороны столько стеклянной шрапнели, что мой десантный клич вообще ничего не менял в происходящем.

Впрочем, честно говоря, крик этот я подсмотрел у одного американского дегенерата с парашютом. Любители тысячи генедеров и подолбиться в вену, нос и задницу как-то объясняли, что десантируются с таким кличем для того, чтобы запугать противника. Ну или чтобы свои солдаты, уже высадившиеся ранее, знали, где они приземлились и пришли навыручку, дав шанс на быстрое высвобождение от снаряжения.

Практиковали они это при заброске своих десантных групп в наш тыл, когда Корпорация завоевывала Северную Америку.

Идея на самом деле хреновая, потому что на их крики обычно приходили наши солдаты.