Око василиска - Маркус Кас

— Кто тебя нанял?

— Не могу я сказать! Убьют меня! — лихорадочно заговорил он. — Не могу, богом клянусь!

— Послушай, голубчик, — я присел рядом, у меня уже шея затекла смотреть вниз. — Сам подумай. Какие у тебя варианты? Остаться навечно тут в виде безмолвной страшилки для детишек. Или оказаться в заботливых и живых руках жандармов, если заговоришь. Бить они, конечно же, будут. Но вряд ли убьют. Если полезен будешь, то и от твоих подельников защитят. Это в их же интересах. Выбирай.

Парень жалостливо сморщился и выпалил:

— Призраком буду!

Ну не дурак ли? Я покачал головой, снова тяжело вздохнул и сходил в лабораторию. Взял накопитель с магией иллюзий, оставалось там уже немного, но этого должно было хватить.

Вернувшись, я показал парню склянку и принялся подробно объяснять:

— Вот сюда я твою душу заберу. Больно будет, но уж терпи. Потом полегчает. Совсем не отпустит, вечно ныть будет и ждать шанса вырваться на свободу. Но его не будет. Оттого с немыми проще, не надо выслушивать постоянный вой и нытьё.

Его затрясло мелкой дрожью. Я подождал несколько секунд, но парень упрямо трясся.

Пришлось подключать эффекты. Я резко схватил его за шею, одновременно выпуская из накопителя силу, перенаправляя её в образы и ощущения. Добавил чуть магии смерти, чтобы зрителю стало очень нехорошо. Одним мороком ощущения наступления смерти не добьёшься.

Ему казалось, что он видит свою душу, которая кричит и пытается удержаться в теле. Её я создал в виде туманной фигуры, которая металась в тенях. Сжал тёмной магией бешено колотящееся сердце и остановил на несколько мгновений.

После чего пришлось вливать жизненную силу — на самом деле чуть не угробил. Зато сработало.

Парень истошно заорал и забился, стараясь вырваться из моей хватки. Руки его шарили по телу, он залез в карман, и я заметил нож. Отпустил горло, выбил оружие и вогнал его в плечо. Туда, где очень больно, но не смертельно.

— Аааа, — он перешёл на новый уровень воплей. — Отпустите! Отпустиииите! Я всё скажу! Пожалуйста!

Вот так уже лучше. Когда меня вежливо просят, я всегда готов выслушать. Я поднялся и отряхнул штаны — запачкался, пока душил этого упрямца.

— Кто тебя нанял? — повторил я вопрос.

— Саламандры! Саламандры заплатили!

— Да не ори ты, — я огляделся, так он всех соседей разбудит. — Что за саламандры?

— Беспредельщики, гастролёры. Которые купцов щиплют последние недели. Ааа, — заныл он, взявшись за рукоятку, торчащую из тела.

— Лучше не трогай, — посоветовал я. — Пусть лекари вытаскивают. Саламандры, говоришь? И что было приказано сделать?

— Лабу подорвать. По возможности вас выманить и… ну, повредить.

— Всего-то повредить? — недоверчиво переспросил я, взглянув на его окоченевшего подельника. — Мне кажется, твой друг желал совсем иного.

За такие намерения охранная сеть не пришибла бы.

— Не друг он мне! Псих! Я не хотел с ним идти, но шибко отвалили хорошо. Ему отдельно сказали, мол может делать что хочет.

— И где эти Саламандры обитают?

— Не знаю я. Честное слово, не знаю, ваше сиятельство! В дыре на Ваське встречались. Такие дыры меняют же сразу. Нам наперёд заплатили, так что больше и не должны были свидеться.

— Хорошо, опиши, с кем встречался, и все подробности.

Парень сбивчиво рассказал всё, что знал и помнил. Старался изо всех сил, ничего не утаивал. Но и бледнел, рана всё же кровоточила, и на здоровье его это влияло не лучшим образом.

Вытащив из него всё возможное, я взял телефон и нашёл в Эфире номер нашего участка. С сожалением взглянул на дом. Поспать мне удастся ещё нескоро. И набрал жандармерию.

— Дежурный! — гаркнуло оттуда.

— Доброй ночи. Будьте любезны, приезжайте в особняк Вознесенских. У нас тут небольшое происшествие.

— Ну и какого рода ваше происшествие? — послышался разочарованный голос.

— На нашу территорию проникли двое преступников. Один пока ещё живой. Но, возможно это ненадолго. Так что лучше вам поторопиться.

Глава 22

Жандармы приехали довольно быстро. Я успел всего лишь сходишь за кофе и удобным стулом. Устроился рядом со слабо стонущем парнем и следил, чтобы он не присоединился к своему напарнику.

Я рассчитывал на то, что следователь сможет вытащить из него что-нибудь полезное. Всё-таки дело ограбления лавок было шумным. Возможно, грабителей поймают раньше, чем они придут в хранилище гильдии. Пусть и немного жалко — очень хотелось испытать василиск в работе.

Вообще, вроде простой с первого взгляда заказ по охранному артефакту оказался очень интересным.

Я усмехнулся, и парень прекратил стонать. Не верил, что я не превращу его в призрак. Пожалуй, так сильно приезда жандармов из его братии ещё никто не жаждал.

За деревьями появились всполохи сигнальных огней, сиреной стражи не пользовались, всё же глубокая ночь на дворе.

Я оставил львов приглядывать за нарушителем и пошёл встречать жандармов. Забредут куда не следует, и будут новые жертвы. Сеть я частично отключил, достаточно для того чтобы освободить путь от ворот до дома и места проникновения.

Не удивился, когда увидел вылезающего из машины пристава Заужского. Сам же предлагал вернуться в родной участок.

— Доброй ночи, Лаврентий Павлович, — поздоровался я.

— Вот уж какая она добрая, ваше сиятельство? Мы же с вами договаривались, если что…

— Так я спал! — деланно возмутился я. — Уж не думаете ли вы, ваше благородие, что я специально зову неблагополучные слои населения к себе в гости по ночам?

— Нет-нет, — поспешил успокоить меня жандарм. — Ну что вы, ваше сиятельство. Просто мы…

Он явно хотел сказать «слишком часто видимся», но деликатно не закончил фразу. Заверять, что такого больше не повторится, я не стал. Повторится. И Лаврентий Павлович привыкнет со временем.

В конец концов я ему преступника сдаю. Возможно, важного свидетеля.

За машинами жандармерии припарковался и лекарский фургон. Оттуда вышел заспанный низенький мужчина с отпечатком то ли подушки, то ли подобного, на лице.

— Прошу за мной, — я жестом указал дорогу и сопроводил пристава, двух его крепких помощников и целителя.

Гаргулье я отправил мысленный приказ вернуться на крышу дома и наблюдать оттуда. С прибывших хватит и львов. Их я отпускать не стал, кто знает на что способен ночной гость.

Пристав нервно