Вирт - Джефф Нун

Синдерс свела меня вниз, по тропинкам – к каналу, за ворота Города Игрушек, туда, где работают и отдыхают автомеханики и каучуковые производители. Был ранний вечер; мир был полуосвещен, и на дороге не было никого – только мы двое.

Мы шли по узкому, вымощенному булыжником проходу между каналом и железнодорожным мостом. Мост был оснащен рядом закрытых арок, и хорошо защищенных от ночных воров. И вода в канале была цвета плохого Виртового сна, ну, знаете... когда все чувства обращаются в грязь, и ты не можешь пробиться наружу.

Синдерс была спокойной и отрешенной. Она шла в двух шагах впереди, указывая дорогу, и все ее тело было – восторг и секс-грезы. Это была изумительная любовница из моих постельных фантазий, с которой мы столько раз были вместе, и я шел за ней, как собака. Безвольный, покорный и полностью беззащитный.

Вам знакомо это чувство?

– Почти пришли, Скриббл, – сказала Синдерс. – Ты уже чувствуешь?

Да, я уже чувствовал.

– Мне как-то тревожно, Синдерс.

– Не беспокойся, Скриббл, здесь не водятся змеи.

Она набрала код на двери в одну из арок.

– Ты уверена?

– Да, я уверена.

Я прочел вывеску на двери.

Кармаханика.

Снаружи были припаркованы две старые машины и древний фургон для развозки мороженого.

– Почему? – спросил я, дрожа.

– Мы отловили всех этих гадов давным-давно.

Дверь распахнулась со скрипом, и Синдерс скользнула внутрь. Я последовал за ней в темную красную комнату. Над головой – крыша сводчатого прохода, камни скользкие от сырости. Дым клубился в тесном пространстве, вызывая видения.

Икарус Уинг сидел за микшерным дымовым пультом.

– Ты снова привел собаку? – спросил он.

– Нет, на этот раз – нет, – сказал я.

– А этого мудака?

Он имел в виду Битла.

– Я сегодня один, – сказал я.

– Тогда проходи. Добро пожаловать.

– Вы уже встречались? – спросила Синдерс.

– Встречались – еще мягко сказано, этот парень по-настоящему мне угрожал, – отозвался Икарус. – Но теперь все в порядке. Без обид.

Я уловил в тенях сухие отблески фиолетового и зеленого. И шуршание кожи – кожа по коже, кожа по земле и стеклу; гады, ползущие в ночи. Плохие сны.

Я весь вспотел, отчаянно борясь со страхом. Вдоль одной стены арки стоял тройной ряд старых стеклянных банок для рыбной ловли, и в каждой лежали змеи – либо по одной, либо целый клубок.

– Не бойся, Скриббл, – сказала Синдерс. – Это твои друзья.

– Я не уверен, – пробормотал я, заикаясь.

– У Вирт-мальчика душа в жопу ушла от страха, – засмеялся Икарус.

– Ты продал мне плохой Вирт, Икарус.

– В смысле?

– То перо Вуду было пиратской копией. Просто дешевый сон.

– Эй, да откуда я-то мог знать? Я просто покупаю продукт, ты понимаешь? А ты кидаешься на меня, угрожаешь одной из моих лучших змей своим бешеным рободогом с оскаленной пастью. Чего ты хочел? У меня даже не было времени попробовать этот новый продукт. Так что не парь мне мозги.

– Икарус редактирует утренние закупки, – сказала Синдерс. – Хочешь посмотреть?

Нет. Больше всего я сейчас хочу оказаться за тысячу миль отсюда.

Проход в арку был заставлен стеллажами с серебряными перьями, а использованные кремовые валялись на полу. Сок грезы клубился в пластах цветов; голубой, потом черный, потом серебряный. И в бездне черного потолка несколько комков золотого мерцали на мокрых камнях.

Желтый дым! Очень редкий и драгоценный туман.

– Сегодня мы очень неплохо затарились, – сказал Икарус, микшируя дым. – Классный продукт. Мы называем его Похотливой Сукой. Это совсем близко к краю. Жестче уже ничего не достанешь в Виртураме. Иди посмотри.

Все что угодно, только не эти кошмарные твари. Я погрузился лицом в туман Вирта. Я чувствовал, как он ласкает меня, а потом все исчезло, и я оказался совсем в другом месте, я шагал на своих кривых лапах туда, где Синдерс ждала меня на четвереньках. Ее волосы были темны от пота, приоткрытые губы влажно блестели. У меня было обильное слюнотечение. И мощный стояк. Я чувствовал блох, скачущих у меня в шерсти, но не обращал на них никакого внимания. Я хотел только ебаться. Ее задница была поднята как раз так, как надо, и я вставил ей, куда нужно, закусив губы, когда рванулся вперед, мои передние лапы – у нее на плечах, мои задние лапы скользят по линолеуму, пытаясь найти опору. Я словно утонул в нежности, в ночи, в каком-то горячем мясном обеде. Аууууууууу!!!!!! Я выл, и женщина дергалась подо мной и стонала. Ауууууу!!!!!! Хорошая ебля! Аууууууууууу!!!!!!!!!!!