Рулевой - Билл Болдуин

Брим с Теадой потратили еще несколько минут на изучение кубрика — совершенно бестолковое занятие, как выяснилось, — но и они растянулись в соседних креслах. За ними последовали и Барбюс с матросами.

Нельзя сказать, чтобы Амхерсту это понравилось, но и придраться ему было не к чему.

— Ладно уж, — буркнул он. — Я… э-э… сообщу вам о том, что от вас потребуется.

— Буду с нетерпением ждать, — кивнул Урсис. Не прошло и нескольких мгновений, как он захрапел.

Отряд оставался в кубрике больше двух суток стандартного времени — и все это время рев кристаллов главного хода не смолкал ни на тик. Утром третьих суток их усадили в большой транспортный бот странного кирпичного цвета — как только он отвалил от крейсера, тот сразу же набрал ход и растворился в черноте космоса.

* * *

Пунктом их назначения оказался пустынный обломок ржаво-красной скалы, вращающийся вокруг одинокого газового гиганта. Очертания созвездий были Бриму незнакомы. На относительно ровном участке поверхности астероида распластался приплюснутый пузырь обитаемой станции примерно ста иралов в диаметре, выкрашенный все в тот же кирпичный цвет, судя по всему, для маскировки. Бот завис над ним и начал проваливаться вниз; Амхерст, с лица которого давно уже не сходило тревожное выражение, схватил пилота за плечо и показал вниз. Там, рядом с пузырем станции, зависли на коротких причальных лучах три странного вида катера — несомненно, постройки облачников и сильно вооруженные.

— Не берите в голову, лейтенант, — ухмыльнулся пилот, разворачивая бот для посадки. — Все три скорлупки теперь наши. — Странное дело, фамилия пилота была Синюк, хотя шевелюра и усы его отличались агрессивно-рыжим цветом. Вопреки правилам перевозок в ботах, вместо скафандра на нем была всего лишь мятая форма с мягкими, сильно поношенными ботинками, на вид более удобными, чем форменные. Впрочем, ботом он управлял так, словно занимается этим делом с самого рождения.

Брим улыбнулся про себя: он подозревал, что у них с Синюком найдется много общего, начиная с происхождения, однако мысли эти оставил при себе. В конце концов, о происхождении своем он предпочитал думать реже. Он еще раз взглянул на вражеские катера — судя по всему, именно их Коллингсвуд имела в виду, когда говорила про очень маленькие звездолеты, — и любопытство его разгорелось с новой силой. К чему бы все это?

* * *

Помещение станции оказалось поделенным на небольшие отсеки перегородками, не доходившими до наружной оболочки. Судя по ее виду, она была готова к немедленному демонтажу в любой момент. Из цветов преобладал армейский серый, хотя кое-где имели место пятна более человечных расцветок. Воздух был сух и до омерзения лишен ароматов — обычный атрибут маленьких автономных станций, где ограниченное число атомов без конца подвергается регенерации в одних и тех же установках с целью поддержания жизни в агрессивной среде.

Заботу о Барбюсе и его матросах взяла на себя угрюмая женщина с молниями инженера на воротнике, а офицеры проследовали за Синюком по узкому коридору в отсек, где, кроме нескольких дисплеев и расставленных полукругом кресел, не было больше ничего; судя по всему, он выполнял здесь функцию конференц-зала. Прежде чем все успели рассесться, в противоположной стене открылся люк.

— Джентльмены, — объявил Синюк. — Полковник Дарк.

Стройная и длинноногая, с грациозными движениями, полковник Дарк была одета в синюю форму имперской разведслужбы лорда Вайрода. Впрочем, форма открывала взгляду значительно больше, чем скрывала. Кожа ее отличалась необыкновенной белизной, а иссиня-черные волосы были заплетены в косу, спускавшуюся почти до коленей. Большие миндалевидные глаза светились умом. Говоря, она теребила пальцем обсидиановый осколок странной формы — несомненно, обломок корпуса звездолета. Брим решил, что это память о каком-то не слишком приятном эпизоде в ее биографии; узнавать более подробно ему не хотелось.

— Спецотряд с К.И.Ф. «Свирепый» прибыл в ваше распоряжение, полковник, — доложил Амхерст. — Лейтенант Ам…

— Нам передали все ваши личные данные, лейтенант Амхерст, — перебила его Дарк низким, хрипловатым голосом, не обращая внимания на отданную им честь. — Пока мы с вами находимся на Ред-Рок-9, у нас не будет времени на уставные церемонии. — Она тронула осколок кончиком лакированного ногтя и прикусила губу. — Так что сядьте и слушайте внимательно. На всю подготовку к операции у вас примерно два дня.

Занимая место, Брим покосился на Амхерста. На лице того застыло обиженно-удивленное выражение — он явно не привык к подобному нарушению устава, да еще со стороны вышестоящих офицеров. — Если за это время вы докажете нам, что сможете управлять катером и его системами, мы даем «добро» операции и тогда вы узнаете все детали, какие сочтете нужными. Если не сможете, мы просто отменим все мероприятие и отошлем вас назад, поблагодарив за попытку. Однако… — Она сделала паузу и обвела всех внимательным взглядом.

Брим почувствовал, что его брови непроизвольно ползут вверх.

— Однако, — повторила Дарк, — неожиданная атака облачников на одну из наших баз — не важно, какую именно, — лишила нас вчера экипажа, который должен был вас дублировать. Так что если вы потерпите неудачу, операция будет отменена, и очень важный человек может погибнуть. И к тому же империя лишится кое-какой жизненно необходимой ей информации, Амхерст неожиданно приобрел озабоченный вид — неплохо знавшие его Брим, Урсис или Барбюс могли бы с уверенностью сказать, что он чертовски напуган. Он открыл рот, как бы намереваясь сказать что-то.

Дарк предостерегающе подняла руку:

— Погодите с вопросами, лейтенант, пока ваша команда не освоит управление трофейным катером. До тех пор я не могу сказать вам больше ни слова.

* * *

Весь следующий день Брим с Теадой провели на мостике трофейного катера, работая в режиме симуляции, в то время как все остальные пытались разобраться в бортовых системах на основании сведений, хранящихся в базах данных империи. Потом, используя короткий перерыв, вся группа облачилась в скафандры и вышла в открытый космос осмотреть катера снаружи.

— Насколько я понял, они хотят, чтобы мы использовали тот, с номером Е607, — сообщил Амхерст по радио, ткнув перчаткой в сторону правого из трех пришвартованных катеров. — Они сказали, что остальные пойдут на запчасти.

Осмотр подтвердил его слова. На двух катерах явно отсутствовали существенно важные детали, распахнутые настежь люки впустили внутрь космический вакуум, а на месте гиперэкранов зияли пустые отверстия.

Е607, напротив, казался готовым к полету — смертоносная машина, предназначенная единственно для разрушения. Его шестидесятиираловый корпус точнее всего можно было бы описать как топор без топорища, положенный набок, с маленькой рубкой управления, выступающей примерно посередине верхней поверхности. От его «обуха» назад тянулись две ажурные фермы, на концах которых в обтекателях располагалось по антигравитационному генератору Кляппера — Хисса. В передних углах корпуса виднелись утолщения с крышками торпедных аппаратов, а между ними торчала приплюснутая башенка с единственным 60-миллиираловым разлагателем. Нижняя палуба шла от ходовой рубки к корме, раздваиваясь у нее к казенникам торпедных аппаратов и к расположенным рядом с ними отсекам боекомплекта — по одной запасной торпеде на аппарат. Двенадцать небольших пусковых установок в корме расширяли возможности катера, позволяя ставить минные заграждения. Днище было совершенно плоским, если не считать выпуклого спонсона с мощным 91-миллиираловым разлагателем. Единственный кристалл главного хода позволял катеру ходить на сверхсветовой скорости и даже совершать длительные перелеты.