Господство мысли - Джеймс Дэшнер

Охранник навел ствол пистолета Майклу в лицо и прокричал:

– Когда выйдем отсюда, я с тобой разберусь! А сейчас пошел! Я за тобой слежу.

Майкл молча кивнул. Агент Вебер выгрузит их. Обязательно выгрузит. Скоро.

Шатаясь, они гуськом двинулись к двери вокруг гибнущего машинного зала. Из шахты долетали волны нестерпимого жара. Майкл обливался потом; в затылок ему упиралось дуло пистолета – охранник неустанно подгонял его.

Наконец они выбрались в коридор.

Позади что-то взорвалось с резким хлопком, в спину ударила волна воздуха. Здание дрогнуло.

Майкл побежал к лестнице, обогнул угол, споткнулся, восстановил равновесие. Выбежал на ступеньки к друзьям и охранникам.

Они даже не спускались, они летели вниз, не замечая под ногами ступенек.

Взорвалось еще что-то.

Дом всколыхнулся.

Майкл упал.

Снова поднялся.

Они достигли площадки второго этажа. Как же далеко еще бежать вниз!.. Наконец достигли первого, кое-как выбрались в коридор, обогнули еще один угол. Бежать предстояло теперь не к задней двери, а к парадной. Здание содрогнулось от серии взрывов, и все попадали на пол. Поднялись. Задыхаясь от пыли, выбежали наконец наружу, к солнцу, на воздух.

На улице собрались толпы зевак, оттесненные от тротуара другими вооруженными охранниками. Чуть в стороне, сверкая мигалками, стояли пожарные и полицейские машины – наземные и воздушные, – тогда как их экипажи тоже высыпали на улицу перед зданием.

Майкл чуть не ослеп от яркого света – после мрака Каинова логова. Да и глаза заливало потом. Теперь, когда они оказались в безопасности, охранник, всю дорогу подгонявший Майкла, схватил его и грубо потащил в сторону – туда же, куда повели Сару с Брайсоном. К большому черному фургону, двери которого распахнули двое вооруженных человек.

– Вебер, – едва слышно произнес Майкл, спотыкаясь и чуть не падая на ходу. – Вебер. – Он повертел головой, взглядом ища портал, надеясь пробиться к нему. Что-то сорвалось, не заладилось. Так далеко наперед он не думал, но ведь все должно закончиться иначе!

Установить прибор, запустить его и… выгрузиться.

В толпе вдруг появилась… Гэбби. Точно кусочек ожившего сна. Она протолкалась к Майклу, а он глядел на нее и не понимал, что происходит.

– Джекс! – в ужасе кричала Гэбби. За ней гналось двое копов. – Майкл!

– Гэбби? – шепнул он, не слыша себя самого. Какого дьявола?

– Это не по-настоящему! – закричала она, и в это время один из копов сумел-таки ее схватить. – То есть по-настоящему! Тебя обманули! Зачем я только помогла тебе…

Коп ударил ее по голове дубинкой, и она рухнула на асфальт.

Не найдя слов, Майкл заорал во всю мочь. Это был страшный крик баньши, рожденный в глубине души от смеси боли и непонимания. Майкла толкнули к фургону, и он потерял Гэбби из виду.

Сару и Брайсона уже запихнули в «гадовозку», и Майкла охватила паника. Нет-нет-нет, не этого он ждал. Все пошло не так.

– Гэбби! – позвал он.

Рванулся, и охранник, не ожидавший этого, не сумел его удержать. Майкл вывернулся и побежал к Гэбби.

Обманули.

Провели.

Гэбби окружили зеваки. Вот бы добежать до Гэбби, помочь ей. Вместе укрыться в толпе.

Впереди вдруг выросла женщина, закованная в черную броню. Хватила его дубинкой по лбу, и мир взорвался белыми вспышками и болью. Майкл рухнул на асфальт, стукнувшись затылком.

– Гэбби, – едва шевеля губами, прошептал он. – Вебер. Где вы?

Его подняли, отнесли к фургону и бросили внутрь.

Захлопнули двери – заскрежетало, оглушительно грохнуло – и оставили наедине с друзьями, в темноте.

Майкл закрыл глаза.