Третий сын - Константин Ежов

– …опу вырву! – прозвучало голосом Белавы, а затем она сама и китаец выпали из того, чего не может быть.

Внешне это выглядело как материализация из ниоткуда. Пространство растяжения только вначале выглядело как некое оптическое искажение, а после формирования определялась исключительно способностями тьмы. В моём случае, по ощущениям, как опасная зона в близком пространстве. Обычный человек вообще ничего бы не заметил.

– Да буду я его учить! Зачем по печени-то сразу? – на хорошем русском откликнулся китаец, загибаясь при этом в три погибели и освещая окрестности успевшими налиться синевой фингалами.

Когда только успел ими обзавестись? Нет, если рассуждать здраво, внутри пространства растяжения время течёт иначе. Теоретически. Судя по видимым результатам – и практически.

– И чтобы больше никаких волосатиков! – потребовала Белава.

Точно, обойдёмся без китаёзы. Как бы его обозвать-то, чтобы без оскорбления?

– Хорошо-хорошо, – выказал покладистость представитель монастыря Шаолинь.

А мне точно такой учитель?.. Точно, учитель! Хм. А ведь его мастером обозвали. Как-то фингалы, тем более наставленные хрупкой красивой девушкой, со столь высоким статусом не сочетаются. Странно, если она его так, то почему сама не учит, а этого монаха сюда притащила?

– А вы чего ещё не улетели? Бесплатное кино увидели? – Белава неожиданно переместила свой гнев на людей, всё ещё торчащих возле выхода из тарелки.

Аврора сразу засуетилась, и летательный аппарат стал подниматься в небо. Тренер, кстати, почему-то покраснел.

– Ну, а ты почему на сырой земле валяешься, почки простужаешь? – переместила фокус своего внимания она уже на меня.

– Да я уже! – подорвался я на ноги без дальнейших вопросов.

Ну его на фиг усугублять! Хм. А ведь по всем ощущениям уж полностью здоров, хотя совсем недавно загибался и думал, что коньки отброшу.

– А теперь вернёмся к тебе, – произнесла Белава словно в никуда.

– Не надо ко мне! – сразу засуетился китаец.

– Тогда сам рассказывай, – спокойно обратилась она непосредственно к нему.

Несколько даже растерялся, а чего ей надо-то?

– Нужно было проверить…

М-да. Ответ китайца не изобиловал подробностями и понятностями. Кстати, Белава на это промолчала, но так выразительно посмотрела на возмутителя спокойствия, что даже я захотел признаться во всём. Жизнь – она дороже. А обещание убийства в том взгляде было очень непростым. Прямо-таки долгим и мучительным.

– На самом ли деле он создал духовное оружие? – сразу же выдал он.

Мне понятней не стало. Что я там сбацал и когда?

– Ну и как? – уточнила Белава у учителя.

Эх. Но надо привыкать именно так к этому китайцу обращаться. И м-да. Дорогобудовой, в отличие от меня, похоже, было всё понятно.

– Не получилось, – тяжело вздохнув, ответил представитель монастыря Шаолинь.

Да, здесь этот монастырь живёт и здравствует, да ещё и практикует особые техники убийства драконов. Там у них всё серьёзно. Империя Мин не без оснований опасается их бунта, а монахи эдакий противовес. В мире моей памяти его уничтожили чанкайшисты, а то, что появилось потом, не несло древних традиций, да и боевое искусство утеряно. Поначалу вообще одно ушу демонстрировали. А потом, конечно, придумали новый боевой стиль, как наши в своё время самбо и боевое самбо. Новодел, в общем, но всё согласно традиции, которая, как уже сказал, не сохранилась. За деньги туристов им любую лапшу на уши повесят. Кстати, а что у нового моего тренера не получилось-то?

– Понимаете, удар отрицания жизни может выдержать только один дракон из ныне живущих. Тринадцатый. Уже дважды она это проделывала… И вот теперь… Он, кстати, человек вообще? – продолжил он.

Так. Это ещё что за… Мне же его и подарили. Живучая, оказывается, девица… Или женщина? Ай, ладно. К теологическим вопросам вернёмся позднее.

– А можно вопрос? – я решил встрять в диспут.

Китаец, мягко говоря, удивился, а вот Белава особо не отреагировала и просто сказала: «Да». В этот момент у моего нового учителя глаза чуть из орбит не повылезали от моей дерзости. Слышал краем уха, у них там любопытство учеников не приветствуется. Придётся ограничить свои хотелки, а то не ровён час не доживу до конца учёбы.

– Разве дракона можно убить с одного удара? – решил ограничиться уточнением.

За что сразу был награждён уничижительным взглядом от китайца. Типа ну, тупой…

– Теоретически – да. На практике они умирать вовсе не жаждут и отчаянно сопротивляются. Во-первых, до него ещё добраться нужно, во-вторых, они поголовно владеют боевыми искусствами и нанести удар отрицания жизни не дают, даже если тебе удалось до его бренного тела добраться. Тринадцатый дракон особняком. Он всегда везде и во всём отличается, – спокойно дала ответ Белава.

Китаец на это скривился и что-то пробормотал. Лично подумал, будто он в мою сторону ругается, оказалось, нет. Но понял это, только когда Дорогобудова ответила и ему.

– Он человек, но не обычный. У нас его называют шестым.

– И много у вас таких? – тут же активировался он.

– Один. И это не общее название, а числительное. До него был пятый, несколько столетий назад, – отсекла она любые возможные вопросы.

– Сколько у всех тайн, – ворчливо проговорил новый тренер.

– Вы с нами тоже не особо хотите ими делиться. Вон сколько усилий пришлось приложить, чтобы вас сюда доставить, – ответила Белава на его претензии.

– Хорошо, тогда приступим, – заявил китаец.

– Как вы быстры. Сначала нужно обеспечить безопасность. Развернуть зоны контроля. Или вы не хотите конфиденциальности передаваемым вами знаниям? – поинтересовалась в ответ она.

– Нет, что вы. Эти вопросы на ваше усмотрение, – примирительно заговорил он.

– Тогда устраивайтесь.

– А к кому тут обращаться-то? – поинтересовался новый тренер.

– Вон сзади вас представитель генерального подрядчика кого-то привёл. Думаю, он обеспечит всё.

Ха! Интересное кино. Тут кругом стройка. Не думаю, что возможно нормально разместиться. Хотя… Кто его знает, что за аскеты обитают в этом Шаолине. Может, ему только в радость окружающий грохот.

– Пока тренировок с мастером Шаолиня не будет. Сначала нужно сравнять свет и тьму. Но первым делом нужно и обустроиться. Заодно познакомишься со своими служанками, – обратилась Белава ко мне.

– А у меня они есть? – выразил я крайнюю степень удивления её последней ремаркой.

Что-то не припомню такого.

– Конечно. У каждого уважающего себя посланца нашего государства в теперь почти союзную Японию должны быть. Это девушкам их иметь там запрещено, а парням прямо-таки противопоказано там появляться без них, – спокойно ответила она на моё восклицание.