Сила. Предатель - Сириус Дрейк

Борис сделал предположение, что мы с сестрой сможем сделать что-то, от чего он сможет проснуться.

Наш состав начал тормозить. Окна лабораторий пропали, и открылась панорама того, вокруг чего были построены все местные стены и лаборатории.

Из окна мы увидели огромную скалу. Я сразу догадался, что это и есть метеорит. Золотые и голубые прожилки переливались под светом бесчисленного количества дронов, кружащих вокруг него. У основания вокруг метеорита был пристроен металлический мост.

Я подсчитал, на сколько этажей был метеорит в высоту, и оказалось, что он доходил до пятнадцатого этажа исследовательской лаборатории.

— Впечатляет? — спросила Света, стоящая нас за спиной.

Мы с сестрой, как маленькие дети, прилипли к стеклу, разглядывая величие и красоту огромного камня. Внизу стояли двое ученых и оживленно обсуждали какие-то проблемы.

Поезд заехал в туннель, метеорит пропал из виду.

— Ваш отец находится в соседнем отсеке от метеорита, — пояснила Света. — Мы решили не уносить его далеко от него, потому что они как-то взаимодействуют…

— В каком смысле? — спросил Учитель.

— Камень реагирует на Дениела, он увеличивает его силу в несколько раз, — стал объяснять Борис. — Ты же уже понял, что даже твои силы тут не работают?

— Хочешь сказать, что это из-за Дэна? — удивился Учитель.

— Именно. Мы предполагаем, что когда он проснется и покинет это место, то ограничения не будут такими жесткими, — предположил Борис.

Мы вышли из поезда и направились по идеально белому проходу к лифту.

— У вас очень чисто! — похвалила Аврора.

— Этим занимаются роботы-уборщики, — пояснил Борис.

Спускаясь вниз, мы опять увидели метеорит. Вблизи он казался еще красивее. Оказалось, что под мостом у метеорита росли растения, не совсем обычные. Они переливались всеми цветами радуги и покачивались каждый по-своему. Я посмотрел на сестру, ее глаза горели от восторга!

— Мы прибыли, — сказала Света. — Сейчас вас просканируют, продезинфицируют, и вы сможете войти в палату к отцу.

Когда мы вышли из лифта, нас отвели в комнату, где попросили надеть специальные белые комбинезоны. Надев на глаза очки, нас троих засунули в небольшую комнату, где осветили ультрафиолетом. В воздухе пахло озоном, как после грозы.

— Мы вас продезинфицировали и просканировали, — сказала в микрофон Света. — Теперь можете войти в палату. Удачи.

Теперь уже я взял Аврору за руку. Мы сняли очки и немного расстегнули комбинезоны. Но у двери в палату мы притормозили, никто не решался первым войти внутрь.

Учитель протянул руку, чтобы нажать кнопку автоматического открывания двери. Его рука дрожала.

— Ух, давно я так не волновался, — смущенно выдохнул он. — Я не видел его пятнадцать лет…

— Мы тоже очень волнуемся… — сказала Аврора.

Мы с сестрой взяли его за руку и втроем нажали на кнопку. Дверь открылась.

Палата была огромной. Куча медицинской аппаратуры, пикала система сердцебиения. У окна с видом на метеорит стояла большая кровать, где лежал отец. Он был укрыт простыней до шеи, с такой же бородой, какая и была в нашей памяти, а вот волосы на голове сильно отросли. Мы с сестрой замерли на пороге, боясь подойти ближе к кровати.

Учитель подошел первым. Он посмотрел в лицо старого друга и улыбнулся. Погладив отца по голове, он потрогал длинные пряди волос, разбросанных по подушке, и потеребил их.

— Ты почти не постарел, — тихо сказал он. — Что же с тобой случилось, друг мой?

Решившись, мы подошли поближе. Он почти не изменился. На вид ему было лет тридцать, как и пятнадцать лет назад. Только несколько седых прядей волос говорили о том, что он старше, чем выглядит.

Аврора тихо заплакала, прикрыв рот рукой. Я тоже готов был расплакаться. Взгляд затуманился от навернувшихся слез. Я боялся прикоснуться к отцу, вдруг он рассыпется, как старая фарфоровая кукла.

Учитель достал его руку из-под простыни.

— Ого, а ты там время зря не терял, — удивился он, держа большую накачанную руку отца.

Только сейчас я увидел, какая широкая была шея у отца. А под простыней при каждом вдохе медленно поднимались мощные грудные мышцы.

Аврора положила свою ладонь на лоб папе, а я взял за руку. Его ладонь была грубой и твердой. Пальцы и ногти были сильно стерты, даже образовались коросты.

— Господи, папа, что с тобой было? — плача, сказала Аврора.

Его рука сжалась в кулак, он открыл глаза, ногой пнул Учителя так, что тот отлетел в другую часть комнату. Я успел схватить сестру и отскочить с ней в сторону.

Отец вскочил на кровать, схватил рядом стоящую стойку с капельницей и встал в боевую стойку, как с копьем. Он был огромный, накаченный. Все тело было в шрамах и ожогах.

Я видел, как он испугался. В его взгляде читалось удивление, страх и непонимание происходящего. Он несколько секунд смотрел на нас широкими глазами.

— Папа… — тихо сказала Аврора. — Это мы…

Его взгляд изменился. Он бросил палку и спустился с кровати… Он вытянул руку вперед, словно перед ним был мираж.

— Не может быть… — тихо сказал он. Одинокая слеза скатилась по его щеке.

Мы начали подходить к нему. Аврора взяла его за руку. Он аккуратно стиснул ее руку, как будто она была бумажная, и, боясь сломать, аккуратно отпустил.

— Нат, Аврора, это правда вы? — прошептал он.

Он медленно подошел, не веря своим глазам. Положил свои ладони к нашим щекам. Мы кинулись к нему на шею. В этот раз я не стал сдерживать слез и разрыдался. В голове пронеслись все приятные моменты с отцом. Он тоже рыдал.

Учитель подошел к нам, потирая голову. Он не стал портить момент и просто стоял, наблюдая за нами.

— Как вы выросли, — плакал отец. — Я так по вам скучал!

— Мы тоже, папа, — сквозь слезы сказал я. — Мама до сих пор плачет. Хотя думает, что мы не знаем об этом.

— Господи, а где Лиля? — он оторвался от нас, огляделся по сторонам и только сейчас увидел Учителя.

— Она ждет тебя дома, Дэн, — улыбнулся Учитель, потирая ушибленное место. — Хороший удар, приятель.

Папа отпустил нас