Председатель - Вай Нот

Андрей активно закивал, очевидно парню в принципе нравится любая техника. И чем больше, тем лучше.

На этой ноте мы вернулись в магазин и выбрали гитары с гармонью, как и хотели. Теперь осталось ещё одно дело.

Мы поехали к моим уже добрым знакомым в строительном тресте. Наше сотрудничество удалось на славу, и я хотел предложить им ещё одну сделку. Я уже договорился ранее о помощи в постройке фундамента для теплицы и дополнительных стройматериалах, потому что того, что я нашёл на складе оказалось маловато для моей задумки. Соответственно и котельная для теплицы нужна большая и продуманная. Вот насчёт неё я и хотел поговорить и посоветоваться.

В общем, я пообещал, что если они помогут нам отстроить всё по уму, то в будущем, мы будем составлять для них подарочные продуктовые наборы из этой же теплицы.

И, спустя минут двадцать переговоров, мы, наконец, ударили по рукам. Перспектива иметь в холодное время года свежие овощи оказалась очень соблазнительной для руководства треста. Правда договорились мы сейчас только насчёт самого здания, но директор треста пообещал что и насчёт оборудования он всё в ближайшее время решит.

Ну вот. Теперь можно и домой. Я вернулся к Андрею, и мы поехали сразу к зданию клуба, где аккуратно выгрузили инструменты в одной из комнат.

— Товарищ председатель, а можно мне сыграть? — Андрей кивнул в сторону гитар.

— А ты умеешь? — удивился я, — чего раньше не сказал?

— Ну... — он замялся, — не то, что прям умею. Незадолго до армии, мы с семьёй в город выезжали и на фильм попали. Хроники пикирующего бомбардировщика. Как сейчас помню... — он вздохнул, — жаль, что я со своими восемью классами даже и попытаться не могу поступить в лётное училище...

Он как-то так погрустнел, что я даже подбадривающе похлопал его по плечу, и Андрей продолжил:

— И была в этом фильме песня. Туман называется. Такая душевная. Вот поверьте, товарищ Председатель, я вообще не нюня и не плачу никогда. Но тогда чуть не до слёз пробило. А потом в армии, один гитарист её сыграл, представляете? Ну я тогда и пристал к нему крепко. И не отлип, пока он меня не научил.

— Ну показывай тогда, чему научился, — улыбнулся я ему.

И Андрей, взяв в руки гитару, сел на стул и заиграл, а потом и запел:

«Туман, туман, слепая пелена.

И всего в двух шагах, за туманами война.

И гремят бои без нас, но за нами нет вины.

Мы к земле прикованы туманом,

Воздушные рабочие войны»

Я тоже тихонько ему подпевал. Песня и впрямь душевная. Только странно было осознавать, что для Андрея она по сути ещё новинка. А для меня, также, как и кассетные магнитофоны с электрофонами, уже старая добрая классика.

— Ну вот, — подытожил я, когда он закончил, — сыграешь её на каком-нибудь празднике.

— Думаете, хорошо получилось? — спросил Андрей.

— Вполне, — даже не соврал я ему.

— Здорово! Вот бы ещё парочку романтичных песен выучить. Аллочке спою... — мечтательно протянул он.

— Научишься, — обнадёжил я его, и мы, на всякий случай заперев комнату с инструментами на ключ, покинули клуб.

Уже вечерело, и, перед тем как вернуться домой, я решил пешком пройтись по центральной улице, чтобы ещё раз убедиться, что всё идёт по плану.

Тёплый свет новых фонарей приятно радовал глаз и душу, как и свежеокрашенные заборчики. Жаль, конечно, что не все дома выглядели им под стать. Но ничего. Со временем и это исправим. Хотелось, чтобы все мои люди жили в достойных новых домах. Или, хотя бы, пусть в старых, но крепких и ухоженных.

В некоторых огородах кипела работа, и, когда я проходил мимо одного из них, меня окликнул наш конюх-комендант:

— Товарищ председатель! Вот вы где!

Я подошёл ближе. Лопатин помогал одной пожилой колхознице вспахать огород на лошади.

— Что-то случилось? — поинтересовался я у него, после того как мы поздоровались.

— Да нет. Просто спросить хотел. У нас уже почти все колхозники со своими огородами заканчивают. А у вас же тоже есть. Когда вспахивать-то собираетесь? Я вам с лошадками помогу, если надо.

Вот же. Я об этом вообще и не думал! Ладно. Это только доказывает, что возиться мне с посадками особо некогда всё равно. Засажу картошку на все свои сотки, не пропадать же земле. А картошечка всегда пригодится.

Обсудив с Лопатиным свой план и, выбрав день, когда начнём пахать, я попрощался и вернулся домой.

И только у крыльца вспомнил, что хотел съездить к Вере и её бабке познакомиться. Ну ладно. Значит завтра.

* * *

На следующий день Дядя Митя подошёл к дому своего приятеля, где прямо у порога его поджидал седой старик на табуретке.

— Ой, Юрка, спасай меня! — завопил гармонист, хватаясь за спину.

— Что случилось, Дмитрий Николаевич? Опять с танцульками переусердствовал?

— Да не говори! Душа требует танцев, а тело уже не то, тьфу! Достал этот чёртов радикулит, можешь опять сделать чего? Как в прошлый раз.

— Ты так себя в могилу сведёшь, старый ты дурак! — усмехнулся старик, — Есть у меня новый способ, можем попробовать.

— Да я на что угодно согласен, лишь бы помогло! — недолго думая ответил дядя Митя.

Старик медленно поднялся с табурета и махнул рукой приятелю, зазывая его в дом.

— Снимай гимнастёрку и ложись, — кивнул в сторону кровати он, — Я пока всё подготовлю.

После этих слов он вышел из дома и через некоторое время вернулся с ведром воды, внутри которого лежал большой камень. Туда же он опустил кипятильник и посмотрел на дядю Митю, который молча лежал на кровати с закрытыми глазами. Пока тот не видит, достал из комода бутылку и сделал глоток, затем вновь спрятал спиртное.

— Ну, показывай где болит, — перешёл к делу старик.

— Вот тут, — нащупал проблемное место дядя Митя, — всё как в прошлый раз....

— Это же не дело, возраст уже не тот, ты бы это, угомонился уже.

— Тьфу на тебя! Я ведь музыкант, как без танцев-то? Я же на свадьбе был, народ развлекал, сам понимаешь.

— Вот глупый ты валенок! Всё равно меня не послушаешься! — с