Ведьмина поляна - Василий Головачёв

– Термин мне понятен, слышал от Хороса, но это дела не меняет. Виварий ли, морг ли, он опасен, и надлежит его взорвать.

– У меня другое предложение – взять хладунов с собой.

Могута озабоченно потрогал засохшую на щеке царапину.

– Всех? – в голосе сотника послышался сарказм. – Для этого нужно иметь не меньше десятка хладоносцев или барж.

– Зачем всех? На лодке уместится три-четыре особи, это серьёзная сила, и если мы привлечём хладунов к обороне Роси, получим неплохое преимущество.

Сотник и Любава переглянулись.

– До преимущества ещё очень далеко.

– Он прав, – сказала девушка. – Особенно хороши хладуны будут при нападении флота конунга. Представьте, что будет, если всплыть на лопотопе за эскадрой и ударить в спину… – она рассмеялась, – киборгами. Паника обеспечена! Я бы взяла на борт как можно больше.

– Не влезут, – сказал Могута. – Дайте подумать.

Он побродил по залу, выслушал доклад дружинника о находке кельи, где обитал «ниндзя» – пастух хладуна, и широкого коридора, уходящего в недра крепости.

– Может быть, этот коридор ведёт и наружу, – добавил Миро. – Тогда не придётся лезть через все щели до самого берега.

– Проверьте, – велел Могута, снова подходя к хладуну. – Как вы им командуете?

– Встань! – приказал Максим, ткнув острием «пестика» в морду зверя.

Хладун взвился пружиной словно ожившая статуя, заставив сотника отскочить.

– Мрак бы тебя побрал!

Монстр зыркнул на него выпученными «бельмами».

Вид у него был такой уморительно-глупый, что Любава не удержалась от смеха.

– Остолбень! – сказала девушка. – Обнять и плакать.

– Ага, а он тебя легко в ледышку превратит, – буркнул смущённый своей резвостью Могута. – Лучше подумайте, как вытащить хладунов из морозильных камер.

– Если выродки сделали это, то и мы сможем, – отмахнулась дочь Гонты. – Мак, ищи подходящие пузыри.

Максим прошёлся по залу, выбирая «гриб». Один из них показался ему старее других.

– На счёт «три» приказываем пузырю раскрыться. Приготовьте глушары.

Направили «мослы» на серый, с более тёмными потёками «гриб».

Могута с любопытством подошёл ближе.

– Вы тоже присоединяйтесь, – предложил Максим. – Втроём мы сильнее.

Три острия кольнули пузырь камеры.

Максим досчитал до трёх, рявкнул:

– Откройся!

Три мерцающие струи вонзились в «гриб». Пузырь шевельнулся, увеличиваясь в размерах, резко сжался, снова вырос и лопнул, разбрызгивая вокруг серые клочья скорлупы.

Под ним на знакомом «унитазе» сидел высохший, сморщенный, позеленевший хладун, вдвое меньший своего живого собрата.

– Сдох! – прокомментировала Любава.

Максим принюхался: от этого хладуна несло гнилью и аммиаком.

– Похоже, – согласился он смущённо.

– Может, тут все такие? Времени с момента разрушения крепости прошло изрядно.

– Посмотрим.

Подошли к «грибу» побольше.

На этот раз эксперимент прошёл более удачно. В камере сидел вполне здоровый на вид хладун, опустив голову на грудь. Глаза у него были закрыты.

– Стреляем? – Любава взвесила в руке глушар.

– Подождите, – остановил её Могута, – может, сначала его надо освободить от стула?

– Может, он сам освободится.

– Поехали. – Максим поднял свой «пестик». – На счёт «три»!

Могута присоединился к ним, и в голову сидящего «узника» влились три едва видимые струйки тумана.

– Очнись!

Хладун вздрогнул, выпрямляясь, тупо разглядывая «кандалы» на лапах.

– Наверно, зря мы на него понадеялись… – сожалеюще начала Любава.

Но в этот момент «кандалы» на передних лапах чудовища отщёлкнулись, за ними раскрылись кольца на лодыжках, отсоединились патрубки на всех четырёх лапах, роняя маслянисто-жёлтые капли. Хладун встал во весь рост, оказавшись выше Максима всего на полголовы. Дырки от патрубков на предплечьях и лодыжках сидельца, подводящих, наверно, пищу и физиологический раствор, затянулись.

– Выйди и замри!

Монстр перешагнул нижний край скорлупы, остановился, глядя на командующего им человека.

– Вольно, рядовой лягух! – усмехнулся Максим.

По-видимому, хладун шутку понял по-своему, так как заелозил ластоподобными «кенгуриными» лапами по полу, начал ощупывать себя, глаза его потемнели.

Люди попятились.

Максим вскинул глушар.

– Стоять!

Хладун снова превратился в покрытую зеленоватой чешуёй и клочьями перьев статую.

Любава погрозила Максиму пальчиком.

– Выбирай выражения! Это тебе не человек. Мало ли что решит, вообразив угрозу или действие с другим смыслом.

Максим смущённо поёжился.

– Учту. Продолжим?

Могута с сомнением оглядел «киборга атлантов».

– Хорошо бы мне взять его под личный контроль.

– Давайте попробуем объяснить, что от него требуется. Встаньте перед ним.

Могута повиновался.

– Глушары!

Навели «излучатели силы» на голову гиганта.

– Посмотри на этого человека! – повысил голос Максим.

Зрачки хладуна стали шире, сузились, снова увеличились.

– Он твой господин! Слушайся его!

Хладун переступил с ноги на ногу, разглядывая сотника.

– Прикажите ему что-либо! – быстро подсказал Максим.

– Повернись! – гулко скомандовал Могута.

Хладун с таким удивлением посмотрел на него, что Любава расхохоталась.

– Ой, не могу! Умора!

Но команда всё же дошла до разума зверя. Неуверенно и неловко, он всё-таки повернулся.

Любава захлопала в ладоши.

– И я такого хочу!

– Тебе мы дадим другого хладуна.

Могута обошёл «киборга».

– Сделай шаг!

Хладун шагнул раз, другой, третий.

– Стой! – рявкнул сотник. – На месте!

Хладун замер.

– Какого чёрта он не сразу слушается?!

– Надо представлять его действие точнее, – сказал Максим. – К примеру, если вы прикажете ему «убей!», он и вас может шлёпнуть. Ваша мысль должна быть конкретней – кого именно следует закатать в асфальт.

– Закатать?

– Прошу прощения, это образное выражение, часто было в ходу на моей родине.

– Понял, постараюсь.

– Не сейчас, перепроводим его на лодку и там поэкспериментируем.

Максим подошёл к соседнему «грибу».

Процедура оживления «узника» прошла легко. Хладун очнулся, встал: голова его, бликующая золотой чешуёй, срослась с грудью и пузом, образуя пузырь на тонких жёлто-синих ножках, – и Любава объяснила монстру его положение.

– Будешь подчиняться мне! Подними лапу!

Хладун поднял ногу.

– Не ту! – рассердилась девушка. – Верхнюю!

Хладун поднял обе лапы.

Максим засмеялся.

– Тот же эффект. Будем учиться думать конкретнее. Не так-то просто управлять этими безмозглыми биокиберами.

– Кем? – не поняла она.

– Биокиберами, это то же самое, что киборг или робот. Ты же посещала Россию, могла узнать из интернета, что такое робот.

– Благодарю за объяснение, – ехидно бросила девушка. – Стало намного понятней. Но у меня нет вашего нитернета.

Она подошла к хладуну вплотную.

– Смотри на меня, скотина!

Хладун выпучил глаза.

– Подними левую лапу!

На этот раз приказ был выполнен правильно.

– Молодец! Теперь подними правую!

Гигант поднял.

– Красавец! Дам сухарик!

– Кстати, – сказал Могута, – чем их кормить?

Все посмотрели на «унитаз» внутри раскрытого «гриба».

– Судя по этим трубкам, их кормили внутривенно.

– Не будем же мы брать с собой стульчаки.

– Надо найти какой-нибудь сухой корм.

– Если он есть.

– Должен быть, потому что выродкам тоже небось было неудобно таскать такую сложную пищевую систему при выполнении работ. Особенно если надо было ходить в экспедиции.

– Придётся поискать.

Еще одного хладуна также удалось оживить без особых трудностей. Все они, сидевшие в боксах жизнеобеспечения, были примерно одного роста и разнились лишь цветом чешуи. У «киборга» Любавы, кроме того, на голове цвела поросль золотистых «опят», похожая на корону, и она похвасталась по-детски:

– Это хладун-король! Все ваши «лягушата» – всего лишь сервы, прислуга. Требую подчинения!

– Слушаюсь, ваше величество! – шутливо взял «под козырёк» Максим. – Предлагаю создать дружину из хладунов, а вашего «короля» поставить во главе. А ещё лучше поработать с ними дома и направить в Еурод для диверсий.

– Согласна!

– Далеко глядите, – покрутил головой Могута.

Вернулись разведчики, с оторопью ознакомившись с четырьмя ожившими хладунами.

– Как вам удалось?! – проговорил Миро.

Обходивший четвёрку жутких созданий Малята убрал за спину меч, появившийся в его руке как по мановению волшебной палочки.

– Легко! – ответила Любава с похвальным пафосом.

– Нашли что-нибудь? – спросил дружинника Могута.

– Да, – опомнился Миро. – Коридор ведёт к кольцевой балюстраде, опоясывающей всю внутреннюю стену крепости, и от неё идут колодцы вверх и вниз. Один такой, оборудованный лестницей, мы прошли до конца, он спускается к основанию крепости и выходит наружу.

– Отлично! Выводим этих лягушат и грузим на лодку.

Глаза дружинника сказали всё, что он думает о приказе сотника. Но возражать росич и не