Мишель - Иннокентий Маковеев

Двое — профессиональные хореографы-продюсеры: озорной парень в кепке, и Кристофер. Члены жюри поднимаются со своих мест и приветствуют гостей. На Кристофере белая рубашка и чёрные брюки. Стилист сделал ему безупречную прическу: «полубокс» с ровным боковым пробором. Рафаэль и Фифи расположились в зале рядом с членами жюри. Их задача просто наблюдать. Они позже будут ставить хореографию тем танцовщикам, которых отберёт Кристофер. Этот конкурс, выявляющий таланты — известная франшиза идёт во всех союзных странах. Формат шоу всегда примерно одинаковый.

Ведущая вызывает на сцену первого участника. Я отвлекаюсь от трансляции и получаю личный номер с эмблемой конкурса. Я не проходила предварительный кастинг, и организаторам неизвестна моя история. Девушка-ассистентка отводит меня в специальную комнату. Сев на стул, я на камеру коротко рассказываю о себе. Я — Мишель Ру, местная — из Соважа. Мне 18 лет. Я не занимаюсь танцами профессионально, но люблю танцевать. Зачем я участвую? Я пришла на проект, чтобы утереть нос одному танцовщику-зазнайке. Кому именно? Секрет. Хочу ли я победить? Да, конечно.

Последнее соврала. С пузиком на заключительных этапах конкурса мне делать нечего.

Вернувшись обратно, принимаюсь следить за выступлениями участников. Каждый номер длится около двух минут, затем члены жюри делятся впечатлениями и объявляют решение. Юморист-шоумен всегда веселит шутками выходящего танцовщика и подбадривает его. Часто он не соглашается с мнением Кристофера и парня в кепке. Телезвезда тоже спорит с профессиональными хореографами, симпатизирует участникам, говоря им всякие глупости.

Кристофер, сидящий за столом членов жюри, отличается от того Кристофера, которого я знаю. Он серьёзный, строгий, придирается к хореографии участников, к их артистизму и выбору музыки. Если Кристофер сомневается в конкурсанте, то просит исполнить танец другого направления. Слушая как Кристофер говорит другим колкие замечания, я робею. Что если я сейчас выйду, плохо станцую, и он раскритикует меня перед всей республикой? Я, конечно, сама буду виновата, но такое точно ему не прощу. Я пойду к столу членов жюри и, как следует, тресну Кристофера. Надеюсь, охрана не успеет меня остановить.

В основном отбирают участников танцующих или постмодерн, или ультра-контемпорари. Считается, что они более универсальные танцовщики и на следующих этапах проекта сумеют справиться со сложной хореографией. По сравнению с этими участниками я — откормленная детка. Они прыгают так высоко, словно подлетают на батуте. Растяжка у них невероятная. Многие делают акробатические трюки.

Если участник прошёл дальше, он, ликуя, убегает со сцены и делиться своей радостью с нами. Если потерпел неудачу, плетётся расстроенный, отрицательно качает нам головой и начинает собирать вещи. Статистика неутешительная: из пяти конкурсантов четверо отправляются домой. Две девушки из таких, как я, станцевали отлично и отобрались.

Наконец, ассистентка громко называет моё имя. Я направляюсь по коридору, ведущему на сцену. Камера вверху следует за мной. За кулисами ведущая шоу спрашивает готова ли я, какое у меня настроение. Я отвечаю, что у меня настрой боевой, что всё отлично. По правде говоря, я очень сильно переживаю. Перед спектаклем не испытывала такого мандража.

Я встаю у микрофона посреди тёмно-синей сверкающей сцены. Зал коротко мне аплодирует. «Стакан» для выступления вынесен и установлен за мной. Он выше, чем я думала. Я оглядываю членов жюри. Делаю вид, будто не узнала Кристофера. Он тоже прикидывается слепым. Другой хореограф-продюсер — парень в кепке отмечает, что я легко одета. Спрашивает, есть ли мне 18, только ли гоу-гоу я умею танцевать. Я даю короткие исчерпывающие ответы. Кристофер молчит, словно воды в рот набрал. Юморист-шоумен, не теряя времени даром, трунит его:

— Ты чего притих? Подожди, а не с этой ли милой девушкой тебя видели в клубе? Между вами сколько лет разницы?

Кристофер подносит палец к губам, призывая помолчать. Зрители в зале смеются — какой конфуз.

Флоры нигде не видно. Или отдыхает дома, или до сих пор не выписалась из больницы.

Ассистент уносит микрофон. Я занимаю исходное положение, бросив тунику в двух метрах от «стакана». Замысел номера у меня простенький, хотя и его могут не понять, тогда потом придётся самой всё рассказывать: девушка-зажигалочка потрясающе танцует в клубе, а на душе у неё кошки скребут — мужчина, которого она любит больше жизни, далеко, и девушка не знает вернётся ли он к ней. Играет бойкая музыка. Я изящно двигаюсь, гибко наклоняюсь, энергично перехватываю руками перила. Этого мало, нужна фишка. Внезапно я ставлю ногу на перила и прыгаю со «стакана». Я на огромных каблуках и могу подвернуть себе ноги при приземлении. Зал вскрикивает, или это так громко кричит Кристофер. Свет вдруг гаснет. Сгруппировавшись в воздухе, я нажимаю особые кнопки на обуви. Каблуки складывается, туфли превращаются в балетки. Я приземляюсь на носочки и сразу делаю кувырок. Отыскав тунику, быстро надеваю через голову. Свет включается. Зрителем с облегчением выдыхают. Звучит медленная песня. Вторая часть замысла: девушка-зажигалка, вернувшись домой, влезает в свободную одежду и не может найти себе места, мучается. Внезапно её мужчина стучится в дверь. Девушка впускает его. Перед ним она счастливая и жизнерадостная. Ему не догадается, что она страдала, что он сильно был ей нужен. Легко перемещаясь по сцене и двигаясь по полу, я чувствую, как мелодия и слова песни глубоко трогают меня. Музыка стихает. Я замираю в финальной позе. Бурные аплодисменты зала переходят в овацию. Ассистент выносит микрофон обратно. Но я вдруг понимаю, что не способна произнести ни единого слова: к горлу подступил ком. Мне досадно и больно. Почему? Я не знаю. Я думала, что почувствую облегчение, однако, его нет.

— Хореография ваша? — интересуется член жюри: парень в кепке. — Куда вы?! — бросает вслед: я ухожу со сцены.

Ведущая дежурит за кулисами. Она просит поговорить хотя бы с ней. Я не могу, мне плохо. Прошу не снимать меня. Плетусь сразу в раздевалку. Надеюсь, камеры меня здесь не найдут. Умываюсь, может немного плачу, легчает. И что на меня нашло? Видимо, появление Кристофера на спектакле — его новое внимание ко мне, разбередило рану в сердце.

Вынимаю из сумки вещи. Вдруг дверь раздевалки плавно открывается. Входит Кристофер. А-та-та: Фифи подсказала ему, где меня искать.

— Отличный танец и игра в спектакле тоже была на высоте, — мягко говорит Кристофер.

Я отворачиваюсь от него.

— Испугала прыжком — у меня сердце замерло. Ты бы прошла в следующий этап, если бы не наша беременность.

— Наша?! — изумляюсь я, фыркаю и оборачиваюсь к Кристоферу, возмущённая.

— Да, я признался почему ты ушла…

— На камеру?! Шоу, да?! Подняла тебе рейтинги?! Не за что!

Я складываю руки на груди.