Олигарх 4 - Михаил Шерр

Леонов, когда уходил в прошлом году, дал управляющему Косьмину особый наказ — максимально заготовить лес для строительства.

Иван Васильевич с капитаном Леоновым первым делом занялись проверкой «профпригодности» служителей редута и устойчивости к золотому тельцу. Мы решили, что все, кто вызовет у нас опасения, будут безжалостно вывезены на Камчатку.

Таковых к моему удивлению не оказалось, хотя ничего удивительного тут не было. Все эти люди уже тут не первый год, цену жизни в этих краях знают и понимают, что здесь даже не Сибирь, где у тебя есть шансы в одиночку добраться до жилых мест.

Тут таких шансов нет. Добыть золото конечно можно попробовать и самому, но что делать потом? Как отсюда выбраться?

Тем более, что я сразу же сказал, что золото будут получать все: и те, кто его будет добывать, и те, кто их всем обеспечивает.

Около полуночи первого дня нашей высадки в доме управляющего я собрал совет на который пригласил капитана Леонова, Ивана Васильевича, управляющего Косьмина, Малахова, Глазунова, Колмакова, Лукина, Кошеварова и Никифора Тихонова.

Естественно была и Софья Андреевна. Она перед заседанием успела отдохнуть, чувствовала себя превосходно и выглядела потрясающе.

Кашеваров, хотя и будет теперь плавать с Павлом Александровичем, все равно скоро будет одним из стержней моего проекта на Аляске. Просто он быстро наберется опыта на нашем пароходе и скоро станет одним из основных капитанов Аляски.

— Первый вопрос, господа, и самый важный, — я все равно сомневался в правильности нашего выбора и решил начать совет с этого вопроса. — Здесь мы уже начали высадку семей золотодобытчиков. Надо определиться: редут будет у нас перевалочной базой или здесь мы строим город, который будет нашим главным опорным пунктом в этих краях. У меня нет твёрдого мнения и я буду полагаться на общее решение.

Решили строить здесь город Михайлов — русскую опорную базу в этих краях. А как это делать на самом деле решить оказалось не сложно. Заготовленного и привезенного леса достаточно, чтобы до зимы построить казармы для проживания вновь прибывших. Ни частокол ни крепостные стены вокруг решили не ставить, население нового города будет вполне достаточное, чтобы и без них отразить теоретические нападения эскимосов. Да и вооружены мы очень серьёзно, пароходы привезли достаточное количество и винтовок и патронов к ним.

Весь имеющийся кирпич мы решили пускать на строительство жилых домов, двух храмов, школы и больницы. И когда начнется строительство всяких производств, конечно на производственные здания. А первым делом мы решили построить кузницу.

Управляющим редута, а по факту уже градоначальником строящегося города решили оставить Косьмина. Он похоже не очень горел этим заниматься, желая в глубине души по-видимому податься в золотодобытчики. Но его настрой сразу же изменился как только я сказал, что одной из его обязанностью будет организация обеспечения золотодобычи всем необходимым. Он автоматически становился причастным к этому делу и у него появлялся законный процент в золотодобыче. Небольшой, но регулярный и не пыльный.

Фёдора Лаврентьевича Колмакова барон Врангель недаром считает лучшим администратором Компании, а связку Колмаков — Лукин лучшими переговорщиками.

Они на все сто были уверены, что в горах полуострова Сьюард есть небольшие залежи железа. В качестве доказательства они показывали куски железного колчедана, которые они выменяли у эскимосов пришедших с северных берегов залива Нортон. И мало того, они без каких-либо сомнений утверждали, что в глубине полуострова находится легендарное русское поселение Кынговей.

В разговоре об этом я задал всем два вопроса, на которые у меня не было ответа.

— Господа, у меня два вопроса. Первый, как мы будем называть полуостров на севере от нас? — для ясности я показал его на карте.

— А что тут думать, Алексей Андреевич, — сходу на мой вопрос ответил Павел Александрович. — Его открыла русская экспедиция Федорова и Гвоздева. Именем Гвоздева называли мыс, который сейчас европейцы усердно называют именем принца Валийского и я полагаю, что надо вернуть ему истинное название, а полуостров назвать именем Федорова, так как он был в экспедиции старшим начальником.

Дневники той легендарной экспедиции считались пропавшими, не то утонувшими в ледовой полынье вместе с собачьей упряжкой, не то упавшими в ледяную расщелину вместе с сорвавшейся с тропы лошадью. Но все это оказалось не так и их в неразобранных ворохах бумаг Сибирского приказа нашел наш господин Бальзаминов. С этих бесценных бумаг я приказал снять копию и захватил её с собой для изучения, но Павел Александрович успел это сделать раньше меня.

Я встал из-за стола и обвел взглядом присутствующих.

— Негоже нам русским людям забывать героические свершения наших предшественников и после сказанного капитаном Леоновым предлагаю считать вопрос исчерпанным. Отныне будем именовать полуостров именем Федорова, а мыс опять именем Гвоздева. Надеюсь возражений нет? — задавать последний вопрос было совершенно не обязательно.

По возвращению в Петербург подам об этом прошение Государю Императору, — продолжил я после небольшой, но очень торжественной паузы. — Теперь, господа, прошу внимания. Отныне я своей властью запрещаю всякие плохо подготовленные экспедиции вглубь Аляски. Я не сомневаюсь в вашем личном героизме, но демонстрировать мне его не надо и привозить из походов обмороженных товарищей тоже больше не надо. Тем более тела погибших.

Такого от меня никто из присутствующих не ожидал и все оторопело уставились на меня. Эффект, произведенный моими словами мне определенно понравился и улыбнувшись, я продолжил.

— Но это, господа, не означает, что мы прекращаем исследования и продвижения вглубь Аляски. Просто делать это будем немного по другому. Все экспедиции должны быть тщательно подготовлены. Риск потерь должен быть сведен к минимуму. Задачи на ближайшее время следующие.

Я достал новую карту и взял в руки карандаш.

— Господа Глазунов и Малахов должны найти удобный путь к среднему Юкону, — я показал пунктиром обозначенную великую реку Аляски. Мне было точно известно где и как она протекает, но официально это еще не открыто, как и река Уналаклит.

— Вот где-то здесь есть река, — пунктиром я обозначил реку Уналаклит и весь предполагаемый маршрут экспедиции.— Она очень извилистая, вы должны подниматся по ней по прямой верст на пятьдесят -пятьдесят пять, а с учетом всех изгибов раза в полтора больше.

Когда вышел мультфильм «Балто», я его смотрел вместе с дочерями, которые были еще маленькими и они потребовали, чтобы я им рассказал как всё было на самом деле. И волей неволей пришлось изучить этот вопрос, поэтому я хорошо знал