Лилит - Никки Мармери

– Я попыталась поговорить с Иезавелью, и ничего не вышло, – сквозь зубы ответила я. – У тебя есть план?

Он откинулся на спинку великолепного трона из слоновой кости.

– Нет у меня никакого плана.

– Значит, и ты, и все мы обречены!

– Успокойся, жрица. Что может случиться? Я призову Ваала. Илия обратится к Яхве. Не будет никакого огня, никакой божественной пиротехники. Мы все разойдемся по домам. Ахав прогонит этого большого безумца прочь, и все будет по-прежнему. Реванш?

Он достал игровую доску и разделил фигурки псов и шакалов. Я отмела их в сторону и стукнула кулаком по столу.

– Ты не хочешь меня услышать! Пророк Яхве сжульничает. Его огонь зажжется. Ты должен сделать так, чтобы твой тоже загорелся!

Жрец Ваала бросился собирать рассыпавшиеся по полу бесценные палочки.

– Но как? Ты же видела место испытания. Оно со всех сторон как на ладони. Я не волшебник и не владею мастерством иллюзии! – Он с укором в глазах продемонстрировал мне сломанную фигурку шакала.

Слуги принесли легкий ужин: хлеб и уксус, инжир в меду, редис и фаршированные капустные листья. Я съела свою порцию и собрала в тряпицу еды для Ноемини. После того как я утолила голод, в голове возникла смутная тень идеи.

– Пусть завтра в твоем алтаре будет самая сухая растопка, жрец. Остальное я сделаю сама.

* * *

Стража у царского шатра при виде меня расступилась. Солдаты привыкли, что я каждое утро прихожу во дворец к Иезавели и приношу противозачаточное снадобье. Царица вытолкала Ахава во внешние покои:

– Это женское, милый. Не для твоих ушей! – А потом обратилась ко мне: – Ну, моя Литу, ты готова увидеть этого волосатого негодяя посрамленным?

– Да. И я несу тебе слово от нашей Госпожи. Она показала мне, как это сделать.

– Ашера говорила с тобой?! – Глаза у Иезавели расширились от удивления.

– Ты взяла с собой лук?

Одарив меня надменным взглядом и коснувшись пальцем подбородка, царица ответила:

– Я никогда не выезжаю без него. Собираюсь поохотиться у Изрееля, когда вся эта ерунда закончится.

Мое дыхание успокоилось.

– Тогда под любым предлогом не ходи на испытание. Скажешь, что будешь смотреть издали вместе с женщинами, а сама пойдешь со мной.

* * *

С отвесного известнякового утеса были отчетливо видны оба алтаря, доверху заваленные срубленными ветками. Илия, Шахару и Ахав стояли между святилищами рядом с двумя белоснежными тельцами. Хвосты животных подрагивали в молчаливом страхе.

Зрители сидели спиной к нам и смотрели на плато и горный кряж, резко поднимавшийся сразу за ним. Остроконечная алая шапка Авдия сияла маяком среди облаков тумана, накрывшего толпу. Вокруг нашего недруга собрались пророки Яхве, покинувшие свои убежища. Своим голубицам я приказала держаться в стороне и бежать со всех ног, если результат окажется не в нашу пользу.

Тельцов принесли в жертву в одно и то же время. Шахару провернул свой нож, даже не глядя. Илия сделал свое дело с видимым удовольствием, едва совсем не отрезав голову. Жрецы обеих сторон вынули внутренности и скрепили туши для сожжения.

Илия обернулся к ожидающей толпе и разгневанно проревел:

– Долго ли вам выбирать между двух решений? Если Господь есть наш Бог, то последуйте Ему! Если Ваал и другие боги, – он обвел посохом жрецов Молоха и Хамоса, будто не замечая моих голубиц в тридцати локтях от себя, – то им и последуйте!

Судя по непроницаемому выражению лица, великану было все равно.

– Можно я его пристрелю? – Стрела Иезавели была направлена точно в сердце пророка.

– Нет, – ответила я, хотя ее предложение и не было лишено смысла. – Победить недостаточно. Нам необходимо зрелище.

Ахав поднял миртовую ветвь и уронил ее на землю.

– Да начнется состязание!

Шахару стоял у своего алтаря. Он демонстративно молился, воздевая руки к небу. Басовитым голосом жрец пел священные гимны своей веры, извиваясь так, будто его тело наполнила божественная сущность. Его помощники ходили кругами вокруг алтаря, слегка подпрыгивая.

– Демоны их побери! – Иезавель опустила лук. – Служители мешают.

Я не могла даже предположить, что задумал Илия. Он стоял спиной к собственному алтарю, наблюдая за жрецами Ваала.

– О Ваал, ответь нам! – взывали они.

– Кричите громче! – глумился Илия. – Похоже, он спит и нужно его разбудить!

Жрецы Ваала начали резать себя ножами. Кровь заструилась по их голым рукам.

– Режьте сильнее! – орал Илия. – Ваш бог почует кровь и явится на помощь!

Иезавель натянула тетиву. Я обмакнула тряпицу в пальмовое масло, обернула ее вокруг древка стрелы и подожгла.

– Давай!

Царица выпустила пылающую стрелу высоко в воздух. Должно было показаться, что она прилетела прямо с небес. И так оно и получилось бы: Иезавель была отличной лучницей и рассчитала дугу идеально. Стрела должна была ударить точно позади алтаря Шахару в кучу ивовых веток, скрытых от глаз тушей быка, и поджечь растопку: березовую кору, семена чертополоха, дроздовые гнезда. Этот огонь обрек бы Илию на проклятие и спас всех нас. Пламя должно было навсегда погасить пыл верующих в единого мужского Бога, сохранить понятие о множестве божеств для разных народов, поддержать право женщин молиться Царице Небесной, которая ценит их пол и способствует независимости и силе своих поклонниц.

Но ничего подобного не случилось.

Едва стрела достигла вершины параболы, как я заметила смутное движение: промелькнуло что-то бело-серое. Это были крылья. Пылающий наконечник замер и поменял направление. Он продолжал падать, но уже не на алтарь Шахару.

Илия смотрел на пылающую стрелу.

– О Господь Бог! – воскликнул он, воздев руки к небу. – Ты Господь Израилев, и я Твой слуга! Услышь меня, о Господи, и да познает народ сей, что ты есть Бог!

Стрела упала на алтарь Яхве, и пламя разгорелось.

– Господь один есть Бог! – взревел Илия.

Жрецы Яхве попадали ниц и подхватили:

– Господь один есть Бог!

Знать и свидетели со всего Израиля, купцы и ремесленники, землепашцы и виноделы, уткнувшись лицами в пыль, завопили:

– Господь один есть Бог!

Жрецы Ваала, Молоха и Хамоса бесновались и кричали. Они колотили посохами по камням, швыряли булыжники в алтарь Илии. Мои голубицы поняли, к чему идет дело, и пустились наутек.

– Ловите их! – завизжал Авдий. – Не дайте им уйти!

Мы с Иезавелью в ужасе наблюдали за происходящим из своего укрытия. Последние сомнения в том, кому верна стража, отпали. По приказу Авдия солдаты бросились хватать каждую жрицу, каждого жреца, всех пророков, пытавшихся сбежать.

Густой дым от огня поднимался клубами к облакам, в которых я напрасно искала