Индекс туманника - Дмитрий Евдокимов

По воде я забрел в заросли камыша и осторожно присел на кучу поваленных стеблей. Они просели под моим весом, но под воду не ушли. И на том спасибо.

Кровь в моих жилах похолодела, когда буквально минут через пять после форсирования мною реки на левом берегу появился Индеец. И, мамой клянусь, шел он низко пригнувшись к земле, временами даже переходя на движение на четвереньках. Туман скрадывал движения, но создавалось впечатление, что он прямо-таки нюхает мои следы! По крайней мере, в том месте, где я перевязывал ногу, охотник точно ползал по земле и, как мне кажется, даже кровь мою на вкус пробовал.

Не зная, чего еще можно ожидать от этого «сына прерий», я тихонько соскользнул с кучи камыша и опустился на корточки, погрузившись при этом в воду по шею. Потом еще напялил себе на голову ошметки полусгнившего камыша, укрыв таким образом голову от посторонних взглядов. И принялся ждать. И молить бога, чтобы на сцене не появился еще и второй охотник. По большому счету я ведь не боец, даже несмотря на все мои «героические приключения» последних месяцев. С двумя противниками сразу мне точно не совладать, хоть бы с одним справиться.

Тем временем Индеец спустился к реке, на несколько мгновений замер, вглядываясь в противоположный берег. Неужели надеялся увидеть оттуда мои следы? Впрочем, скорее всего, ему просто не хотелось лезть в воду. Хм, можно подумать, мне хотелось!

Наконец он решился и быстро пересек Камышовку. По следам ушел в степь, а мне запоздало подумалось: что если он сейчас не вернется? Я ведь в таком случае не смогу чувствовать себя спокойно. Прежде-то было понятно, что опасность нужно ждать сзади, а так выйдет, что кругом опасаться нужно.

Однако Индеец вернулся спустя всего лишь пару минут – вот и вся цена моей хитрости. Первым делом он направился проверять камыши вниз по течению, но тамошние заросли были куда как скромнее тех, что дали мне приют, потому много времени это у него не заняло.

Вода уже не казалась мне теплой, вся одежда промокла и липла к телу. По мере возможностей я старался напрягать и расслаблять мышцы, но помогало это плохо. Я уже откровенно замерз и силой мысли торопил ненавистного противника, слишком медленно приближавшегося к моему укрытию. Если так и дальше пойдет, то в решающий момент у меня может свести судорогой мышцы, чего категорически не хочется.

Индеец осторожно продвигался вперед, копьем раздвигая перед собой камыши и внимательно глядя по сторонам. Хорошо, что вода здесь застойная, темная, вся в грязи и тине, с покрывающими почти всю поверхность частичками старых камышовых стеблей и листьев. Все это вместе взятое, да еще с непременной белесой туманной дымкой здорово маскировало мое почти полностью скрытое водой, начинающее дрожать, тело.

Я затаил дыхание, когда охотник поравнялся со мной. Как только он сделал следующий шаг, я стремительно распрямился, добавив к плеску воды от его движения плеск своего выныривания, и вонзил нож ему в верхнюю часть спины. Индеец дернулся было на шум, но сделать ничего не успел. Для верности я повис на рукояти ножа всем телом, а когда противник стал заваливаться назад, с усилием выдернул оружие из раны, сместился в сторону и нанес еще один удар в грудь.

Дачник упал, подмяв под себя камыш, голова его запрокинулась и полностью скрылась под водой. Я не стал наблюдать за предсмертными конвульсиями, быстро срезал ремни и вытянул из-под Индейца арбалет, подсумок и заплечный ранец. Забрал у поверженного врага копье и вытянул нож из ножен, после чего бегом помчался на берег, где успел присмотреть лежащий у самой кромки воды большой камень.

Этот камень укрыл меня от посторонних взглядов со стороны речки, а со стороны степи спину мне прикрывал береговой откос высотой около полутора метров. Если не стоять во весь рост, то из степи меня можно будет обнаружить, лишь подобравшись вплотную к спуску.

Трясущимися руками я нашарил в подсумке арбалетный болт и зарядил арбалет. Получив в руки оружие, с которым умел обращаться, я почувствовал себя гораздо увереннее. Стянул и бросил на землю мокрый свитер, немного помахал руками, чтобы хоть как-то согреться, после чего, беспрестанно поглядывая на левый берег Камышовки, принялся потрошить рюкзак Индейца. Великих богатств не обнаружил, но легкое одеяло, фляга с еще слегка теплым чаем и пакет с сухарями оказались очень даже кстати.

Не успел я согреться под одеялом, пристроившись на корточках за валуном, как на том берегу Камышовки появился Солдат. Просчитывал ли он траекторию моего движения, шел по следам или действовал по какой-то одному ему понятной системе, но отстал от своего товарища-следопыта совсем не на много.

Заметив свежие следы на прибрежной песчаной полосе, второй охотник, ни секунды не раздумывая, вошел в воду. По всему выходило, что купание в реке не является для него чем-то экстраординарным – рабочий момент, не более. Выбравшись на мелководье у правого берега, Солдат заметил лежащее в камышах тело. Всего лишь через мгновение он уже планомерно обшаривал окрестности сквозь прицел вскинутого к плечу карабина. Надеюсь, что изъятый у уничтоженного снайпера Тарабаева тепловизионный прицел был единственным в этом мире и охотящийся сейчас за мной дачник пользуется всего лишь «банальной» оптикой. Иначе мои шансы уцелеть мигом уходят даже не в ноль, а в минусовую зону. Но нет, тепловизором Солдат бы сразу меня нашел, а так – бредет по мелководью к трупу сотоварища, аккуратно переставляя ноги и стараясь совсем не шуметь.

Одеяло мягко соскользнуло с моих плеч, время стало тягуче-медленным. Я боялся высунуться из-за камня раньше времени, потому сейчас не видел охотника, только слышал едва различимое хлюпанье воды от его шагов и примерно представлял, где он сейчас находится. Один запасной болт я зажал в зубах, второй – держал в левой руке.

Шаг, второй, третий. Хлюпанье стихло, значит, Солдат остановился у тела Индейца. Логично предположить, что сейчас он склонился над трупом. Пора!

Медленно, стараясь даже не дышать, чтобы ненароком не выдать себя, приподнимаюсь над валуном с арбалетом в руках и неожиданно сталкиваюсь взглядом с противником. Солдат стоит в пяти метрах вполоборота ко мне, держа карабин на уровне пояса и направленным в другую сторону. У меня всего один шанс!

Опускаю арбалет чуть ниже – не стоит сейчас целить в голову – и плавно жму на спусковой крючок как раз в тот момент, когда Солдат разворачивает оружие в мою сторону. Болт входит в верхнюю левую часть его груди, заставляя отшатнуться назад. Отработанным движением я вновь взвожу арбалет, укладывая в него второй болт, и всаживаю его в центр груди охотника.

Солдат еще раз отшатывается назад, спотыкается о тело Индейца и заваливается через него в воду. Снова заряжаю арбалет и через три удара сердца оказываюсь рядом со своими преследователями. Как ни странно, второй охотник еще жив, он силится подняться, но терпит неудачу, снова валится на Индейца и затихает. Все. Кажется, я победил…

К моим трофеям добавились карабин СКС, камуфляжная куртка и ботинки Солдата и, конечно же, бесценный компас. И ботинки и куртка велики, но мне сейчас не до красивостей. Свою самодельную повязку со ступни пришлось снять – она была слишком громоздкой и не пролезала в ботинок, новую сделал обнаруженным в кармане куртки бинтом. Рана до сих пор кровоточила, что очень мне не нравилось, но это неудобство не шло ни в какое сравнение с чувством глубокого облегчения от такого удачного избавления от опасных преследователей.