Наследие Эксплара - StarStalk147

— Я не знаю, о чём вы говорите, — сухо произнёс он, отвернувшись.

Надежда медленно угасла в их глазах.

***

Гравилёт Юмены, что стоял на платформе в десятке метров от турболётов Союза, выглядел намного меньше и компактней, чем последние. Полдень уже давно прошёл, но Ольмир не спешил опускаться, летним зноем опаляя металлическую поверхность моста, на котором стояли Лункс и Урси. Постоянный крепкий ветер, дующий со стороны океана трепал их шерсть, добираясь до сизого бастума, и заглушающий звук микрофонов в ушах. Подлетающий чёрный транспортник со знакомой символикой в виде звезды и лавровых венков, быстро приближался к ним, уже на такой высоте выпустив «лапки».

Хотя стояли они достаточно давно, оба беота молчали, словно случилось что-то нехорошее. Лункс чувствовал усталость и подавленное настроение друга, но не решался спросить, что именно послужило причиной такого состояния. «Зная энтузиазм косолапого телепата, он бы не стал так убиваться без причины, — размышлял рысь, взглянув вниз. Отсюда город выглядел как на картинке, его постройки виднелись до самого горизонта и темнеющих пик Роронских гор, — неужели, тот, кто прибыл на эххийском светящемся ведре, настолько опасен?»

— Ты молчишь настолько красноречиво, что даже меня вогнал в депрессию, — сообщил он медведю, оглянувшись на порт. Волны Сизого океана качали большие и малые корабли как скорлупки, а крепкий ветер заставлял их корпуса стонать от напряжения.

Флот «Рассвета» так и не смог ничего сделать, потерпев поражение от остатков Железного Флота под командованием Адмирала Окси Деррая, ставшего на замену Эрферу. Альянс имел полное господство на воде, за исключением столкновений с кораблями Сопротивления, но реализовать это преимущество у них не получилось — артиллерийские орудия не давали им подплыть близко к берегу, а обстрел дальнобойными энергоракетами результата не принёс. В итоге флот ушёл к берегам Бевиара, оставив берега и водные границы Нелии и Онту без защиты.

— Прости, — вполне искренне ответил тот, потерев лоб, — я просто размышляю над ситуацией. Которая вот-вот усугубится, — добавил он с явным неудовольствием, наблюдая за приближающимся «Триумфом». Полупрозрачный синий купол над «Судьёй» и «Палачом» растворился, а на площадке рядом замигали посадочные огни.

— Это из-за эххийца?

— Скорей «эххийки». Хотя я не уверен, можно ли её отнести к представителю хоть какой-то страны или народа. Юмена невероятно опасна, и лучшим исходом событий для нас будет шаткий мир. Примерно такой, как сейчас.

— А что с Наследием? — подумав, спросил Лункс. — Ты говорил, что Прокурор хочет его вскрыть, опустившись на самое дно.

— Я как-то по-другому говорил, — не выдержав, рассмеялся тот. На душе стало немного легче, — думаю, мы всё же полетим туда.

— Замечательно. Только призраков давно умерших аборигенов этой истории не хватало.

— Кстати о наследии, — Урси с полуулыбкой скосил на него взгляд, — Арги же отправилась с нами, потому что подозревает о твоём романе с Лупо?

— Да нет никакого романа, тебе показалось! — громко воскликнул рысь, чувствуя, как предательски поджимаются уши. — Это было один раз и то спонтанно. Между мной и Лупо ничего сейчас нет.

— Хорошо-хорошо, — развеселился бурый беот, видя его смущение, — у меня последний вопрос: а Луно от кого? От тебя или от Кано?

— Слушай, медведь, ты чего от меня добиваешься, а? — Лункс даже не предполагал такого варианта. Он рассеянно опустил руки в карман и тут же вынул их обратно, не зная, как реагировать. — Ты же знаешь, дети появляются только по любви.

— Это факт, — согласился тот, — вот только любовь непостоянна. Лефита вон спроси, как это он, любив свою прошлую девушку, умудрился зачать сына от Пэрри.

— Урси! — сквозь зубы прорычал совсем расстроенный командир «Тау», сделав жест руками, словно душил кого-то. — Твой бурый зад тебе подушка! Ты всё запутал!

— Я просто тебе поражаюсь, — почему-то эта ситуация его сильно смешила, — ладно бы Лиззи, она одинокая и ты ей даже нравился когда-то. Но Лупо… как? Просто — как?!

— «Лог»-ом об косяк! Всё, отстань от меня! — Лункс отвернулся как раз в тот момент, когда «Триумф» окончательно опустился на платформу, и с трапа, отстукивая начищенными сапогами, спустился нот, которого они оба не хотели бы сейчас видеть.

Ассур шёл быстро, от чего полы его плаща-мундира развевались практически в горизонтальной плоскости. Увидев стоящих на мосту беотов, он ускорил шаг, и даже вытащил ладони из карманов. Молодое вытянутое лицо редко можно было увидеть хотя бы довольным, а сейчас он и вовсе выглядел мрачнее тучи.

— Вы получили моё сообщение? — прокричал он, пытаясь перебить порыв ветра. Чёрные волосы нота растрепались, но он совершенно не обращал на это внимания, пожав им руки.

— Да, — кивнул Урси, — прости Ассур, но мы не можем так рисковать. Прибыла представительница Эххи по имени Юмена, — он сжал его ладонь, посылая телепатический импульс, в который вложил весь разговор и ощущения с последнего Консилиума.

Брови Ассура поползли вверх, а губы дрогнули от нарастающего гнева. Выругавшись, он отпустил Урси и скованно прошёлся ладонью по развевающимся волосам. Хмурое выражение лица сменилось смятением, а взгляд перестал излучать ненависть ко всему происходящему. Глядя на него, Лункс только сейчас начал понимать, что если уж ноосенс, самый сильный анимаген, что жил в Союзе, так среагировал, то ситуация действительно очень скверная. «Вот и получается, что мы всего лишь пешки в руках кого-то сильного, — от этой философии он горько усмехнулся, — старался-старался, а в итоге узнал, что существует опасность, которая стирает все мои достижения как грязь на левесе, за один взмах»…

— Приветствую, Старший Советник Ассур, — раздался весёлый голос позади них. Чёрный плащ Прокуратора громко хлопал, разрываемый шквалистым ветром, — рад видеть, что вы добрались в добром здравии.

— Благодарю, — сухо ответил тот, направившись вместе с ним ко входу внутрь и кивнув Урси и Лунксу, чтобы шли следом, — хотя изначально я прибыл по другому поводу, но вновь открывшиеся обстоятельства… заставили меня пересмотреть свои взгляды.

— Советник?

— Я отдам «Лог-Ос», — душелов поджал губы, — но при условии, что Наследие мы расшифруем сами.

Альвен ничего не сказал, но бурый беот почувствовал, что того переполняет ярость. «Действительно! — идея обмена чрезвычайно важными артефактами как-то