Легион Кэнби - Билл Болдуин

Настоящий результат «Эскадры» проявился неожиданно. Недели через три после первых показов Кэнби прибежал в корпус Управления в четыре утра. Оказывается, с ним хотел связаться некий Аль-Эмпат Онак-Ганас, император мелкого феодального государства Джейнап, из Группы Берниага, расположенной в отдаленной части Галактики. Император поинтересовался у Кэнби, не он ли является командиром великолепных космических кораблей, показанных в «Эскадре самоубийц».

— Э-э… да… — промямлил Кэнби, пытаясь стряхнуть сон.

— Обычно к нам обращаются «ваша величайшая милость», — подсказал Онак-Ганас. — Но вы так блестяще исполнили роль командира героического корабля, что вам разрешается сократить наш титул до «вашего величества».

— Благодарю вас… ваше величество, — ответил Кэнби, радуясь тому, что гиперсвязь передает только голос. Посреди ночи во внешности Кэнби вовсе не было ничего героического.

— Всегда пожалуйста, — великодушно произнес Онак-Ганас. — Скажите нам, это вы летали на ярко-желтом «DH98»? Кэнби на мгновение задумался.

— Вообще-то я летал на всех кораблях, ваше величество. Мы, шкиперы, часто менялись, поскольку съемочный график был очень напряженным.

— Всемогущие боги! — удивленно воскликнул Онак-Ганас. — Эта история имела место более трех земных лет тому назад, не так ли?

— Думаю, вы правы, ваше величество, — подтвердил Кэнби (у него все еще не хватило времени, чтобы посмотреть драму). — На самом деле мы записали все почти за две стандартные недели.

— Понимаем, — заметил Онак-Ганас. — В наши времена мы сталкиваемся с такими чудесами.

— Э-э… да, с чудесами, — пробормотал Кэнби и предоставил императору вести разговор, а сам в это время отхлебнул из кружки обжигающе горячего кофе, который принес дежурный офицер.

Наверное, тот сеанс гиперсвязи оказался самым дорогим в истории.

Кэнби молча ждал. Наконец кофе сделал свое дело.

— Мы решили, — после некоторой паузы провозгласил Онак-Ганас, предоставить вашей героической личности, Кэнби, исключительную честь.

Он говорил царственным голосом, как будто собирался присвоить высокое воинское звание.

— Через несколько секунд, — продолжал император, — у вас и у ваших кораблей появится возможность получить работу — от нас лично. Надо полагать, это вас очень заинтересует.

Так вот в чем все дело!

— Разумеется, ваше величество, — не замедлил с ответом Кэнби. — Это великая честь. Чем мы можем ее заслужить?

— Увы, — через некоторое время произнес Онак-Ганас, — Эйзин Бейтик, один из наших ближайших доминионов и пария среди Галактических Наций, дошел до того, что захватил часть космических кораблей, которые летают под нашим священным флагом.

— Не может быть! — трагическим голосом прошептал Кэнби.

— Да, это так! — подтвердил Онак-Ганас. — Они должны быть наказаны — а их несчастные корабли изгнаны из космоса раз и навсегда. Мы правим миролюбивым доминионом, у нас нет собственного военного флота. Поэтому мы ищем героя, чтобы он отомстил за нас. «Эскадра самоубийц» наводит нас на мысль, что вы и ваш Легион как раз годитесь для подобной работы.

Пока Кэнби слушал, по его лицу расползалась кривая усмешка. Пространные тирады Онак-Ганаса означали лишь, что он ищет команду, способную выполнить работенку за слишком низкую плату — Мои уважаемые легионеры с восторгом поднимут славный флаг Джейнапа, — ответил Кэнби.

— Отлично, Кэнби, — произнес Онак-Ганас. — Отлично. Мы сделаем вас национальным героем, вместе с собой и другими достойными людьми, потрудившимися ради общего блага.

— Мечта стала явью, ваше величество, — разглагольствовал Кэнби, принимая заданный разговору тон, — но, к сожалению, несмотря на наши таланты, мы всего лишь бедные наемники, а для такой наступательной операции потребуются средства Уверен, что ваше величество понимает После этих слов на дальнем конце межзвездной связи последовало долгое и напряженное — а также чрезвычайно дорогое — молчание. Наконец Онак-Ганас снова заговорил на этот раз лишь о деле.

— Возможно ли связаться с вашим менеджером?

— У нас есть казначей, — поправил Кэнби. — И с ним действительно можно связаться.

— Пока мы говорим, наши представители уже направляются к вам, объявил Онак-Ганас. — Они встретятся с вашим казна… чеем. в течение часа. В случае, если им удастся образовать альянс, Кэнби, вы сможете стать самым почетным воином в нашем пантеоне национальных героев — Какая честь! воскликнул Кэнби.

— Да, действительно, — торжественно провозгласил Онак-Ганас. — Можем лишь представить ту радость, которую вы чувствуете. Пока же до свидания, Кэнби. Будем ждать дня, когда встретимся с вами лично После этого связь прекратилась.

Представители Онак-Ганаса, очевидно, уже ждали звонка своего императора. В течение пятнадцати минут они прибыли в Управление, и к десяти часам утра Легион Кэнби получил клиента — а также необходимые средства.

Во время ленча Кэнби позвонил Тенниел, подумав, что может застать ее дома с Дамианом. С того злополучного вечера в Манхэттене Кэнби звонил ей лишь однажды, но не смог произнести ничего, кроме пустых банальностей Теперь же, окрыленный удачей Легиона, Кэнби решился наконец каким-то образом выяснить отношения.

— Гордон! — воскликнула Тенниел, когда голофон соединил ее с Кэнби. Ты так надолго исчез… Когда ты ко мне приедешь?

В другой ситуации Кэнби счел бы ее еще желаннее, чем прежде.

— Э-э, — начал он, как обычно, с трудом подбирая слова, — я… а ты хочешь, чтобы я приехал?

— Конечно, — с легким негодованием ответила Тенниел и, оглядевшись, нахмурилась. — Не думаешь же ты, — она пожала плечами, — что я… ну, понимаешь…

Кэнби стиснул зубы — перед его мысленным взором промелькнули болезненные воспоминания. Он пытался прогнать их прочь, но ничего не получалось.

— Гордон?

— Да, — выдавил он. — Извини. Мы были так заняты, что, в общем…

Тенниел улыбнулась.

— Ничего, — промолвила она мягко. — Я знаю, что значит вкалывать, поверь мне.

— Спасибо, — поблагодарил Кэнби, стараясь забыть злые слова, которые рождались в голове. — Давай встретимся.

— Я на это надеялась, — сказала Тенниел. — Когда — сегодня? Если ты приедешь, я возьму выходной.

Кэнби глубоко вздохнул — он рассчитывал, что получит несколько дней, чтобы подготовиться.

— Д-да, — услышал Кэнби собственный голос и взглянул на часы. — Да. Я могу приехать к пяти. Поужинаем в «У грифона». Тебя это устроит?

— Конечно, — проворковала Тенниел. — Я буду готова. «Интересно, буду ли я», — подумал Кэнби.

— Хорошо, — проговорил он. — Увидимся в пять.

— До встречи.

Кэнби выключил голофон и отправился в комнату, чтобы привести себя в порядок. Почему-то ему не хотелось ехать в тот день в Манхэттен — совсем не хотелось.