Компенсация - Дарья Проценко

Дьён замолчал, давая Кате время осознать сказанное.

– Почему-то, мне не кажется, что вы настолько гуманны и развиты, – осторожно вымолвила она.

– Да. Я изучал этот вопрос. Это интересная и перспективная тема, – Дьён прошелся по комнате. – Система наказаний в разных мирах. Понимаешь, на Ладьё долгое время процветал эклектический подход. Мы смотрели и изучали, как живут другие. Моделировали, перенимали опыт, улучшали свои модели. Но Бирошаг Вэер, хоть и очень древний ритуал, тем не менее, прошел проверку временем, и вряд ли в ближайшее время что-то изменится.

– Я пока не очень понимаю…

– Начну с простого. Представь себе, что кто – то совершил определенный проступок или преступление.

– То есть такие понятия у вас все-таки есть?

– Разумеется. В чем – то мы гибки и пластичны, но в чем – то очень консервативны и строги. Так вот, кто – то совершает преступление или нарушает закон. Дальше проводится следствие, и все собранные доказательства передаются в Ходорат и семье ладьёра. Право назначения Бирошаг Вэер принадлежит семье, роду. У Ходората есть лишь право объявить ладьёра изгоем, в том случае, если семья по каким – то причинам предпочтет не рисковать его жизнью… И он может покинуть наш мир и отправится куда ему заблагорассудится, никто его в этом случае преследовать не будет… Но если же они выберут риск…

– То есть риск все-таки был? – уточнила Катя.

– Да, но не в нашем случае… – Дьён не смог сдержать улыбку. – Род обычно выбирает исполнителя наказания из своих. В моем случае исполнителем стал отец. Не буду скрывать, он всегда ко мне предвзято относился, потому что считал меня косвенно виновным в гибели матери. Его право. Но сделал он все по правилам… Итак, в ритуале используются четыре ножа. Первым бьют справа налево, вторым слева направо, третьим – сверху вниз и четвертый, последний удар – в сердце. После первого удара остановить суд имеют право члены семьи, после второго – друзья, после третьего – кто угодно. Как ты понимаешь, вероятность остаться в живых с каждым ударом все меньше. Но зато это показатель того, насколько тебя любят и насколько верят тебе твои близкие. Если семья тебе верит, то признает твою невиновность после первого удара, семья не верит – есть друзья, ну или еще кто – то… А если ты не сумел никому доказать свою непричастность к преступлению или обоснованность своих действий, то получишь нож в сердце и это справедливо.

– Но это же… Это же самосуд! Вы же можете быть необъективны?!

– Можем.

– И преступники могут быть настолько обаятельны, что внушают всем любовь и избегают наказания…

– Да. Но с точки зрения выживания расы – это оправдано. И потом не забывай, преступник все равно получает наказание. Проходит через боль и муки. Ритуальный нож, он, особый. И работа регенератора с ритуальными ранами не так проста, как кажется на первый взгляд. Это ты невольно облегчила мою участь своим вмешательством. Редко кому так везет! Обычно до доступа к медицинской помощи проходит гораздо больше времени. Но это потому, что участники церемонии в курсе происходящего… Понимаешь, это наказание, оно для нас не абстрактно. Мы готовимся к нему с детства. Мы не боимся его, но учимся взвешивать свои решения. И при этом можем поступать так, как считаем нужным. Мы свободны в своих действиях, пока есть те, кто считает так же.

– Но ты же ничего не сделал!

– А это как сказать… Отец прав в одном. Мне действительно было очень тяжело. Талин приняла решение единолично. Она спасла меня, но я все равно жалел о том, что ничего не знал и не смог предотвратить!

– Но она же это понимала!!!

– Да. Но было одно обстоятельство… – Дьён нахмурился. – Она считала, что все предусмотрела. И если бы я поступил, так как она хотела, то вероятнее всего, суда бы не было…

– А чего ты не сделал?

– Катя… Это сложно… – Дьён ощутимо напрягся. – Послушай… мы возвращаемся к моему предложению. Фактически, так получилось, что теперь ты должна стать моей женой.

Катя открыла рот, но так и не нашла, что спросить. Дурацкий вопрос «ты меня любишь?» казался в данной ситуации совершенно неуместным. Дьён замер напротив и уставился на нее. «Как будто гипнотизирует!»

– Это необходимо!

– Даже так? А если откажусь?

– Тогда за тебя решат другие. Поверь мне, сейчас у тебя не очень – то много возможностей…

– Почему? – тихо спросила она.

– Причин несколько… – Дьён опять начал расхаживать по комнате, – во – первых, ты, пусть и неосознанно, но нарушила ритуал. Ты не должна была вмешиваться… Хотя бы до определенного этапа.

– Это я уже понимаю…

– Потом, ты сама сказала, что ты моя жена…

– Но ты же не думаешь, что…

– Это уже неважно… Ты присвоила себе статус ладьёрской женщины. То есть теперь мужчины могут на тебя претендовать…

– В смысле? – ужаснулась Катя, воображая себе разные гаремные ужасы.

– Ну, если, по – вашему, то теперь за тобой официально можно ухаживать. Ты сама дала на это согласие. И поскольку ты не знакома с нашими реалиями, то многие попытаются этим воспользоваться. Нет, не бойся, ничего плохого не будет… – Дьён присел рядом с ней на корточки и взял ее за руку. Катя смотрела на него как зачарованная. – Я немного изучил землян. Между нами существуют определенные культурные различия и то, что тебе покажется правильным, может впоследствии иметь другой смысл. Сама решай, насколько ты к этому готова… И, наконец, последняя причина… Существуют определенные обстоятельства, про которые ты пока не знаешь, но я тебе все расскажу позднее… После того как… Но тебя это касается напрямую. В общем, планируется экспедиция на Землю, если ты хочешь иметь хоть какое – то влияние на ситуацию, то это выход… – Дьён замолчал.

– Это все? – осведомилась Катя. Сейчас ей было очень сложно усидеть на месте, и она подскочила с дивана.

– Да, – Дьён поднялся и сделал шаг назад, как бы давая ей простор для маневра. Эта предупредительность ее возмутила. «Весь день, значит, притворялся! Посмотри, мол, какой я хороший! И выбора не оставил!»

– У меня еще вопрос. Что будет с тобой, если мы не поженимся… Я же нарушила этот ваш ритуал…

– Отец не будет настаивать на его повторном проведении. Его текущая ситуация устраивает и ты в качестве невестки тоже… – Катя внутренне содрогнулась. «Вот никогда не мечтала иметь такого товарища в родственниках!» – Но итоги ритуала можно оспорить, то… Я не знаю, что будет. Не могу сказать. И еще… Если тебе так это все настолько не нравится, то можешь считать, что это не на всю жизнь… Существуют способы.

«Воображаю!» – со злостью подумала Катя. – «Зашибись предложение! Выходи замуж, потом разведемся!» – и вслух сказала, едва сдерживая эмоции:

– Раз так все сложилось, то я готова побыть жертвой обстоятельств. Считай, что мое согласие у тебя есть. Когда и как?