Гамбит - Михал Холева

– Мне жаль, Уильям, что мы ведем эту игру после всего, что нас соединяло.

– Ты права. Это печально. – Брисбен медленно кивнул. Чувствовал усталость. – Это твое последнее предложение, верно?

– Дальше я не отступлю. Даже ради тебя.

– Хорошо. Тогда давай это сделаем.

Темноволосая аватара радостно захлопала в ладоши и послала ему воздушный поцелуй. И хотя мужчина знал, что это только визуализация, почувствовал себя странно.

4 июля 2211 ESD, 01:41

– Копирование закончено, пакет у нас, – отрапортовал Брайс несколько нервно. – Мы готовы уходить.

– Нижняя часть переборки лифта подперта, гидравлика отключена, – объявил Ирвинг через несколько секунд. – По крайней мере, она нас тут не отрежет.

– Плюс, – сказал Брисбен в коммуникатор. – Все выходим, как только поднимутся переборки.

– Вы ведете себя так, словно готовитесь договариваться с дьяволом. – Уголки губ женщины на экранах Центра поползли вверх, на щеке образовалась ямочка. – Я польщена.

– Но ведь именно это мы и делаем, – пожал плечами полковник.

– Ты меня ранишь. – Аватар Ариадны надула губки и посмотрела оскорбленно.

– Ты умнее нас и более умела в анализе данных. У нас как у вида не лучший опыт общения с ИИ. Как знать, быть может, Китайский Вирус достал и тебя?

– Китайский Вирус… – засмеялась она тихо, словно над ей одной известной шуткой. – Могу уверить тебя, Уильям, что я не инфицирована никакими чужими программами.

– А разве ты не говорила точно так же, будь ты заражена? – задрал бровь полковник.

– Может, и так, – ответила она. – Не знаю, как бы я тогда себя вела.

Некоторое время он смотрел на увеличенное изображение женского лица. Некоторые ИИ использовали разные картинки: в зависимости от дня, собеседника или согласно некоему собственному ключу. Ариадна никогда не менялась. И он знал, что смотрит на нее в последний раз. Отключил коммуникатор.

– Время начинать, – сказал он наконец. – Я хотел бы сказать: «до свидания», но готов поспорить, что больше мы не встретимся.

– Нет, – ответила она мягко.

– Жаль, что мы говорим при таких обстоятельствах.

– Мы не выбираем обстоятельств. – Аватара чуть улыбнулась.

– Я буду тебя помнить, Ариадна.

– Из уст человека это звучит и правда весомо.

Он глубоко вздохнул и подошел к системе внутренней связи, к простому переключателю, который отвечал за пленение ИИ. Сколько раз она должна была смотреть на него объективами вездесущих в Центре камер и проклинать свое бессилие? Сколько раз она думала о том, чтобы сообщить кому-либо, хотя бы и врагу, о себе? Что ж. Теперь он уже ее об этом не спросит.

Он нажал кнопку.

– Спасибо, Уильям, – сказала она тихо. – Переборку откроешь гидравлически, я не оставляю там ничего. Но на всякий случай, чтобы не искушать тебя, я отключаю консоль командования в Центре.

– Как?.. – Полковник подбежал к клавиатуре.

– Я люблю тебя, Уильям, но не доверяю тебе ни на грош, – весело хихикнула Ариадна. – А теперь прощай, у меня еще битва, которую нужно выиграть. Как я и обещала.

Все экраны погасли одновременно.

* * *

Собственно, ничего дурного она не сделала. Согласно договору, он все равно должен был позволить ей действовать. Брисбен тоже подстраховался бы, особенно договариваясь с кем-то вроде себя.

Несколько секунд мужчина стоял неподвижно, всматриваясь в отключенную консоль.

– Гидравлика реагирует, сэр, – раздался в наушнике голос Харриса.

– Открываем и у себя, сумеем пройти примерно через полминуты, – поддержала его Делавьенте из шахты лифта. Слова ее сопровождало постукивание аварийной системы поднятия переборки.

– Штайн, рапорт с блока защиты? – Брисбен сплел пальцы за спиной и воткнул взгляд в отключенные мониторы.

– Подключается аварийный аккумулятор, готовность за тридцать секунд, – отрапортовал техник.

Насколько сильно пострадал бы мир, если бы Ариадна выбралась из «Альты»? Она ведь ничего не сделала, осталась верной до сегодняшнего дня. Не отдала банки данных врагу, терпеливо ждала их, а если почти семь лет – многовато даже для человека, то для ИИ такой период должен бы восприниматься вечностью. Он, конечно, мог бы принять предложенный уговор. В конце концов, у него было то, чего он хотел.

Он глубоко вздохнул.

Нет.

Выдохнул.

– Штайн, дай сигнал майору Хампелю: он может начинать.

– Понял.

Несколько секунд не происходило ничего. Потом все экраны центра одновременно замигали, когда боевые программы находящегося в километре от корабля мага влились сюда сквозь открытые инфосоединения. Даже если Ариадна оставила в рукаве какую-то страж-систему, они обе не имели и шанса противостоять снабженному всеми кодами доступа Хампелю. Конечно, в конце концов Ариадна с ним справилась бы. Она была ИИ, училась быстро, и наверняка через двадцать-тридцать секунд магу пришлось бы вести тяжелый бой. Но у него не было необходимости пребывать в системе так долго. Ему следовало сделать только одну вещь.

– Аккумулятор отключен, сэр, передача данных вне «Альты» через боевой блок невозможна, – раздался в коммуникаторе полковника лишенный эмоций голос чеха. – ИИ начинает процесс обратного трансфера.

– Спасибо, майор. – Брисбен подошел к переключателю беспроводного соединения. Он ожидал этого; в конце концов, у Ариадны не оставалось другого выхода. Хампель отключил возможность бегства с останков корабля, и единственным шансом ИИ был возвратный трансфер в Центр. Иначе она умрет, едва только разрядится последний конденсатор в лишенном аккумулятора защитном блоке. Это могло затянуться, но произойдет неминуемо. Ариадна наверняка сразу же пришла к этому выводу и теперь поспешно возвращалась в последнем отчаянном акте воли к жизни. Естественно, знала, что ей не удастся.

Он нажал на переключатель. Сигнализация диода беспроводного соединения погасла.

– Статус трансфера?

– Прерван, – коротко ответил маг.

– Как выглядит состояние конденсаторов в защитном блоке?

– Энергия не подается, но при низком использовании энергии до полной утраты способности действовать ИИ понадобится как минимум несколько месяцев.

– Вы сумеете ее уничтожить?

– Она будет защищаться, – ответил Хампель без эмоций. – Мои шансы на успех я оцениваю в двадцать семь процентов, учитывая лимит времени.

– Я понял. – Полковник машинально кивнул, хотя Хампель не мог его видеть. – Вы свободны.

Он не мог даже обеспечить ей быстрой смерти. ИИ, лишенная банков данных, но обладающая сознанием, должна была умирать… сколько? Несколько месяцев? Год? Достаточно времени для проклятий бывшему другу.