Сердце Вербарии - Дмитрий Савчатов

Крайтер проводил сестру в твой мозг, ее… Ее, сущность отложилась в зоне отвечающей за сон. Во время бодрствования зона латентна и твой мозг свободно хранил память об Айро. Эта подсознательная мнемония пробуждалась, когда ты засыпал. Проще говоря, во сне Айро переходит из подсознания в область сознания. Вспоминалась. В этом состоянии она могла посетить меня или любого другого в Зыбучей башне и предпринять действия по нашему освобождению. В случае необходимости она всегда могла вернуться в сумеречную зону твоего мозга — в исходное состояние. Но… Этот механизм не сработал. Отец как будто все знал и именно поэтому выбрал для тебя пытку бессонницей. Когда для тебя сон и явь смешались, они смешались и для Айро… Я не знаю как. Не могу объяснить! Она вышла в реальность, приняв ее за твой сон. И теперь твой мозг точно биоэфирный проектор, проецирующий, а лучше — продуцирующий — физическую оболочку для сестры. Он уплотняет материю окружающей действительности, согласно форме. Ввиду этого выводы напрашиваются сами собой. Поскольку радиус проецирования не велик, а импульс слаб, любые преграды или большие расстояния для нее подобны смерти. Это подтверждается тем, как Айро вышибла дверь твоей камеры. Желание жизни, тяга к воссоединению — колоссальна. С другой стороны, отсутствие потребности во сне обусловлено тем, что сумеречные области заняты Айро. Айро, не подсознательной, а, хм, бодрствующей.

— И как теперь быть? — с досадой на себя, на то, что позволил угробить впустую два дня, подытожил он ее рассуждения. — Ждать пока я перегорю? Тогда и Айро сгорит вместе со мной.

— Можно кое-что попробовать, — ответила Разиель. — Попытать счастья в Кетсуи-Мо. Возможно там мы найдем все ответы.

Act 21

На остров Бредби отправились еще до рассвета. Крайтер отказался поднимать летательный аппарат в небо при свете дня, как и швартоваться возле самого купола. Навестить Олафа он согласился, но без энтузиазма.

— Я не знаю, что сказать ему, когда увижу, — высказался он по дороге на остров. — Я ведь… Обманул его. Не утопил барахло с ледокола, а украл.

Сейвен возражал, ссылаясь на то, что именно этот его выверт подтолкнул протекторов к решительным действиям. Крайтер соглашался вяло, задумчиво и больше для того, чтобы от него отвязались. Когда же на горизонте замаячил остров, он и вовсе погрузился в грузное молчание.

Они приземлилась в одном из дальних уголков тренировочной зоны, куда доларги обычно заходили, чтобы скрыться от глаз визитаторов. А так как последние отсутствовали и прятаться было не от кого, то и осколок Реликта никто не мог найди.

Шагая по тропе ведущую к куполу, Сейвена охватило смятение. Припомнились нарны, когда он, после яркого поединка с Крайтером, возвращался в купол. «Все началось именно тогда». Раньше в его жизни происходило мало чего примечательного. Зато теперь… Теперь случилось столько, сколько и двум жизням хватит. Но сердце учащенно билось не по этому. Будоражили его мыслей о предстоящей встрече с Диз.

Что у них было общего до недавнего калейдоскопа событий? Ничего… «Если не брать в расчет ремесло». Чем она жила все эти годы, Сейвен мог только гадать и, наверняка, ошибаться. Он вдруг понял, что совершенно не знал Диз, как не знал ее и теперь. Но узнает ли в полной мере? Ведь… «Айро».

— «Да, дядя?» — тоцикл отозвалась девочка, идущая чуть впереди рядом с Крайтером.

«Нет, ничего, я просто… Задумался».

Айро выпустила руку Крайтера, тот посмотрел на нее, оглянулся на Сейвена и, сообразив, в чем дело, продолжил путь.

— «Я все слышала», — она взяла Сейвена за руку, и они пошли, замкнувшись в сокровенном молчании. — «Знаете, мне очень нравится ваша тетя. Ну, то, как вы ее вспоминаете, что думаете о ней. Дядя Сейвен, я не хочу мешаться вам. А я ведь буду, я знаю».

«О чем ты, малышка? Как ты можешь помешать нам?»

Девочка нахмурилась, отчего детское личико посерьезнело.

— «Вы знаете как», — голос ее прозвучал уверенно, по-взрослому. — «Вы думаете об этом, но только изнутри. Вы думаете, что не сможете остаться с ней наедине, не сможете поговорить с ней так, как хотели бы. Вас беспокоит то, как я изменю ваши отношения. И еще вы думаете о том, как долго сможете так жить».

По спине Сейвена пробежал холодок. Айро безошибочно прочла мысли, которые он с таким трудом гнал прочь, те предположения, что он глубоко скрывал сам от себя.

«Я соврал бы, если сказал, что это не так. Но я не хочу тебе врать. Кроме того, от тебя ничего не скроешь, как от самого себя».

— «Мне тоже не нравится так жить. Но я хочу жить, дядя! Я очень хочу жить… Мне хочется быть с сестричкой и дядей Крайтером. Мне не хочется видеть ваши мысли. Ничьи! Я хочу остаться только со своими!»

«Тише, моя хорошая, тише». Сейвен подхватил Айро на руки. «Помнишь, Разиель говорила, что можно слетать в Кетсуи-Мо и там узнать, как разделить нас? Помнишь?»

— «Помню. Только вы не хотите туда лететь. Вы боитесь этой Кетсуи-Мо».

«Ну что же? Боюсь. А ты не боялась, когда я дал тебе железку, которую вынул из сестрички?»

— «Очень».

«Вот. Ну ты ведь справилась? Справлюсь и я».

Первые лучи озарили день. Влажный от росы луг точно устилала драгоценная россыпь. Даже купол, заслоняющий восходящее солнце, походил на огромный сказочный цветок, брезжащий люминофором. Над ним, в небесной синеве, яркой звездой сияла Зойба. До новой фазы оставались считанные дни.

В купол они вошли через ворота тренировочных площадок. Внутри было светло и тихо — меридианы ночного освещения еще не выключили. Как всегда шептались водопады, пахло свежей травой и цветами, а солнечный свет умеряла застенная вода.

На кольцевой тропке Крайтер остановился.

— На твоем месте я бы не шел к Диз с пустыми руками. Сорви цветов, что ли. Да, один маленький совет, если позволишь. Не скрывайся в себе. Для нее это тоже станет большим подарком.

Вняв совету, Сейвен углубился в центральную парковую зону в поисках цветущей милюды. Вместе с Айро они отыскали посадку благоухающих кустов и выбрали самые пышные веточки. Через несколько нарнов они уже стояли возле двери скорлупки Диз. «Не скрываться в себе? Что он хотел сказать этим…»

— «Дядя Крайтер пожелал вам быть откровенным с тетей. Не стесняться того, о чем вы думаете и что чувствуете. Она знает все, но… Если вы скажете об этом сами, то ей будет очень, очень приятно».

Сейвен посмотрел на Айро, затем вновь на дверь, занес кулак,