2312 - Ким Стэнли Робинсон

Остается вопрос, кому нужно нечто столь необычное. А с другой стороны, люди постоянно совершают странные поступки. Сделать искусственного человека — очень древняя мечта. Пусть бессмысленная, но традиционная. И вот они сидят перед ней. А она не знает, что видит перед собой. И это само по себе интересно.

Секс с машиной — интересно ли это или просто сложная форма самоудовлетворения? Будет ли квантовый компьютер адекватно реагировать на твои реакции? А будет ли секс у него?

Если она хочет узнать, придется попробовать. Новый подход к более общей проблеме сознания квакомов. Когда имеешь дело с квакомом, нужно постоянно помнить, что, какими бы ни были внешние проявления, там никого нет дома: нет сознания, нет Другого, только заложенные создателями реакции на тот или иной стимул. Как бы сложен ни был алгоритм, он не то же, что сознание. Свон была убеждена в этом, однако даже Полина часто удивляла ее, поэтому очень трудно бывало не поддаться иллюзии.

— У тебя прекрасная кожа. Моей плоти кажется, что это плоть.

— Спасибо.

— Ты думаешь? Думаешь?

— Я совершенно точно думаю, — ответила женоподобная.

— Значит, у тебя возникает последовательность идей, которые переходят из одной в другую более или менее постоянным потоком, путем свободных ассоциаций, от темы к теме, и так возникают все те мысли, которые у тебя бывают?

— Не уверена, что это именно так. Мне кажется, дело скорее в раздражителях и реакциях: мои мысли отвечают на раздражитель — входящую информацию. Например, сейчас я думаю о тебе и о твоих вопросах, о том, как мое зеленое платье смотрится на фоне зеленой травы, и о том, что мы будем есть за обедом — я немного голодна…

— Значит, вы едите пищу?

— Да, мы едим пищу. Если честно, мне трудно не переедать.

— Мне тоже, — сказала Свон. — Так думаешь ли ты о сексе со мной?

Все трое смотрели на нее.

— Но ведь мы только что встретились, — сказал один.

— Если подумать, так бывает часто.

— Правда? Не уверен.

— Поверь, это так.

— У меня нет оснований верить тебе, — сказал второй. — Я для этого недостаточно тебя знаю.

— А разве хоть кто-нибудь достаточно хорошо знает кого-нибудь? — спросил третий.

Все трое рассмеялись.

— Поверить кому-нибудь другому? — сказала похожая на женщину. — Вряд ли!

Они снова рассмеялись. Пожалуй, они слишком много смеются.

— Вы что, на наркотиках? — спросила Свон.

— Разве кофеин наркотик?

Теперь они откровенно хихикали.

— Вы все глупые девчонки, — сказала Свон.

— Это верно, — призналась похожая на женщину. Она наполнила чаем четыре чашки и раздала. Второй раскрыл корзину, достал оттуда разное печенье, сухое и сдобное, и раздал это, кладя на небольшие белые салфетки. Все с аппетитом принялись за еду. Трое местных ели как люди.

— Вы плаваете? — спросила Свон. — Плаваете? Принимаете горячие ванны?

— Я принимаю горячие ванны, — сказал третий, и все трое захихикали, прикрываясь салфетками.

— А может, искупаемся? — спросила Свон. — Вы купаетесь без одежды? Так я смогла бы увидеть ваши тела.

— А мы твое!

— Отлично.

— Похоже, будет очень забавно, — сказала женоподобная, и все снова рассмеялись.

— Давайте! — воскликнул второй.

— Я хочу допить чай, — строго сказала женственная. — Он вкусный.

Закончив, они встали и с грацией танцоров повели Свон к бассейну, где уже плавали люди, одни в купальниках, другие нагишом. В самом мелком бассейне, где на небольшую круглую крышу падал фонтан, образуя обтекаемое водой убежище, плескались дети. Трое радушных хозяев Свон собрали все нужное для обеда, сняли через голову платья и вошли в воду. Женственная оказалась по-девичьи стройной и гибкой; у других двоих были мускулистые тела гинандроморфов: широкие бедра, грудь не плоская, но и не вполне женская; среднее соотношение длины торса и ног и объема талии и бедер, волосатые гениталии, скорее женские, но с небольшими пенисами и яичками, как у самой Свон. Сказать что-то еще без близкого осмотра невозможно. Впрочем, увиденное ни о чем не говорило: создать гениталии гораздо легче, чем кожу на руках.

Теперь в воду. Свон видела, что плавают они хорошо; у них, похоже, такой же удельный вес, как и у людей. Значит, по-видимому, нет стального каркаса. Возможно, внутренности не полностью искусственные, а покрытые слоем тканей и кожи. Глубокий вдох позволял им становиться легче воды, почти как ей. Глаза тоже почти как у нее — мигают, смотрят по сторонам, влажные. Можно ли сделать все части человека, собрать их, и получить функционирующий организм? Маловероятно. Сама природа не так уж хороша в этом, думала Свон, чувствуя, как болит поврежденное колено. Создать точную копию… ну если сосредоточиться только на функциональных аспектах.

— Вы, глупые девчонки, очень занятны, — сказала Свон. — Не могу вас понять.

Они рассмеялись.

— Настоящие люди не станут целый день притворяться перед незнакомцем роботами, — заметила Свон. — Должно быть, вы все-таки роботы.

— Самое необычное чаще всего оказывается правдой, — сказал второй. — Это хорошо известный тест в комментариях к Библии. Полагают, что, вероятно, смоковница проклята Иисусом, иначе зачем вообще там эта история?

Снова смех. Вот уж действительно глупые девчонки. Возможно, человек способен создать мыслящего робота, но только с развитием как у двенадцатилетней девчонки.

Но то, как они плавают. Как ходят. Это трудно; так, во всяком случае, считала Свон.

— Очень странно, — сказала она себе, чрезвычайно довольная. Ей показалось, что дальше все будет просто.

Когда она по колено вошла в воду, они принялись так же откровенно разглядывать ее, как она — их.

— О-о, отличные ноги, — сказал третий. — И тело красивое.

— Спасибо, — ответила Свон под громкие возгласы остальных двоих.

— Так не стоит говорить: некоторых людей обижают замечания об эстетическом воздействии их тел на других, — заметила женственная.

— Меня не обижают, — возразила Свон.

— Ладно, тогда просто хорошие, — сказала женственная.

— Я просто хотел быть вежливым, — сказал третий.

— Ты слишком дерзок. Ты понятия не имеешь, вежливо это или нет.

— Это был всего лишь комплимент. Нет никаких оснований сердиться. А если перейдешь границы, люди решат, что ты не знаешь их культуры, но все равно не заподозрят тебя в дурном.

— Да, не заподозрят — но откуда ты знаешь, что это не симулякр, посланный проверить нас?

Тут все расхохотались так, что едва не задохнулись, и какое-то время плескали друг в друга водой. Свон присоединилась, потом просто опустилась в воду и немного поплавала, как выдра. Потом схватила третьего, прижала к себе и поцеловала в губы. Тот коротко ответил, потом отстранился.