Артемида - Энди Вейер

Я нахмурилась, глядя на нее:

— Но Руди ничего об этом не знал.

Нгуги вздохнула:

— У нас с Руди довольно… непростые отношения. Он не одобряет синдикаты и мое непрямое воздействие. Он был бы рад избавиться от меня и, честно говоря, я была бы рада избавиться от него. Если бы я предупредила его о приходе убийцы, он спросил бы, откуда мне это известно. Потом он начал бы допытываться, как эта информация стала доступной, и у меня возникли бы неприятности.

— То есть вы практически направили Руди на встречу с убийцей, не предупредив его об этом.

Она наклонила голову набок:

— Меня огорчает, когда ты смотришь на меня такими глазами. Руди исключительно способный офицер полиции, и он знал, что ситуация была потенциально опасной. Ему в тот раз почти удалось схватить Альвареза. Так что совесть у меня чиста, и, если бы пришлось все делать сначала, я поступила бы точно так же. Нужно всегда видеть общую картину, Джазмин.

Я упрямо скрестила руки на груди:

— Несколько дней назад вы были в гостях у Тронда. Вы что, с самого начала были замешаны в этом деле?

— Я не была ни в каком деле, — ответила Нгуги. — Тронд рассказал мне о ЗАФО и сказал, что планирует заняться производством кремния. Он хотел обсудить санчезовский контракт на обеспечение города кислородом. Он сказал мне, что у него были причины думать, что вскоре «Санчез» нарушит условия контракта. Он также хотел, чтобы я знала, что в этом случае он сможет обеспечить город кислородом.

— И это не вызвало у вас никаких подозрений?

— Конечно, вызвало. Но на кону стояло будущее города. Преступный синдикат собирался завладеть самым важным ресурсом на Луне. Тронд предложил мне решение этой проблемы: он готов был перекупить контракт с условием возобновления каждые полгода. Если бы он начал искусственно завышать цены или попытался бы контролировать слишком большой сегмент производства ЗАФО, лишился бы контракта. Это было бы сбалансированное решение: он рассчитывал, что я буду возобновлять контракт с ним, а я рассчитывала, что он будет снабжать кремнием непрерывно возрастающую отрасль по производству ЗАФО.

— Но что пошло не так?

Нгуги пожевала губами:

— Чжин Чу. Он явился в город с готовым планом, как заработать максимально больше денег — и ему это удалось. Он еще несколько месяцев назад рассказал Тронду о ЗАФО, но Тронд хотел увидеть образец и убедиться, что это не сказка и что продукт существует на самом деле.

— Чжин Чу показал ему образец, и Тронд заплатил ему, — сказала я. — А потом Чжин Чу взял и продал информацию второй раз, но уже синдикату «Паласио».

— Это вечная проблема со всеми секретами — их можно продать больше одного раза.

— Вот ведь скользкая сволочь.

Она вздохнула:

— Представляешь себе, каким открытием была эта новость для «Паласио». Ни с того ни с сего их крошечная компания по отмыванию денег оказалась ключом к многомиллиардной новой индустрии. Разумеется, они немедленно бросили на это все свои силы. Но Артемида далеко, и слава богу, поскольку на тот момент у них в городе был всего один человек.

— И что теперь?

— Я уверена, что в настоящую минуту «Паласио» закупает все имеющиеся в наличии билеты на Луну. Через месяц их здесь будет полным–полно. Производство кремния принадлежит им, и этот проклятый контракт «кислород за энергию» гарантирует, что никто не сможет с ними конкурировать. К тому же, они уже начали воплощать в жизнь следующий этап плана, а именно захват производства стекла.

— Блин, — вырвалось у меня, — пожар в Квинслендском стеклянном цеху.

Нгуги понимающе кивнула:

— Почти наверняка цех поджег Альварез. Этот тип развил поистине кипучую деятельность. Как только «Паласио» наладит свое производство стекла, они станут монополистами как в обеспечении сырьем, так и в самом производстве. Ну и само собой, любого, кто попытается помешать им, просто убьют. Именно такой вид «капитализма» ожидает нас в ближайшем будущем.

— Но вы же Администратор. Сделайте что–нибудь!

Нгуги подняла глаза к потолку:

— Принимая во внимание их финансовую базу и систему физического устрашения, этот город будет фактически принадлежать им. Представь себе Чикаго 1920‑х годов, только в сотни раз хуже. Я ничего не смогу сделать.

— Было бы неплохо, если бы вы хоть чем–то помогли.

— Я и так тебе помогла, — ответила она. — Руди с самого начала был уверен, что это именно ты взорвала комбайны. Он показал мне видео, где ты разгуливаешь по Центру туризма в этом своем маскарадном костюме.

Я смущенно опустила голову.

— Он хотел немедленно арестовать тебя, но я сказала, что видео выглядит неубедительно и что мне нужны более конкретные доказательства. Я надеялась выиграть для тебя время.

— Хорошо, но с чего это вдруг вы решили стать моим ангелом–хранителем?

— Потому что ты в некотором роде притянула молнию на себя. Я знала, что у «Паласио» в городе есть по крайней мере один наемник. Ты выманила его, и он арестован. Спасибо.

— Так я была приманкой?

— Ну конечно. И ты по–прежнему приманка. Именно поэтому я вчера вмешалась и заставила Руди отпустить тебя. Я не знаю, что «Паласио» собирается сейчас делать, но что бы это ни было, они захотят поквитаться с тобой.

— Вы… — голос у меня прерывался, — вы в курсе, что вы просто настоящая стерва?

Она кивнула:

— Да, когда мне это нужно. Строительство цивилизации — процесс довольно уродливый, Джазмин. Но его альтернативой является полное отсутствие цивилизации.

Я посмотрела на нее с неприкрытым презрением. Но мой взгляд ее нисколько не впечатлил.

— Так что мне, черт побери, теперь делать?

— Понятия не имею, — Нгуги указала на дверь, — но тебе лучше шевелиться побыстрее.

Я заползла в свое крошечное убежище, задвинула панель и свернулась в комочек в темноте. Я так жутко вымоталась, что, по идее, должна была немедленно уснуть, но сон не приходил. На меня как–то сразу навалилось все: постоянная опасность, нищета, злость, и самое тяжелое — страшная усталость. Желание спать перешло в то, что мой отец всегда называл «переустала». Вот так он именовал это состояние, загоняя раздраженную капризничающую восьмилетнюю девчонку в спальный отсек.

Я ворочалась и металась, насколько позволяло крошечное пространство, и никак не могла устроиться удобно. Мне одновременно хотелось отключиться и врезать кому–нибудь в морду. Я просто не способна была думать. Мне необходимо было найти другое место.

Я пинком открыла панель в стене. Кого, на фиг, волнует, увидит меня кто–нибудь или нет. Мне в тот момент это было безразлично.

«И куда теперь?» — спросила я себя.