Пароль «Аврора» - Мила Бачурова

На подъезде к Дому Джек придержал коня.

– Копыта стучат, – пояснил он Даше, – навстречу скачут. Скорее всего, Ларка, но мало ли… – и громко, заливисто свистнул – так, что у Даши в ушах зазвенело.

В ответ раздался похожий свист.

– Ларка, – уверенно определил Джек. – Неймется Варваре любопытной.

Он не ошибся.

– Жека! – прокричали из темноты. – Кто там с тобой?

Джек ухмыльнулся:

– Сувенир прихватил.

– Сам ты сувенир! – обиделась Даша. Этой чудесной фразе научилась у Кирилла, а тот – наверняка у ее спутника. Но заявление осталось без комментариев.

– Чего несешь? – недовольно проворчала Лара.

Она подъехала ближе. Узнала Дашу и ахнула:

– Твою ж мать! Что стряслось?

– Спалились, – коротко объяснил Джек.

– Зашибись… И как теперь?

– Никак. Мне туда больше дороги нету. И ей, – Джек похлопал Дашу по плечу, – по ходу, тоже.

Даша к разговору не прислушивалась. Она, разинув от изумления рот, уставилась на Лару. Привыкла видеть ее и Джека в неизменном камуфляже, отчего укрепилась во мнении, что адапты всегда одеваются подобным образом… Не тут-то было. Лара, которая приходила в Бункер, разительно отличалась от Лары, увиденной сейчас.

Даша восхищенно разглядывала облегающие брюки адаптки, изготовленные из какой-то блестящей ткани – под луной они красиво серебрились. Высокие сапоги, просторную тунику, перехваченную плетеным поясом, ожерелье на шее. Волосы Лара уложила, с помощью какого-то клейкого состава, в виде треугольников – голову ее будто покрывали перья. Все это адаптке удивительно шло.

– У вас все девушки так одеваются? – вырвалось у Даши.

Лара рассмеялась. Джек немедленно влез:

– Не-е, ты чего! Это только Ларке разрешили, за хорошее поведение. А так-то, из лохмотьев не вылезают.

Лара вздохнула.

– Дурак… Я и тебя наряжу не хуже, – пообещала она Даше, – в Бункере не узнают.

– В Бункер ей теперь нельзя, – напомнил Джек.

– Да и черт с ним! Было бы, о чем горевать.

– Погоди! – Джек привстал в седле. – Еще кто-то скачет… Блин, да вы чего сегодня? А что будет, если я на неделю пропаду, до Ногинска в очередь выстроитесь?

– Народ! – тревожно проорали из темноты. – Гони к Дому! Боевая!

По произнесенным далее словам Даша догадалась, что адапты ругаются. Но спросить ни о чем не успела – таким сумасшедшим, бешеным аллюром они вдруг понеслись вперед.

***

Бывший церковный двор Джек пролетел так быстро, что оглядеться Даша не успела. Остановил коня у террасы, пристроенной к длинному двухэтажному зданию – Даша сообразила, что это и есть знаменитый адаптский Дом. Кинул поводья на перила, быстро ссадил спутницу с коня и потащил за руку вверх по ступенькам.

Терраса Дома освещалась неяркой лампой, закрепленной над входом. В свете этой лампы Даша увидела стоящую у перил молодую женщину, она повернулась к ним с Джеком.

– Инна, только не ругайся, – взбегая по перилам, предупредил Джек, – бункерную спугнешь.

Инну, «псевдомать псевдодетишек», как язвительно называла ее Елена Викторовна, – Даша знала, что подругу Германа наставница за что-то недолюбливает, – она увидела впервые. «Псевдомать» оказалась полной, веснушчатой и буйно-кудрявой. В одежде ее, так же, как у Лары, не присутствовало ни намека на камуфляж: джинсы и кофточка веселой расцветки. Непокорные, медного цвета завитки выбивались из пучка на затылке, Инна то и дело досадливо заправляла волосы за уши.