Блудные братья - Евгений Филенко

— Ну, среди людей тоже встречаются странные экземпляры, — хохотнул Кратов. — К примеру, доктор Артур Клермонт, начальник миссии на планете Пирош-Ас, принципиально удаляет всякую растительность с головы и лица, никогда не улыбается и строит фразы в соответствии с правилами «демосфенова канона».

— Что такое «демосфенов канон»?

— Не знаю. По-моему, он сам это и выдумал. Удручающая картина…

— Этот ваш доктор Клермонт — просто выпендрюжник, — заявил Сидящий Бык.

— Где ты подцепил это слово?! — ахнул Кратов.

— У тебя, разумеется, — спокойно ответил человек-2. — При первой встрече ты произвел на меня убийственное впечатление… хотя и извинился. В ходе второй встречи ты на моих глазах выпил почти ведро «Карлсберга» и существенно обогатил мой запас русских идиом.

— На то был повод, — Кратов смущенно засмеялся.

— В отличие от человека, который выпендривается, то есть — эпатирует окружающих своим нарочитым, неестественным поведением, мы изначально и ненатужно ведем себя иначе. Мы другие, поэтому для нас то, что вы называете емким словом «выпендреж», вполне органично.

— Да, я заметил: курточка, штанишки — все по погоде… Почему мы идем пешком?

— Потому что здесь нельзя летать. А точнее — снижаться до десяти километров, следовательно, гравитры, с их нормальным пятикилометровым потолком, отпадают. Сразу за стоянкой начинается запретная зона. Есть, конечно, оленьи упряжки, но…

— Олени простудились? — сочувственно предположил Кратов.

— Просто я решил, что тебе захочется прогуляться по снежку.

— Ну, разумеется…

— Видишь эти корпуса? Это лаборатории ментального программирования. Не те цеха и поточные линии, которые ты можешь увидеть на любой ферме по производству биотехнов. Здесь ведутся уникальные разработки. Здесь делают человеческий мозг. Двенадцать лет назад здесь построили мой мозг.

— Тебе двенадцать лет?! — поразился Кратов.

— А ты полагал, что я окажусь твоим ровесником? — пожал плечами Сидящий Бык. — По вашим меркам я подросток-несмышленыш. Но я никогда не был ни младенцем, ни подростком. Я помню себя практически с момента рождения. — Он коротко улыбнулся. — Да и рождения как такового не было.

— Могу я задать совершенно бестактный вопрос?

— А у тебя получится?

— Забавно, — сказал Кратов. — Недавно в том же самом сомневался один чрезвычайно развитый подросток лет четырнадцати. Дело было на детском острове под названием Ферма. Там разводят животных…

— Знаю, — кивнул Сидящий Бык. — Ну, и какой же бестактный вопрос ты хотел задать чрезвычайно крупному подростку лет двенадцати?

— Как долго ты рассчитываешь прожить?

— Это не бестактный вопрос, — заметил Сидящий Бык. — Скорее риторический. Мы не умираем. В нашей функциональной программе смерть не предусмотрена. Речь идет, разумеется, о биологической смерти.

— Но это тело не сделано из вечных материалов! К тому же, ты не слишком бережно с ним обращаешься…

— Должно быть, я не слишком корректно выразился. В этих корпусах создали не мой мозг, а мою личность. А уж потом подыскали ей временный носитель в виде мозга и временное тело. Моя личность бессмертна. Если мозг и тело выйдут из строя, их можно будет заменить.

— Заменить… понятно.

— Не печалься, — сказал Сидящий Бык. — Твоя личность тоже бессмертна. Личность как информационное наполнение мозговых клеток. Просто для тебя еще не создана технология замены мозга и тела. Но над этим работают. Это главная задача. Собственно, мы появились лишь как побочный продукт при решении главной задачи.

— Надеюсь, у тебя нет на этот счет комплексов?

— У меня вообще нет комплексов.

Они стояли перед белой двухстворчатой дверью без ручек и надписей. Сидящий Бык стянул с руки перчатку, подышал на ладонь и прижал к промороженному металлу. Створки бесшумно разошлись, оттуда выкатился клуб плотного пара, который показался Кратову горячим.

— Мы пришли, — сказал человек-2. — Отнесись к нему с уважением. Что бы ты ни думал о его рациогене — сейчас он работает над твоим бессмертием.

— Рациоген тоже был побочным продуктом? — не удержался от шпильки Кратов.

— Полагаю, да, — без тени смущения ответил Сидящий Бык. — Кому нужен всемогущий разум, который умрет?

* * *

— Антропоид, кавказская раса, мужской пол, гипертрофированная мускулатура… Не думаю, что вы мне интересны, — сварливо сказал Морлок.

— Вы удивитесь, но это взаимно, — поклонился Кратов.

— За каким же чертом вы явились?!

— Если наш разговор пойдет в том же ключе — то считайте, что лишь затем, чтобы вы это знали.

Морлок нахмурился и с полминуты старательно жевал губами, что-то для себя решая. Потом сказал:

— У меня для вас десять минут. Считайте это данью любезности. Не выпроваживать же человека, который тащился через весь мир, сам не зная зачем!.. Надеюсь, вам достанет рассудка использовать их с пользой:.

Доктор Теренс Морлок стоял вполоборота, глядя куда-то мимо всего и всех, утолкав руки в карманы крахмально-белого комбинезона. Его пушистая, как у цыпленка, нежно-розовая макушка находилась примерно на уровне кратовского плеча. Кабы не брюзгливые интонации да пренебрежительное выражение лица, он бы вполне мог сойти за Санта-Клауса. Тем более что лютовавший за стенами лаборатории мороз к тому располагал. Однако рождественских подарков явно не ожидалось.

— Тогда сразу к делу, — сказал Кратов. — Я хочу найти и вернуть рациоген.

Седые брови совершили сложное волнообразное движение, а складки в уголках рта сделались еще горше.

— Рациоген, — наконец промолвил Морлок. Он внезапно развернулся на пятках и двинулся куда-то вглубь лаборатории, между тонкостенных резервуаров в форме шаров из зеркального металла с хрустальными иллюминаторами. Кратову ничего не оставалось, как следовать за ним. — Хм… Который именно?

— Тот, что в свое время не попал на базу «Антарес».

— Я не знаю ни про какую базу «Антарес», — отчеканил Морлок.

Сидевшая возле приборов крупная, коротко стриженая девушка молча встала — ее лицо с обыкновенными, слегка стертыми чертами ничего не выражало, только взгляд больших серых глаз зацепил Кратова вскользь, — и быстро ушла. Морлок рассеянно посмотрел ей вслед, как будто проводил глазами пляшущую на свету пылинку.

— Возможно, — сказал Кратов. — Возможно, и не знаете. Это тот рациоген, который в 125 году был отправлен со Старой Базы, но по назначению доставлен не был.

Морлок снова хмыкнул.

— Дело давнее, — сказал Кратов. — Никто уже не потащит вас на правеж в комиссию Академии Человека. Никто не отлучит от любимого дела. Все давно закончилось и почти забыто. А я — всего лишь частное лицо кавказской расы…