Потом и кровью - Андрей Посняков

– Вообще-то, мы датчане, а не шведы, – по-немецки пояснил командир судна. – Так, нанялись…

Между тем пиратские корабли взяли обреченную шняву в полукольцо. Казавшаяся огромной каракка с высоченной, украшенной вычурною резьбою кормой вальяжно подошла к датскому суденышку, закрывая парусами солнце.

– Кто такие? – перегнулся через фальшборт высокий человек с небольшой бородкой, одетый в обычный, безо всяких украшений, камзол. – Отвечайте, живо.

– Мы… мы давно решили перейти на сторону Братства, герр адмирал, – решительно заявил датчанин. – Ждали лишь удобного момента. И вот такой момент наступил! Мой корабль – ваш корабль отныне, мои пленники – ваши.

– У вас еще и пленники?

– Да, мы атаковали работорговцев.

Арцыбашев широко улыбался: он уже давно узнал адмирала… именно так – адмирала, без всяких дураков, ибо сей титул был пожалован датскому шкиперу Карстену Роде самим Иоанном Грозным! Магнус пару раз встречался с этим знаменитым корсаром и теперь очень надеялся, что тот его вспомнит.

– Пленных – к нам, – подумав, приказал Карстен. – Ну, и сами поднимайтесь, господин капитан. Посмотрим, что с вами делать.

С борта каракки упала узкая веревочная лестница, по-морскому именуемая трап.

– Вперед, – датчанин хмуро оглядел пленных. – Ну, полезайте же. Живо!

– Интересно, как это сделать? – прищурился король. – Со скованными-то руками? Вы только что подарили нас пира… сим достойнейшим людям, и теперь хотите утопить?

– Без нас вы бы точно утопли, – вполне резонно заметил капитан и, обернувшись, приказал позвать корабельного плотника, судя по всему, заодно исполнявшего еще и обязанности кузнеца – в силу малочисленности экипажа такое случалось часто.

Явившийся на зов плотник-кузнец – плечистый малый с красным обветренным лицом и меланхоличным взглядом – принес небольшую наковаленку и молоток. Расположился.

– А ну, клади цепи сюда. Ага…

Один ловкий удар – и оковы спали. Что и говорить – мастер!

Наверху тоже оценили:

– Добрый у вас там кузнец!

Краснолицый поднял глаза и польщенно поклонился.

– Мы все не в лесу найдены, – приосанился капитан.

– Ну, лезьте. Посмотрим.

Перевалив через фальшборт, пленники оказались на широкой палубе каракки, как раз у фок-мачты с длинными реями. Паруса были приподняты, смотаны – «взяты на рифы», и огромное судно спокойно покачивалось на серовато-бирюзовых, бьющих в корму волнах.

– Сюда! – морской пехотинец в плотной стеганой куртке указал абордажной саблей на высокую кормовую надстройку – капитанский мостик, куда по обе стороны – справа и слева – вели парадные лестницы, огражденные золоченою балюстрадой. – Сам адмирал желает допросить вас.

Хмыкнув, Магнус с остальными пленниками и датским капитаном поднялись наверх и встали, дожидаясь, пока пиратский главарь отдаст необходимые распоряжения шкиперу и рулевому.

– Меняем курс на норд-ост и уходим в море.

– Думаю, вам лучше взять зюйд-вест, Карстен! – вскинув голову, звучно промолвил король. – Пойдете к Риге и расколошматите хиленький шведский флот. Вашей эскадре это вполне по силам.

– Что? Что такое? – Карстен Роде резко обернулся, положив руку на эфес шпаги. – Мы что, знакомы? Господи… Неужели?

– Ну, здравствуй, Карстен.

– Ваше величество! Нет, не может быть…

– Очень даже может! – распахнув объятия, расхохотался король. – Ну, подойди же! Дай обнять тебя, дружище! Кстати, если ты понял – я только что нанял вас к себе на службу. И готов заплатить жалованье за все годы – то, что не выплатил царь Иоанн Васильевич!

– Всю команду на палубу! – обняв Магнуса, взволнованно приказал адмирал. – Послать шлюпки на другие суда. С нами король Ливонии, господа офицеры! Сам король! Прошу оказать честь…

Взлетели из ножен шпаги, поднялись кверху.

– Король, – побледнев, растерянно протянул датчанин.

– Да, вас я тоже беру, – Арцыбашев повернул голову. – Надеюсь, вы не против?

– Почту за честь… ваше величество! – радостно щелкнул каблуками капитан.

Совсем скоро Магнус сидел на мягкой софе в адмиральской каюте и ел жареную дичь, запивая красным французским вином.

– Хороший у тебя корабль, дружище.

– Да, это доброе английское судно, – довольно ухмыльнулся Карстен. – Правда, экипаж его, англичане, оказались людьми недобрыми. Пришлось выбросить в море… Недалеко от берега, так что, думаю, выплыли – иначе ж какие они моряки?

Его величество одобрительно хохотнул:

– Я так понимаю, ты эту каракку отжал… Ну, в смысле нагло увел из какой-то гавани?

– Из Копенгагена, мой король. А что было делать? Я, видите ли, явился туда за помощью, и вместо этого был брошен в тюрьму! Я и мои люди! Брат ваш Фредерик уже больше не воевал со шведами, так что и я оказался не у дел – все датские и немецкие порты для нас оказались закрыты. Что же касается Иоанна, так вы, ваше величество, правы – ему оказалось не до нас. Пришлось выкарабкиваться самим – подкупили тюремщиков, освободили свои суда… ну, и, вот, «Святого Георга» прихватили. Доброе судно, да! Правда, несколько неповоротливое, зато какие бомбарды!

Дюжина кораблей нового ливонского адмирала Карстена Роде подошла к Риге как раз вовремя. Шведские суда вовсю бомбардировали город, их десант штурмовал замок, как показалось Магнусу – с явным успехом.

Плотный пороховой дым затянул всю Даугаву, весь город, от замка до дома Черноголовых и церкви Святого Петра. Флагманский корабль шведов – приземистый четырехмачтовый когг, размерами ничуть не уступавший «Святом Георгу», видно, дожидался, когда рассеется дым, чтобы ухнуть по стенам замка со всей дури. Бортовой залп его вполне мог натворить бед – обрушить и стены, и башни. Да и десантный отряд… Такое судно могло иметь на борту с полтысячи прекрасно обученных солдат!

– Мы достанем его отсюда, Карстен? – опуская подзорную трубу, поинтересовался король.

– Не всеми, ваше величество, – адмирал поправил на голове украшенный серебряной насечкою шлем – морион. Такой же точно шлем красовался и на голове Магнуса, а еще – черненые латы: кираса, набедренники, наплечники и все такое прочее, стоившее весьма немалых денег – скромный подарок капера своему королю. – Не всеми, но носовыми бомбардами достанем.

– А когда сможем всеми?

– Думаю, через полчаса, – Карстен Роде бросил опытный взгляд на паруса, оставленные лишь на бушприте и передней мачте. – Да-да, ветер слабый – быстрее никак не успеть. Опасно, все ж таки не море – река.

– Тогда скорее на нос! – махнул рукою король. – Говоришь, бомбарды?

Опытные канониры уже приготовили бомбарды к выстрелам. Прочистили банником, заложили порох, забили пыжи, закатили тяжелые чугунные ядра. Корма вражеского флагмана маячила примерно в одной морской миле от «Святого Георга». Ядра долетят вполне, и убойную силу сохранят – жахнут, мало не покажется! Вот только попасть бы. С меткостью орудий, особенно корабельных, в те времена были проблемы. Бортовая и килевая качка, дым, ветер – все это сильно мешало, да и прицельных приспособлений по сути не было. Разве что можно было наводить орудия в вертикальной плоскости, по горизонтали же приходилось полностью полагаться на рулевого.