Техническое задание - Сергей Плотников

– Да знаю я. – Вырвалась блондинка, но ёмкость убрала. – Даже боюсь представить, что у меня на голове. Всё бы отдала за душ!

– Лучше поесть, – как всегда коротко высказала свою точку зрения жрица.

– Не трави душу…

Вялую перебранку прервал мерзкий скрип: Анне наконец-то надоело рассматривать створку дверцы в тусклом свете догорающей химической лампы, и она, подцепив лист металла кончиками пальцев, решительно потянула на себя.

– Лучше бы они на петли своё масло не пожалели. – Скривилась Мамедова, вместе со всеми остальными заглядывая в открывшийся проём. – Теперь нас только глухой не услышал бы.

– Ты недооцениваешь эти стены. – Покачала головой принцесса, протягивая руку с зажатой в ней лампой и пытаясь разглядеть узкий и низкий лаз, по которому предстояло пробираться согнувшись больше боком – иначе не пройти. – Так, вот что: незачем сразу всем лезть – если что, будет трудно отступить. Жаргал, Светлана, вот вам лампа, а мы с Егором и Ирис сходим разведать дорогу.

– А почему они? – немедленно возмутилась светловолосая.

– А у тебя точно папа генерал? – насмешливо поинтересовалась в ответ Рюрикова. – Что-нибудь насчёт обсуждения указаний старшего по званию слышала?

– Сначала сделай, потом жалуйся… – пробурчала слегка сконфузившаяся Светка. Как я понял, принцесса мягко «прозондировала почву» насчёт того, никто ли в нашем отряде не сомневается в её руководящей роли, при этом ловко избежав таких однозначных слов как «командир» и «приказ». Ну а звание у Анны действительно формально выше, чем у не имеющей никакого воинского ранга Мамедовой. Дочь главы государства, где лидер нации – военный лидер, наверняка офицер…

– Лампа, – ставя точку в так и не начавшемся препирательстве, передала светильник блондинке магесса. – Егор, у тебя вроде планшет с большим экраном? Иди сразу за мной и подсвечивай под ноги. В случае чего оба валимся на пол, а Ирис стреляет поверх наших голов. Думаю, у неё это лучше получится, чем у тебя или меня… Вы, двое – ждите нас полчаса, химии как раз должно хватить. Если никто из нас не вернётся за вами за это время – выходите… очень осторожно. Всё ясно?

* * *

Ну, что я могу сказать? Те, кто оставил лазейку для техобслуживания узла, сделали всё, чтобы её не нашли. Узкий лаз, сначала оставленный между стеной тоннеля и бетонными блоками, через три десятка шагов повернул под прямым углом, врезаясь в горную породу, но остался таким же узким. Этот штрек был длиннее – я потерял счёт шагам, пытаясь не наступить на ноги впереди идущей Анны и одновременно не удариться головой о низкий неровный потолок. Ударился, разумеется, – в таких местах лучше не ходить без каски… а по мне – так и вообще лучше не ходить. Кто бы меня спрашивал… Наконец, ещё поворот – и дальше кривой ход, заканчивающийся ещё одной дверцей из толстого стального листа, в этот раз открывающейся наружу. Точнее, не открывающейся. Сколько бы принцесса ни налегала на створку – никакого толка не было, та даже не шелохнулась. Не самые приятные минуты в моей жизни…

– Отойдите к повороту и прикройте чем-нибудь лица и зажмите уши. Будет много пыли и громко! – наконец скомандовала убедившаяся в тщетности попыток выбраться своими силами магесса. Точнее – своими физическими силами. Даже через полу халата, накинутую на лицо, я разглядел знакомое электрическое свечение, сопровождающееся неприятным шелестом и треском. Та самая «шаровая молния», которой Анна плющила багги орденцев, не подвела и в этот раз. Когда я вслед за кашляющей от поднятой пыли девушкой на ощупь выбрался из хода, то в свете экрана компьютера увидел смятый в комок лист железа, влетевший в противоположную стену небольшого помещения. Железа тут вообще хватало, как и другого мусора: какие-то неопознанные трубы, загогулины, цельнометаллический безумно ржавый багор с крюком, какие-то четырёхгранные гвозди в палец толщиной и не менее толстые болты, скобы, гайки… Похоже, вся эта гадость была кучей сложена перед дверцей в кучу хлама, за которой ни один нормальный человек не стал бы искать секретный ход. Да, без таланта Анны мы бы вообще не выбрались – даже у андроида не хватило бы сил сдвинуть слежавшийся бардак. К слову, из комнаты вела ещё одна дверь – нормального размера и деревянная.

– Железнодорожная подсобка. – Анна постучала пальцем по стене, и я поднес наш тусклый источник света поближе. Какой-то напрочь выцветший лист, набранный на пишмашинке (не принтере!) и незнамо когда приклеенный. – Эта дверь – выход в тоннель. Если рядом есть хоть один маг, нас точно уже заметили… Проклятье, опять заперто!

Девушка ругнулась, но к счастью, прежде чем колдовать, отвесила преграде мощный пинок… и едва не вывалилась наружу – тонкий оконный шпингалет, используемый тут вместо замка, можно было выломать простым рывком за ручку. Я поднял планшет повыше, одновременно сбрасывая с плеча ремень автомата. За распахнутой створкой блеснули две нитки накатанных рельс одноколейной линии и смутно угадывалась противоположная стена тоннеля.

Несколько минут мы тревожно прислушивались, но – ничего: ни шагов патруля, ни криков – хотя шуму мы наделали немало. Тепловоза, тащащего вагоны, тоже слышно не было.

– Подсвети! – коротко приказала мне магесса, что-то ища на стене. Оказалось – отметку краской с непонятными мне цифрами семь и восемь, разделёнными вертикальной чертой. – Нам туда. Ирис, я, как понимаю, ты хорошо видишь в темноте. Нужно дойти до конца тоннеля и… нейтрализовать пост охраны, по возможности – без стрельбы. Справишься?

– Эм… а это разумно – разделяться? – ляпнул я первое, что мне пришло в голову. Как-то я не додумался, что Анна может выдать задание только моей подопечной, но не для меня.

– Егор, не держи меня за дуру, – резковато ответила девушка. – Я, может, и слепая курица в темноте, но когда свет всё-таки есть – личную отметку шифу-фехтовальщика от подарочного бантика на ножнах отличаю. Здесь закрытый тоннель, ещё и не прямой – кого накрывает у дальнего конца «Сфера», я просто не увижу. Угадай, что сделает часовой, попавший из ночи в день? Или увидевший свет в тоннеле без поезда?

– Поднимет тревогу, – мрачно согласился я. – Ирис, миссия… разведки и устранения. Сформулированные ранее Анной условия тебе ясны?

– Всё сделаю. – Судя по интонации, андроид улыбнулась. – И… будь осторожен, пока я не рядом. Вернусь очень быстро.

«Цветок» канула во тьму – только шаги еле слышно прошуршали, а я всё пытался пытался осмыслить, что сейчас услышал. БИУС – очень сложная система принятия решений, особенно это было хорошо заметно по поведению обученной (именно обученной, а не запрограммированной!) социально мимикрировать Ирис. Такое сложное, что его можно принять за выражение собственной воли. Но. Любое действие, любой жест, любое слово робота является следствием выполнения мотивационных установок и необходимости ответной реакции на внешние воздействия. Грубо говоря, получившая от меня задание подопечная должна была отчитаться в том, что оно понято и принято к исполнению, но никак не выражать… гм, свое «мнение» на этот счёт. Потому что на самом деле никакого «мнения» нет и быть не может. Но почему тогда были введены последние две фразы? Ладно бы просто «не скучай» – даже человек не всегда может решить, какое расставание является субъективно долгим, а какое – нет. Но «береги себя, я быстро вернусь»? Я же не ставил ограничение по времени. Или просто две невероятно удачно подобранные в контекст фразы из расширенного после переиндексации базы данных связей случайного набора? Скорее всего. И ведь ещё и случай с дрезиной был…