Повелитель теней. Том 1 - А. Никл

симпатией. Да ни с кем бы не разговаривала, потому что по натуре Кристина — саркастичная язва, которая с удовольствием отпускает ехидные комментарии направо и налево. Но сейчас, из-за лекарств, с неё слетело всё притворство, и Кристина превратилась в милую и очаровательную девушку, которая с удовольствием кокетничала.

Поболтав с ней ещё минут десять, я, несмотря на горячие возражения Кристины, попрощался с ней и покинул лазарет. Честно говоря, делать мне было нечего, но я не хотел, чтобы она перенапряглась и её состояние ухудшилось. Остаток дня я слонялся по Академии, запоминая её карту. Несколько раз наткнулся на слесарей, которые ругались на чём свет стоит. Как я понял, за десять часов они смогли распечатать всего десять дверей, но к ночи вроде бы нашли способ, как ускорить процесс.

К Гене в комнату я по теням перепрыгивать не стал, просто подсунул под дверь бумажку с текстом для доклада. Несколько часов я потратил ещё и на составление расписания — завтра мне нужно отнести список выбранных предметов Виктору Викторовичу, на утверждение. Чтобы закрыть план по часам, хватит и пяти, но, думаю, возьму ещё пару-тройку в довесок. Я задумался и принялся рассуждать.

Во-первых, забросить драконий дар было бы просто глупо — его обязательно следует развивать. Значит, первый предмет — «Ментальное вмешательство и защита», а второй — «Гипноз и маскировка». Во-вторых, я должен досконально изучить тонкий план этого мира и то, как правильно использовать энергию. То есть третий предмет — «Энергообмен». В-третьих, я всегда мечтал управлять огнём — ну как тут не выбрать «Владение стихией»? В-четвёртых, управление Тенями очень близко чернокнижию, а там в этом году две основные дисциплины — «Защита от чёрной магии» и «Боевое применение». Ну и напоследок — обязательный для всех предмет «Ранговые боевые способности и их комбинации».

Поужинав, я умылся и завалился спать. Разбудил меня оглушительный стук в дверь. Я распахнул глаза, сладко потянулся и пробубнил:

— Кто там?

Вставать вот вообще не хотелось.

— Мы! — раздался громкий крик с той стороны двери.

— Маша? — уточнил я.

— И Егор, — добавила она. — Собирайся скорее, нам столько нужно обсудить!

— Подождите меня в столовой.

— Зачем?

— Хочешь посмотреть, как я принимаю душ? — в моём голосе звенела насмешка.

— Нет! — моментально выпалил Егор, и за дверью началась шумная возня. Маша возмущалась, но, видимо, безрезультатно, потому что через пару секунд копошение отдалилось и до меня донёсся затихающий голос Егора: — Встретимся внизу!

Завершив утренний туалет, я спустился на первый этаж и зашёл в столовую. Несколько студентов поднялись, когда я приблизился к шведскому столу, и остановились неподалёку, притворяясь, что ведут светскую беседу. Но я-то видел, что они не спускали глаз с моего подноса. Вроде бы не пытаются устроить подлянку, так что… Пусть смотрят и завидуют моему хорошему аппетиту! Не жалко. Так, что тут у нас? Овсянка на молоке с малиной и клубникой? Сырники с клюквенным соусом? Яичница-глазунья с жареными сосисками? Я накладывал всё на тарелки двойными порциями.

— Ха! Ты проиграл! — воскликнул один из наблюдателей. — Гони пятьдесят рублей! Он набрал шесть тарелок!

— Да чтоб тебя! — выругался второй. — Баб Женя говорила, что он всегда накладывал не меньше семи!

— Развела тебя твоя баб Женя, ничего не видела, а деньги состригла, — ухмыльнулся третий. — Ломоносов, походу, идёт на понижение, желудок уже не выдерживает.

Забавно. Всего за три дня мой аппетит стал в Академии притчей во языцех?

— Только на повышение! — зычно сказал я. — Просто очередь до десертов не дошла. Как раз приплюсуйте две тарелки.

— Ага! Права была баб Женя!

— Ой, да он подмухлевал. Услышал, что мы спорили, вот и решил подгадить.

— Не знаю, не знаю… Кому, может быть, и подгадил, а кому-то организовал пятьдесят рублей.

— Да на, подавись!

Под их ругань я уселся за стол к Маше и Егору.

— Вчера был такой ужасный день, — пожаловалась Маша и поправила тонкую бретельку от платья, которая постоянно спадала и скользила по бледному плечу. — До полуночи просидели в комнатах! Кошмар!

— Бедная, — искренне посочувствовал Егор. — Нам-то в бутылку можно сходить, а вам…

— Да я не о том! — прервала его Маша и покраснела как помидор. — Скучно было. Мне кажется, я вчера весь интернет выучила наизусть. А вы чем занимались?

— В танки играл, — ответил Егор. — Читать я не люблю, да и мама говорит, что у меня плохо получается. Говорит, что я смысл не понимаю. Вы вот знали, что дуб в «Войне и мире» Толстого — это символ судьбы? А по мне, так обычное дерево. А у князя Андрея вообще шизофрения. Сначала видит уродливый дуб, потом — красивый…

Он замолк и озадаченно почесал затылок.

— А у меня дверь не заклеили, — сказал я. — Так что я скучал, но на свободе.

— Повезло, — с лёгкой завистью протянула Маша, достала телефон и уставилась в экран. — Первые две пары у нас раздельные, по факультетам, а третья с Владимиром, называется «Ранговые боевые способности и их комбинации», — она подняла на меня взгляд и добавила: — Ну, у нас с Егором. А ты решил, какие предметы будешь изучать?

— Да, — я кивнул. — У меня сегодня только «Ранговые способности». Кстати, спасибо, что напомнила, мне надо заскочить к директору.

Сказано — сделано. Из столовой я направился в ректорат, где нашёл Виктора Викторовича. Он сидел за длинным столом и перебирал бумаги. Его золотые волосы вроде бы стали немного короче, а кое-где словно бы не хватало прядей. Странно, мне казалось, он очень заботится о своей внешности, но парикмахера выбрал какого-то… рукожопого. Рядом с директором сидела женщина лет тридцати с орлиным носом и с равнодушным видом пялилась в пустоту.

Я вежливо постучал по дверному косяку, прошёл внутрь и протянул директору своё расписание.

— А, это вы, Ломоносов? — вздохнул Виктор Викторович и пробежался взглядом по листу. — Принимается. Гм, даже взял двадцать три дополнительных часа. Похвально, однако имей в виду, за прогулы всё равно получишь выговор. Если, конечно, будешь прогуливать.

— Вы обо мне плохого мнения, — я с притворной обидой прижал ладони к сердцу.

Директор странно на меня взглянул и спросил:

— Ломоносов, скажите честно, вы видели что-нибудь странное сегодня ночью? Или слышали?

— Нет, спал как младенец.

— Хорошо, — он махнул рукой, разрешая мне уйти.

Я развернулся на пятках и боковым зрением заметил, что в этот момент женщина с орлиным носом встрепенулась. Она вскочила, задрала голову к потолку и широко открыла рот. Выглядело это жутко — на мгновение женщина перестала походить на человека, я даже подумал, что сейчас она превратится в чудовище. Но наваждение быстро прошло, и вот снова передо мной оказалась просто странная дамочка с распахнутым ртом. Она как-то по-звериному простонала и крикнула:

— Москва горит! Горит!

Виктор Викторович сорвался со своего места, подбежал к ней и встряхнул. Я почувствовал, что он влил в неё большую порцию магии. Женщина обмякла и потеряла сознание. Директор усадил ей на стул и сурово зыркнул на меня:

— Ты ещё здесь?

— Уже ушёл.

Я сделал мысленную заметку, что женщина с орлиным носом либо обладает даром предвидения, либо свихнулась. У Маши тоже способность предсказывать будущее, так что, возможно, эта информация пригодится. В свободное время до пары я сгонял в библиотеку, взял необходимые книги и закинул их в свою комнату. Всё равно сегодня они не пригодятся, так как «Ранговые способности» — практическое занятие. Надеюсь, Владимир не натравит на нас старшекурсников снова, а то такими темпами и до смертоубийства скоро дойдёт.

Глава 39

Владимир запустил всех в просторную аудиторию, подождал, пока все рассядутся, и закрыл дверь. Он осмотрел всех студентов пристальным взглядом и, кивнув своим мыслям, подошёл к окну, распахнул его и устроился на подоконнике. Ярослав Голицын, которого закинули в нашу боевую группу, сел в сторонке, за отдельную парту. Как я заметил, этот парень был весьма необщительным и не горел желанием с кем-то дружить. Ему было вполне комфортно наедине с собой.

— Что вы знаете о системе развития? — спросил Владимир.

Студенты переглянулись, в их глазах читалось: «Мы в детском саду? Почему нам задают такие элементарные вопросы?» Но я чувствовал, что здесь скрывается подвох, и навострил уши. Маша неуверенно подняла руку.

— Да, госпожа Кошкина? — указал на неё Владимир.

— Существует десять рангов, по которым может подняться человек, обладающий магией. Всего четыре основных пути развития — элементали, чернокнижие, физика и ментальность, но на самом деле они обобщают огромное количество разнообразных способностей и навыков, — Маша на секунду задумалась и продолжила: — Например, элементали включают в себя управление огнём, водой, воздухом, землёй и всеми их ответвлениями.

— Верно, — согласился