Диагност - Сергей Бикмаев

— всего-то 60 лет. Но аурная диагностика выявила у него проблемы с сердцем, и Влад настоятельно рекомендовал ему пройти лечение замещающими клетками, на что тот немедленно согласился. После курса лечения граф лёг на операционный стол, и ему имплантировали новую нейросеть. Через пару дней в стационаре он изучил список доступных баз данных и выбрал гуманитарные науки, которые ему и закачали. К удивлению Влада, он ещё выбрал базу плотника и краснодеревщика. Оказывается, граф любил мастерить что-нибудь из дерева своими руками и хотел повысить уровень своего мастерства. О деньгах он и не думал. Если нейросеть сможет продлить его жизнь лет на двадцать — то тут и думать нечего! Надо брать!

Перед выпиской он зашёл в кабинет Бородина.

— Пётр Аркадьевич, голубчик, как вы себя чувствуете? — засуетился Бородин.

— Александр Иванович! Я в полном порядке! Вчера вспомнил текст протоколов, которые подписывал лет тридцать назад! Удивительное дело! Не помнил, и вдруг всё всплыло в памяти до запятой! Ваша нейросеть работает просто чудесно! Да, вот что ещё… Хочу, так сказать, вспомоществовать вашей клинике. Мой секретарь вам чек принесёт. Не обессудьте. Чем могу, как говорится… И ещё… Меня же оперировал профессор Вольф? Я его деда ещё помню! Славный был разведчик! Многое знал… Кремень, а не человек! Вот вам и ему дворянство получать пора! Государь подпишет!

— Да господь с вами, Пётр Аркадьевич! Какое дворянство? Там же надо фамильные земли иметь! А их купить — никаких денег не хватит! Не беспокойтесь, мы и так проживём.

— Ты не понял, Иваныч! Земли вам с титулом отпишут! Не обеднеют! А то тут всяким проходимцам дают титулы без земли… Тьфу на них! Бароны без баронства, понимаешь? Просто ничтожества! А вы — наши учёные! Как вам не дать? Обидно, понимаешь, за империю! Да-с… Вон, медаль Пастера заработал, меня вылечил… Так что не отказывайся! Машину я сам запущу, а то они потом лет пять тянуть будут, суки! Бисово племя! Ладно, скажи Вольфу, чтобы ко мне приехал на приём. Мой секретарь его запишет первым номером на следующий четверг. И дай я тебя обниму — спаситель ты мой!

Влад и правда пришёл на приём в четверг, и его приняли первым.

— А, Вольф! Ну, здравствуй, друг сердечный! Что делать думаешь? — широко улыбнулся Шереметев.

— Работать дальше. Исследования только начались, — улыбнулся в ответ Влад.

— Это хорошо. Да вот тут какая штука… Тебе пора уже дворянство получать. А то медали есть, премию получили, а ни орденов, ни дворянства. Ещё скажут, что зажал император своему лучшему ученому дворянство. Оно, конечно, особо ничего не даёт, кроме головной боли, но престиж всё же имеет. Да и в дворянское собрание получишь вход. А там многое решается, что не стоит выпячивать на публике. Короче, я тут подсуетился, и император решил тебе передать в качестве фамильных земель заказник Кедровая падь — раз уж ты Дальний Восток так полюбил. Будет частный заказник. Там старый смотритель недавно умер. А отдавать надзор за таким местом незнакомому человеку — не дело. Там лес реликтовый и вообще… — он покрутил рукой у себя над головой. — Передаю тебе именной Указ и грамоту на титул графа. Решили, что барон как-то мелковато для тебя. Отчиму твоему дали барона и земли подрезали под Херсоном. Там черешневые сады — будет как дополнительный доход. Хозяйство крепкое, но выморочное. Казне от него ни холодно, ни жарко. Пусть владеет. И ещё вам обоим ордена положены. Император сам будет вручать. Какой — не знаю. Сам решит. Перед новогодним балом будет вручение. Так что можешь сестрицу свою взять и её подружку. Пусть поглазеют на таких красавиц и позавидуют.

— Благодарю, Ваше сиятельство, — склонил голову Влад.

— Эх, дед бы твой порадовался! Великий разведчик был! Я там веночек на могилку послал. Ох он меня молодым гонял! Только дым коромыслом шёл! У него всю аналитику постиг… — махнул рукой Шереметев. — Больше задерживать не буду. Ступай! И перед новогодним балом тебе в дворянское собрание — банкет заказать надо. Положено так.

— Не извольте беспокоиться. Всё будет в лучшем виде, — отзеркалил Влад.

«Ну вот, уже и граф, — подумал Влад, выходя из здания МИДа. — А ещё и тридцати нет!» И поехал на метро в редакцию издательства «Научная литература», куда он сдал свою монографию «Нейросети на биологической основе». Конечно, она будет доступна и в электронном виде, но как дань традиции бумажная копия также должна выйти в свет. Не во всех библиотеках был широкополосный доступ к сети. Страна ведь огромная.

Все произошло стремительно. Какая-то неделя — и надо было провернуть все дела. Банкет взял на себя новоиспеченный барон Бородин, сигнальные экземпляры монографии уже прибыли прямиком из типографии и должны были стать гвоздем программы. Анюте, маме и Юнне срочно понадобились новые вечерние туалеты для бала. Бородин и Влад решили обойтись своими верными фрачными парами.

Перед балом состоялось торжественное награждение. Владу сам император вручил орден Святого Александра Невского, а Бородину — орден Святого Владимира с бантом. Отметили это дело там же, а потом плавно переместились на бал.

На балу и Анюта, и Юнна были нарасхват. Кавалеры так и обсыпали их приглашениями, что отчиму пришлось вмешаться и немного приструнить самых настойчивых своим отцовским басом. Влад чувствовал себя не в своей тарелке на этом празднике жизни, поэтому сразу после Нового года засобирался домой. На заимке он дышал полной грудью, чувствовал себя своим среди своих. Это и был его настоящий дом. Его мысли все больше занимали инженерные решения и технологии. Ему уже не хотелось стоять у операционного стола. Он загорелся идеей создания робота-хирурга, который мог бы проводить операции самостоятельно, без участия человека. Вдобавок, ему требовалась камера или диагностический комплекс, способный определять болезнь и тут же ее устранять. Мечтал еще заняться пищевым синтезатором, но понимал, что нельзя объять необъятное, и сосредоточился на сканере и лечебной капсуле в одном флаконе. Он не разделял скептицизма Юсуповых по поводу того, что профессия врача обесценится с появлением такой техники. Наоборот, она просто перейдет на новый уровень. Врач станет своего рода дирижером процесса лечения, работая на молекулярном уровне.

На первом этапе предстояло выбрать прочный, ударо- и износостойкий пластик. Толковых подсказок не было, поэтому он решил остановиться на поликарбонате или полиэфиримиде. Поликарбонат был проще в обработке и дешевле, но полиэфиримид отличался лучшими характеристиками, хотя и стоил дороже. Его почти не производили из-за высокой цены и сложной трехступенчатой технологии. Но, немного покопавшись, Влад смог оптимизировать процесс и «варить» этот