Десять сигм - Пол Мелкоу

Но все это случилось после того, как Александр Грэм Белл изобрел эффективную аккумуляторную батарею для автомобиля. В этой вселенной на легковых автомобилях и грузовиках стояли электромоторы, а не двигатели внутреннего сгорания. Теперь Джон понял, что за конструкция у обогнавших его грузовиков.

Читая об использовании дирижаблей как транспортного средства и об относительно мирном двадцатом веке, Джон злился все сильнее. Эта вселенная совсем не похожа на ту, где жил он. Джон Первичный солгал. Наконец он снял с полки телефонную книгу с местными номерами и принялся листать страницы, ища Рейнбернов. Как и следовало ожидать, их там не оказалось.

Джон бросил взгляд на часы. Через восемь часов он вернется домой и вышибет дух из Джона Первичного.

* * *

Мать позвала ужинать, и Джон на мгновение замер, парализованный страхом. «Они поймут, — подумал он. — Они поймут, что я не их сын».

— Иду! — крикнул он в ответ и, стараясь не шуметь, спрятал деньги в шкафу за стопкой старых комиксов.

За обедом Джон больше молчал, внимательно слушая родителей и запоминая ключевые факты, которые могли пригодиться в дальнейшем. Слишком многого он не знал. Нельзя проявлять инициативу, пока у него в голове не сложится стройная картина этого мира.

Двоюродный брат Пол все еще в тюрьме. Завтра после службы они остаются в церкви на спагетти-ленч. На следующей неделе мать собирается закрывать консервы и делать уксус. Отец покупает индейку у Сэма Райли, который держал штук двадцать этих птиц. На сладкое мать испекла яблочный пирог — достойная компенсация за поцарапанные руки и ломоту в спине.

После обеда Джон, извинившись, удалился в свою комнату и тщательно перебрал школьную сумку Джонни Деревенщины. Он пропустил целый год школы, и многое придется наверстывать. И еще это дурацкое сочинение по Джерарду Мэнли Хопкинсу. Кто он такой, черт бы его побрал?

К закрытию библиотеки голова Джона буквально распухла от разнообразных сведений и фактов об этой вселенной. У него оставались еще тысячи вопросов, но времени больше не было. Джон остановился у газетного киоска, взял с полки альманах и после секундного колебания протянул одну из двадцатидолларовых купюр Джона Первичного, чтобы заплатить за книгу стоимостью три доллара. Киоскер мельком взглянул на деньги и вернул Джону шестнадцать долларов сдачи и еще мелочь. Банкноты оказались точно такими же, как в его вселенной, а вот лица на монетах были другими.

Поздно вечером Джон поужинал в кафе Эккарта, слушая кантри-рок. Мелодии он не узнавал, но дома похожую музыку передавали радиостанции, специализирующиеся на кантри. Даже в десять вечера в заведении было многолюдно — посетители заказывали кофе и крепкие напитки. Пива тут не подавали.

Довольно тихо для субботнего вечера. Джон читал альманах и прислушивался к разговорам вокруг. В основном обсуждали машины, девушек, парней — все как в его мире.

К полуночи народу поубавилось. В половине первого Джон вышел на площадь и укрылся за статуей памятника. Потом поднял рубашку и переключил номер вселенной на 7533.

Джон подождал еще немного, посмотрел на часы и увидел, что уже без четверти час. Пора, решил он и нажал на рычажок.

Ничего не произошло.

Ему все-таки удалось не заснуть во время службы в церкви. К счастью, ритуал причастия оказался точно таким же. Если что и оставалось неизменным при переходе из одного мира в другой, так это церковь.

Джон боялся, что ленч после церковной службы будет таким же скучным, однако потом заметил в другом конце зала Кейси Николсон, сидевшую за столиком вместе с родителями. Это единственный человек, с которым он знал, как себя вести. Совершенно очевидно, ей нравился Джонни Деревенщина, но тот был слишком застенчив, чтобы сделать первый шаг. Он не таков. Извинившись, Джон встал и направился к ней.

— Привет, Кейси, — поздоровался он.

Она вспыхнула — наверное, из-за присутствия родителей.

— А, привет, Джон, — сказал ее отец. — Как успехи баскетбольной команды в этом году?

Джона так и подмывало крикнуть, что ему плевать, однако он заставил себя улыбнуться.

— С поддержкой Кейси мы способны на многое.

Кейси потупилась, и ее щеки снова зарделись. Нарядное белое платье скрывало грудь, талию и бедра под неимоверным количеством ткани, и создавалось впечатление, что этих частей тела у девушки вообще нет. Впрочем, Джон-то знал, что там. Он соблазнил Кейси Николсон как минимум в дюжине вселенных.

— Я выступаю в группе поддержки только осенью, Джон, — тихо сказала Кейси. — Весной я играю в хоккей.

Джон перевел взгляд на мать девушки.

— Миссис Николсон, вы позволите мне прогуляться с Кейси возле церкви?

Улыбнувшись, мать Кейси посмотрела на мужа и сказала:

— А по чему бы и нет.

— Отличная идея, — поддакнул мистер Николсон.

Кейси поспешно встала, и Джону пришлось бегом броситься за ней. Убедившись, что ее не видно из зала, она остановилась в проходе, ведущем в другие помещения.

— Мои родители такие назойливые, — пожаловалась она догнавшему ее Джону.

— Хрен с ними, — ответил Джон.

От неожиданности Кейси широко раскрыла глаза, потом улыбнулась.

— Я так рада, что ты решился заговорить со мной, Джон.

— Прогуляемся? — Джон улыбнулся ей в ответ и обнял за талию. Она не протестовала.

Не было ни ощущения, что он перемещается, ни перепада давления. Электромобиль все также стоял на парковке. Прибор не сработал.

Джон проверил номер: 7533. Папсц лежал на нужном рычажке. Еще одна попытка. Ничего.

Двенадцать часов уже прошло. Двенадцать часов и сорок пять минут. Может, Первичный знал время перезарядки прибора лишь приблизительно? Может, для этого требуется тринадцать часов? Джон прислонился спиной к постаменту и сполз на землю.

Он никак не мог избавиться от ощущения, что здесь что-то не так. Джон Первичный наврал ему про вселенную 7534. Может, о времени перезарядки он тоже наврал? А если перезарядка займет несколько дней или даже месяцев? Вернувшись домой, он обнаружит, что Джон Первичный прочно обосновался на его месте.

Джон сидел у памятника до трех утра, дергая за рычажок каждые пятнадцать минут. Несмотря на холод, он в конце концов заснул — прямо на траве, прислонившись к памятнику героям Гражданской войны.

На рассвете его разбудили лучи солнца, заливавшего Вашингтон-авеню. Он встал и попрыгал на месте, чтобы размяться. Спина затекла, но после нескольких упражнений боль в сведенных судорогой мышцах прошла.

В кафе напротив Джон взял глазированный пончик и апельсиновый сок, расплатившись деньгами, которые получил на сдачу от покупки альманаха. За час тут побывало человек десять — они покупали пончики и кофе перед тем, как отправиться в церковь или на работу. На первый взгляд эта вселенная была очень похожа на его собственную.