Солнце Солнц - Карл Шредер

— Если мы пошлем других, отвлечем гехелленцев, а сами возьмем «Ладью»…

Он покачал головой.

— Нас заметят. Сейчас до Кандеса не добраться даже на байке.

— Значит, придется затаиться. Подождать, пока они уйдут.

— Но есть другая проблема, — сказал он. — У нас почти нет времени.

— Что?

— Тот дредноут… Судя по твоим фотографиям, он вот-вот будет готов. И через несколько дней флот Слипстрима вступит в схватку с Мавери. Если Формация Фалкон собирается напасть на Слипстрим, значит, они уже сосредоточивают силы.

Венера хмуро посмотрела на шкатулку. Первоначальный план состоял в следующем: посетить Кандес во время его ночного цикла, чтобы Обри Махаллан сотворила с Солнцем Солнц обещанное маленькое чудо, а потом кратчайшим курсом и на полной скорости идти к Формации Фалкон и секретной верфи. Махаллан утверждала, что может установить на механизмах Кандеса некий таймер, который вызовет нужное действие через заранее рассчитанное время.

— Кому-то придется остаться, — сказала она. — Подождать, пока наши корабли уйдут, а гехелленцы бросятся в погоню. И потом идти к солнцу.

— Именно так я и думаю, — согласился Чейсон. — Первая кандидатура — Махаллан, конечно. И кто-то должен остаться с ней, чтобы обеспечить выполнение плана. Полагаю, с этим наилучшим образом справится Карриер.

— Я, — вставила поспешно Венера.

— Нет, дорогая, я абсолютно…

— А что? Думаешь, я буду в большей безопасности на борту «Ладьи», когда вы вступите в сражение против Фалкона? Кроме того, любовь моя, это наш совместный план, твой и мой. Кому мы можем доверить его осуществление, если не друг другу? Тебе нужно будет сосредоточиться на военных задачах и не беспокоиться о том, сделала ли Махаллан свою работу и надежен Лайл Карриер. Тебе нужен кто-то, кому ты можешь доверять.

— А тебе я доверять могу.

— Ну, Чейсон, это прозвучало почти как вопрос. — Она засмеялась и ущипнула его за руку. — Это самый лучший план, признайся.

Он согласился, и они повернулись к выходу. Когда Чейсон снимал шкатулку с пьедестала, из-под нее выкатилось что-то маленькое. Он не заметил. Венера посветила фонариком — вот оно, уплывает к переднему иллюминатору. Она потянулась, поймала вещицу и взяла ее двумя пальцами.

Это было кольцо, мужская печатка. Кроваво-красный матовый камень с изображением стоящей на задних ногах лошади. У лошади были крылья.

Она засунула кольцо в перчатку и последовала за мужем с мостика.

Радостный вопль эхом разнесся по «Ладье», когда из-за деревянной двери влетела добрая пригоршня золота и драгоценностей. Через секунду за ними следом протиснулся человек в красном защитном костюме. Он размахивал руками, а из круглого медного шлема доносились неразборчивые приглушенные звуки. Впрочем, на него никто не обращал внимания. Члены экипажа и офицеры, призванные, и добровольцы, все, забыв о приличиях, набросились на сокровище. Человек в защитном костюме снял наконец шлем и завопил:

— Это мелочь, мальчики! Там тонны всего этого! Тонны! Легкая рука опустилась на плечо Хайдена.

— Привет, — сказала ему на ухо Обри. Хайден почувствовал, что заливается краской. Сердце учащенно забилось.

— Тебя хочет видеть адмирал, — продолжала она и, посмотрев в сторону, добавила: — А они, похоже, довольны, а?

Он рассмеялся. Довольны? Слабо сказано. Люди плакали, дрались из-за безделушек, кричали, прыгали и отскакивали от стен.

Ее первые слова только теперь дошли до его сознания.

— Фаннинг хочет меня видеть?

— Да, он в штурманской рубке. — Она слегка толкнула его сзади, и он полетел к выходу.

После нескольких столкновений и сложных маневров ему удалось выбраться из пекла борьбы и добраться до двери, избежав худшего, потому что в этот момент дверь снова приоткрылась, и в нее влетел мешок с золотом.

К тому времени, когда Хайден достиг штурманской рубки, передняя часть судна почти опустела. Он постучал, и приглушенный голос Фаннинга ответил:

— Войдите.

В рубке, несмотря на множество фонарей, было сумрачно. Хайден удивился, увидев, что адмирал один. Зацепившись одной ногой за петлю, он неподвижно висел у стола с картой. В тусклом свете Фаннинг являл собой этюд в приглушенных тонах; глаза и складки на мундире растворялись в тени. Поза со скрещенными на груди руками, новые морщины у глаз и уголков рта подчеркивали застывшее на лице выражение озабоченности.

— Слышал, вы близко познакомились с нашим оружейником, — сказал Фаннинг бесстрастным тоном.

Как он узнал? Неужели их с Обри отношения уже не тайна для экипажа?

— Достаточно близко, — осторожно ответил Хайден. Но какое это имеет значение?

— Возможно. Возможно, вполне достаточно для выполнения задания, которое я хочу поручить вам. — Фаннинг жестом предложил пройти. — Закройте дверь, пожалуйста. — Закрывая за собой дверь, Хайден все еще слышал доносящийся из-за стены шум — там делили сокровища. Он подлетел к столу и сунул ногу в крепление. Теперь двое мужчин стояли друг против друга над подсвеченной картой.

— Я собираюсь на неопределенное время выпустить жену из поля моего зрения, — с загадочной улыбкой сообщил Фаннинг. — Речь, возможно, идет о нескольких месяцах. Вы знаете детали нашего плана? Почему мы здесь?

— Не больше остальных, сэр.

— Хм. — Взгляд Фаннинга на мгновение ушел в темноту. — Наш план, мистер Гриффин, предусматривает разгром имеющего численное преимущество врага. Когда Венера в первый раз пришла ко мне и рассказала, что на основании изучения некоторых документов считает возможным применение радара в Вирге, я не проявил к ее открытию большого интереса. Эта технология имела бы ограниченное применение в честной драке, то есть при дневном свете и в чистом пространстве. Но свидетельство о планируемом вторжении Формации Фалкон изменило все. Не получая указаний от Кормчего, мы могли совершить грубую стратегическую ошибку и погубить наш народ.

— Меня все это не очень волнует, сэр. Я родом из Эйри. — Это смахивало на вызов, но промолчать Хайден не мог.

К его удивлению, адмирал просто кивнул.

— Это объясняет кое-что в вашем поведении, но ни в коем случае не все. Вы — хороший пилот, Хайден, но я задаюсь вопросом, можно ли вам доверять. Мы вместе дрались в Гехеллене, но, как вы понимаете, это мало что доказывает.

Теперь уже Хайден отвел глаза.

— Я много лет считал вас своим врагом, — сказал он. Фаннинг улыбнулся.

— Ну, возможно, я и остаюсь вашим врагом… политическим. Но я не чувствую в вас своего личного врага, Гриффин. И это в данной ситуации представляет огромную разницу. Скажите, что, по-вашему, случится с Эйри, если Формация Фалкон завоюет Слипстрим?

— О нас никто больше не вспомнит. Словно нас и не было.