Тёмный - Александр Стрельников

Для многих правда о Создателе оказалась настоящим откровением, если не сказать потрясением. Раздался недоверчивый гул, который только усилился после того, как мы закончили.

– Чем вы можете подтвердить ваши обвинения? – раздался вопрос одного из шестерых председателей совета, темной леди Илоны. Я хорошо ее знал. Она была жесткой, порой даже жестокой, но справедливой. Но к моей семье всегда относилась с определенной симпатией.

Я развел руками:

– К сожалению, жезл был уничтожен. Но есть свидетели – пленники, которых держали в пещере.

– Пригласите их, пожалуйста, – обратился другой председатель, светлый лорд Ронан, к секретарю. – По одному.

Пока заслушивали показания свидетелей, я внимательно наблюдал за троицей главных обвиняемых. Они несколько подрастеряли свою самоуверенность, но старались держаться спокойно. В целом им это удавалось.

– Итак, обвиняемые, что вы можете сказать в ответ? – спросил Ронан после того, как последний свидетель дал показания.

– Отрицаем, – заявил Клитий. Остальные согласно закивали.

Зал загудел. Ронан пристукнул кулаком по кафедре, за которой сидели председательствующие.

– Тишина!

Затем снова обратился к обвиняемым:

– Многочисленные показания вас не смущают?

– Это лишь слова, – уверенно заявил Аскольд.

Я скрипнул зубами. Найденыш уже откровенно меня достал.

– Лорд Этьен, у вас есть еще доказательства?

– У меня есть, – прозвучал голос Эрлики.

Я восхитился, как точно она рассчитала момент для своего эффектного появления.

Девятая была великолепна. Ее фигура была затянута в облегающее элегантное платье цвета морской волны, волосы тщательно уложены в сложную прическу, на руках – роскошные браслеты. От нее исходила скрытая сила. Я в очередной раз подумал, насколько же она выше любого из нас! Если мы высшие, то она великая…

– Меня зовут Эрлика, и я первая из девяти, – заявила она.

Никто не посмел даже усомниться. По крайней мере, вслух. Все были ошеломлены.

Эрлика неторопливо направилась к кафедре. Дойдя до председателей, она повернулась лицом к залу и громко заявила:

– По праву первородства, являясь прямым воплощением Создателя Карстанора, я заявляю, что все сказанное обвинителями истинно, и поддерживаю их обвинения.

Зал тихо зашумел. Послышались перешептывания – местами недоверчивые, но большинство присутствующих поверило Эрлике сразу и безоговорочно.

В руках у Девятой был сверток. Развернувшись к кафедре, она все так же неторопливо развернула сверток, и на свет появились артефакты.

– Это, – положила на кафедру первую вещь Девятая, – чаша, в которую нужно добавить кровь убитого потомка восьмерых. А еще – мою. – Она помолчала. Затем достала следующий артефакт. – Это – кинжал, которым следует нас убить. – И на стол лег последний предмет. – А это – перстень, который связывает воедино все девять частей крови. – Она извлекла еще один хорошо знакомый мне предмет.

До сих пор меня бросало в пот при воспоминании о мощи, которая была в нем сокрыта.

– Остатки жезла, которым лорд Этьен уничтожил лидфнера по имени Эрнанд. Совет сомневается в моих словах? – обратилась она к председателям.

– Нет-нет, что вы, миледи, – смущенно пробормотал кто-то в ответ.

– Итак, – взяла происходящее в свои руки леди Илона, – обвинения вынесены и подтверждены. Однако обвиняемые отрицают свою причастность к вышеописанным событиям. Но обвинения поддержаны лишь одним членом совета, высшим лордом Этьеном де Бриленом. Рядовой темный не может быть вторым обвинителем.

– Прошу слова, – поднялся я с места.

Илона жестом показала, что я могу продолжать.

– Согласно древним традициям супруг после свадьбы получает все привилегии другого супруга, если до этого ими не обладал. Таким образом, леди Лаура, будучи моей законной женой, становится высшей и членом совета.

В полной тишине я повернулся к возлюбленной:

– Леди Лаура де Брилен, прошу вас занять подобающее место. – И я указал на кресло по левую руку от себя.

Она поднялась, прошла к моей… нет, к нашей ложе и грациозно опустилась в кресло.

– Протестую, – прохрипел дядя, – и требую доказательств.

– Я свидетель! – вскочил на ноги Джеральд. – Церемония была соблюдена, а клятвы произнесены.

– Второй свидетель, к сожалению, погиб. – Я помолчал, не в силах справиться с горечью утраты. – Однако, – сумел все-таки продолжить я, – есть и другие способы доказать, что церемония состоялась.

Мы с поднявшейся с кресла Лаурой подняли правые руки, и на безымянных пальцах засияли древние кольца верности. Эти кольца испокон веков принадлежали моему роду, о чем мало кто знал. Они не только подтверждали законность брака, но и связывали воедино энергии супругов. Это было чревато тем, что при разводе кто-то из супругов терял часть жизненной энергии. Поэтому ими мало кто пользовался.

Раздались потрясенные вздохи. Дядя заметно поник. Крыть ему было нечем.

Леди Илона обвела тяжелым взглядом весь зал совета и продолжила:

– Трое темных, из которых двое – высшие члены совета, обвиняют двоих высших темных членов совета и одного высшего светлого члена совета в измене, многочисленных убийствах, покушениях на убийство и похищениях. Свидетели были заслушаны, доказательства представлены. Какое решение примет Всеобщий совет?

– Удивительно, – пробормотала Эрлика. Говорила она негромко, словно бы про себя, но ее слова услышали все находящиеся в зале.

Она приподняла голову и продолжила:

– Темные, коих считают безнравственными жестокими чудовищами, выказали благородство и мужество, чтобы вступить в заведомо неравную схватку с существом, которое могло погубить весь наш народ. Кто из светлых может этим похвастаться? А из других темных?

Стояла мертвая тишина. Многие отворачивались от разгневанной Девятой.

– Нет, кое-кто предпочел предательство, не осознавая всех последствий своих действий! Остальные же просто промолчали. Хотя, я уверена, некоторым было известно и раньше об этих преступлениях. Мне стыдно за вас, стыдно за свой народ…

Она замолчала, повернулась в сторону нашей ложи и уважительно склонила голову. Мы с Лаурой вернули ей поклон. Краем глаза я заметил, что Джеральд сделал то же самое.

– Что ж, – смущенно откашлявшись, произнес лорд Ронан, – есть лишь одно решение. Поединок.

Дядя заметно побледнел. Он прекрасно осознавал мои возможности и не обольщался по поводу исхода дуэли между нами. Аскольд заметно нервничал, и лишь Клитий казался непоколебимым.

– Мы согласны, – заявил он. – Трое обвинителей против троих подсудимых. Кто будет выбирать соперников?