Надежда рода - Евгений Решетов

Мы с дедом начали спина к спине торопливо отступать в направлении тропинки, старательно отстреливаясь от нежити. Но не все наши выстрелы достигали цели. Какие-то пули вырывали куски плоти из зомби, не причиняя им вреда, а другие — просто уходили в «молоко».

В воздухе же смешался резкий запах пороха и сладковатый аромат тухлого мяса.

Трупная вонь усилилась, когда старик поочерёдно попал в головы двух зомби. Их черепные коробки взорвались фейерверками из серых мозгов.

После этого Макар чертыхнулся за моей спиной и судорожно полез в карман за патронами.

А я выстрелил ещё раз и снова попал. Пуля вошла в глазное яблоко зомби и вырвала заднюю часть его черепа.

Мертвец рухнул на землю, но оставшиеся трое уже окружили нас. И за одним из них прятался скелет. Он будто командовал зомби и прекрасно понимал на что способно огнестрельное оружие.

И когда моя винтовка сухо щёлкнула, намекая на то, что я потратил все четыре патрона, восставшие мертвецы неожиданно прытко ринулись на нас, словно им вкололи некро-адреналин.

Дед от внезапности такого манёвра даже выронил патроны и растерянно замер. И зомби с остатками седой бороды сумел повалить старика на землю. Макар сдавленно охнул, ударившись головой о плоский камень, лежащий в траве, закатил глаза и потерял сознание. К его морщинистой шее сразу же потянулся раззявленный чернозубый рот трупа.

Я тут же с яростным криком со всей силы опустил приклад винтовки на затылок мертвеца, покусившегося на старика. Его черепушка выдержал мой удар и не раскололась. Зато хрустнула шея. И башка зомби повисла на почти истлевших сухожилиях и остатках мышц. Благо, что ему этого хватило для того, чтобы умереть во второй раз.

И уже в следующий миг я с хриплым выдохом впечатал приклад в оскаленную харю другого зомби. Во все стороны полетели выбитые пеньки зубов и мне в лицо попало несколько смрадных капель чёрной густой крови. Я содрогнулся от омерзения. А мертвец упал на спину. И я, не став мешкать, прыгнул в его сторону и ударил прикладом в покатый лоб. Череп зомби раскололся с музыкальным хрустом, но и приклад разлетелся на несколько частей.

— Млять! — взвыл я от отчаяния, чувствуя, как мои глаза выедает солёный пот.

Я принялся лихорадочным взглядом искать винтовку старика, но на меня уже нёсся последний мертвец. Он решил атаковать с тыла. И я еле-еле заметил его. Но мне всё же удалось резко развернуться и каким-то чудом вонзить дуло винтовки в раскрытую пасть зомби. Инерция его бега и приложенная мной сила дали свои плоды. Ствол винтовку прошёл сквозь хрупкий череп мертвеца. И тот лишился своей псевдо-жизни.

В эту же секунду я почувствовал страшный удар, потрясший мою спину. Там что-то треснуло, отдавшись дикой болью во всём теле. Я истошно заорал и упал на колени, видя перед собой лишь смазанные «мушки». Во рту появился насыщенный металлический привкус, и кровь тонкой струйкой принялась вытекать между губ.

Кто же меня так приложил? Хитрый скелет с зачатками разума? Да, несомненно, он.

Скелет дождался момента и повредил мою спину. А сейчас он обошёл меня, распахнул пасть и вцепился в моё плечо.

Я во всё охрипшее горло завопил от боли. Нежить же вырвала клок мяса и отпрыгнула. Глаза скелета ещё сильнее вспыхнули зеленью, а челюсти принялись пережёвывать мою плоть, ткань косоворотки и кожу. Получавшийся фарш падал на траву.

Я с ужасом глядел на эту картину и даже не мог защититься. Тело отказывалось служить мне. Более того — я безвольно упал на четвереньки и кровотечение усилилось. Бордовая жидкость толчками выплёскивалась из моего рта. А затихающее сердце начало барабанить: это конец… это конец… Второй раз я не выживу. Второго такого амулета у меня нет. Но… я не хочу… не буду! Я не умру! Я всех порву, всем отомщу!

Перед моим мысленным взором встало презрительно смеющееся прыщавое лицо Хрюнова-младшего. Оно вызвало в моей душе такой гнев, что я аж перестал чувствовать боль! Вместо неё пришёл пронизывающий до костей холод. Меня будто голышом засунули в ледяную пещеру.

И я вдруг с изумлением услышал, как позвонки с тихим шелестом встают на место, и как потрескивают рёбра, возвращаясь в исходное положение. Кровь же перестала литься из моего рта.

Да и мой взгляд немного прояснился. И я увидел, что трава вокруг меня стала серой и ломкой. Она словно состарилась за миллисекунды.

Что со мной происходит?! И почему скелет не нападает?! Я с трудом повернул голову, чтобы посмотреть на него. И в это мгновение раздался выстрел. Пуля разнесла череп нежити, словно глиняный кувшин. Во все стороны брызнула зелёная слизь. И скелет сразу же развалился на десятки фрагментов, которые грудой упали на землю.

Макар отбросил винтовку, с трудом поднялся на ноги и взволнованно похромал ко мне.

— Вань, Ванюшь, ты как? — заголосил дед.

— Бывало и лучше, — прохрипел я окровавленными губами и сумел взгромоздить себя на ноги.

Меня шатало из стороны в сторону, как во время шторма, но я, вроде бы, не собирался помирать. Правда, благостный холод потихоньку уходил, а вместо него ударными темпами нарастала слабость и боль. Но как я выжил? С такими травмами, которые были у меня, долго не живут. Что же млять происходит? Я, конечно, не против такого чудесного исцеления… Но мне хотелось докопаться до истины. Да только мозг стала заволакивать какая-то пелена. И мысли начали путаться между собой.

Я качнул вперёд и едва не упал. Расторопный Макар успел подставить мне плечо. Следом он обхватил меня за пояс и потащил по лесу, прилагая немало усилий. Сам я еле шёл. Ватные ноги не хотели слушаться меня. И даже слух работал как-то неохотно. Причитания деда доносились до меня, словно издалека:

— Как же нас с тобой, Вань, угораздило попасть на такую старую нежить? Скелет же не один год зрел. У него же в черепушке эктоплазма образовалась. И что-то пробудило его. Скелет бы просто так не встал, да ещё и не поднял бы своих немёртвых рабов. Ты, главное, Вань, глаза-то не закрывай. Слушай меня, слушай. Я тебя сейчас до телеги-то доведу, а там уж проще будет. Лишь бы к лекарю успеть. А если надо будет, то и к Смирнову пойду! Он — единственный на весь город маг жизни. Мигом тебя на ноги поставит.

— Да я может и так оклемаюсь, — прошелестел я, с удивлением обнаружив то, что моё тело довольно быстро восстанавливалось. Слабость куда-то стремительно исчезала. А рана на руке уже покрылась запёкшейся кровью. Да что же это такое происходит со мной?

Я взволнованно покосился на Макара и увидел, что его лицо посерело, лоб покрыли капельки мутного пота, а скулы заострились. Дышал же старик тяжело и с хрипами. Из него будто с каждым новым шагом уходила жизнь.

Мой воспрянувший мозг быстро проанализировал ситуацию и сложил два плюс два. Я тотчас отпрянул от старика и решительно заявил:

— Всё, дальше я сам.

— Но как же? У тебя же такие… раны, — дед осёкся, скользнув изумлённым взглядом по моей руке и плечу. Потом потряс головой и скорбно выдохнул: — Чёртова старость. Глаза уже подводят меня. На поляне мне казалось, что скелет сильнее подрал тебя.