Морозов - Каин

— Сегодня же футбол. И Леха будет стоять в ограждении. Он сам вчера в качалке хвастался.

— Неужели? — тут же ощерился я в недоброй усмешке. — А наши пацаны не хотят прогуляться до площади?

Сашка понятливо усмехнулся и обернулся на компанию, стоявшую у дверей увеселительного заведения.

— Эй, братва, — крикнул он, — пошли на площадь. Погуляем.

Официантка, которая вышла проверить задержавшихся клиентов, получила расчет и после этого махнула мне рукой.

— Миша, ты что не заглянул? — звонко крикнула она.

Я с трудом узнал одноклассницу, что набрала вес в районе груди. К тому же яркий раскрас сделал ее лицо совершенно другим, подчеркивая пухлые губки и острый носик.

— Наша Олюшка, — заговорщически протянул Сашка.

— Ваша? — не понял я.

— Общая, если есть чем заплатить, — пояснил собеседник с готовностью. — В подсобку может отвести, а если очень понравишься, то и домой позовет.

В ответ я лишь пожал плечами и зашагал прочь. Говорить сейчас о доступных девушках не хотелось. Руки чесались от желания поприветствовать друга детства.

Улицы заметно изменились. Пару раз нас встречали странные парни, которые совали прохожим листовки и сим-карты. Один буквально преследовал нас, демонстрируя картонку на груди. Надпись на ней гласила, что владелец скупает золото, ордена, медали, самовары и иконы. Я толкнул сопровождающего в бок и уточнил:

— Это что за придурок?

— Скупщики, — беззаботно отозвался он. — Из тех, кто по деревням ездить не хотят. Или боятся.

— Чего бояться? — снова не понял я.

— Что им по голове тюкнут и заберут деньги, — усмехнулся парень.

— И хорошую цену дают? — я невольно вспомнил про хлам, сваленный в комнате матери после ее отъезда. Там вполне могло найтись что-то привезенное из дома бабки.

— Когда как. Но лучше сходить в магазин на Техноложке. Там отличный антикварный и я туда отнес портсигар дедовский.

При этом Сашка сглотнул и задумчиво почесал подбородок.

— Батя еще не спалил? — догадался я.

— Может и не заметит, — Сашка криво улыбнулся. — Нам он все равно без надобности. А я себе мобилу прикупил.

Я оценил гаджет соседа, отметив, что мой собственный нуждается в обновлении. Да и гардероб надо сменить. Сквозь тонкую подошву старых кед ощущались камни мостовой, тренировочные штаны сделались тугими в районе талии, а олимпийка с надписью «ЦСКА» стала давить в плечах. Все же режим, питательная кормежка и тренировки в армии сделали меня крепче и шире.

— А что с работой? — тоскливо уточнил я у Сашки.

— На заводе платят мало, — он вздохнул. — Батя матерится, но терпит. И меня зовет в цех.

— А ты чего?

— Я не дурак за три копейки спину гнуть, — парень фыркнул. — Мы с ребятами сейчас хотим ферму сделать. Не хочешь к нам?

— Чо за ферму? — не понял я.

— Майнинговую, — усмехнулся парень. — Собираешь суперкомпьютер, и он за тебя деньги зарабатывает. А ты только сидишь и богатеешь.

Я призадумался, вспомнив стопку квитанций в почтовом ящике и пустой холодильник. Деньги были нужны на самые простые нужды, но соглашаться сразу на не пойми что я был не готов.

— Мне надо выяснить с институтом, — осторожно ответил.

— Учиться будешь? — хохотнул Сашка.

— Если получится восстановиться, — не стал обижаться я. — Попробую перевестись на заочку и совмещать.

— Да кому сейчас нужно это образование? — сказал рябой парень, идущий рядом.

— Мне, — весомо заявил я и выдернул у пацана из-за уха сигарету.

Та оказалась странной — рыхлой, скрученной из тонкой папиросной бумаги.

— Ты это спрячь, дурила, — посоветовал я. — А то тебе устроят «школу жизни» без твоего согласия. Получишь массу знаний.

Парнишка цокнул языком, забрал дурь и принялся скручивать бумажный край.

— Да это ж просто…

— Не тупи, — грозно приказал ему Сашка, враз став похожим на своего отца. — Убери с глаз долой и не светись.

Леху я заметил издали. Он все так же высился среди окружающий людей, отливая рыжеватой копной волос. Даже кепка не могла скрыть упрямые вихры на висках. На парне была пятнистая форма, к которой я успел привыкнуть за последнее время. Только нашивки на плечах были другими.

Мы встретились глазами, и он сразу понял — я знаю. Друг стянул головной убор и сунул его в руки соседу. Что-то сказал ему, вышел из ряда оцепления. И пошел в мою сторону пружинистой походкой.

— Привет, Тула… — начал он с ослепительной улыбкой.

— Не зови меня так, Леха, — глухо потребовал я. — Не надо.

Вокруг нас веселились люди. Кто-то репетировал речевки. Сворачивали флаги, звенели банками из-под пива.

— Ты про Ксюху, — приятель повел плечом и скривился, — она сама ко мне полезла и…

— Да плевать мне на нее, — оборвал явно заготовленную речь. — Она не первая и не последняя баба в моей жизни. И завтра я найду новую.

— Тогда и говорить не о чем, — с готовностью подхватил Леха и шагнул ко мне с протянутой ладонью. — Забыли о шкуре. Незачем портить дружбу…

Я не стал ничего говорить. Вместо этого отвел корпус в сторону и с оттягом, хлестко зарядил приятелю в морду кулаком. Костяшки полыхнули болью. Раздался приятный уху хруст. И тонкий писк, похожий на крысиный. Видимо, я перестарался. Леха пошатнулся, сделал шаг назад и упал. Зажал нос. Между пальцев сочилось красное. Он убрал ладони и ошалело посмотрел на меня, словно не мог поверить в происходящее.

— Она была моей девушкой, — сказал я и плюнул в перекошенное лицо. — А шкурой сделал ее ты, мразь. И предатель. И живи с этим.

Кто-то пронзительно свистнул, и я наконец заметил, что в мою сторону бегут пара мужиков в броне “космонавтов”.

Ждать расправы я не стал и рванул прочь, на ходу расталкивая зазевавшихся горожан. Позади слышались недовольные выкрики и звуки начинающейся свары. И я вдруг понял, что меня отпустило. Плевать на блудливую подругу, гада, которого считал другом, карманы, в которых гуляет ветер, и неопределенное будущее. Я со всем справлюсь. В душе вспыхнула такая отчетливая первобытная радость, что губы сами собой растянулись в улыбке.

Я бежал. Ноги понесли меня прочь от «космонавтов», которые грохотали тяжелыми ботинками прямо за спиной.

— Стоять! —