Удар! Ещё удар!! - Александр Гаврилов

— Так физрук наш, — охотно просветил меня Шкет, — В принципе, нормальный дядька, но опаздывающих, халявщиков и прогульщиков жутко не любит. Так что давай в темпе уже.

— Да иду, иду. Это не так-то просто, на самом-то деле. Сам понимать должен, — я наконец закончил с переодеванием и потопал к выходу, медленно переваливаясь с ноги на ногу.

— Сам виноват! — неожиданно зло оборвал меня он, — Нехрен столько шоколада жрать! Все проблемы у тебя из-за него. Что ж у тебя за мания-то такая? Ради плитки шоколада на всё готов пойти. А теперь ещё и с Кирпичом себе проблемы на ровном месте нарыл из-за него. Как ты додумался-то вообще у него шоколад стащить? Жить надоело?!

— Да не помню я, — вяло огрызнулся я. Почему-то при мысли о шоколаде по телу пробежала какая-то сладкая дрожь, и нестерпимо захотелось хоть кусочек в рот положить… Как представил себе его вкус, так прямо чуть слюна не побежала… Твою мать, блять! Это что сейчас за нахрен был? Мне только шоколадозависимости тут и не хватало для полного счастья! Ну его нахрен. Так, надо перестать о нём вообще думать.

— Даже если украл, то и что теперь? Убить можно за плитку шоколада? Что за бред?!

— Ты просто не догоняешь. Не важно, что именно ты стащил. Тут дело в принципе. Во-первых, у своих красть — западло. Крысятничество, типа. А если даже воруешь, то будь добр не попадаться. А во-вторых, Кирпич тебя всегда терпеть не мог, и по любому поводу цеплялся, а тут ты так шикарно подставился. И вообще. Завязывал бы ты уже с этой своей шоколадоманией. Уже прямо помешался на нём, честное слово.

— Завяжу, — мрачно ответил я, — С сегодняшнего дня всё. В завязке.

— Ну-ну, — явно не поверил мне Шкет, и неожиданно остановившись у вынырнувшей из-за поворота двери с надписью «Спортзал», открыв её проскользнул внутрь. Я последовал за ним.

* * *

— Ну что, жирдяй, сегодня тоже отмазываться будешь? — огромный лысый мужик с квадратными плечами сверлил меня насмешливо-презрительным взглядом. Я стоял перед ним по стойке смирно в строю и отчаянно потел. То ли в зале было душно, то ли тело таким образом реагировало на то, что с ним собираются тут сделать, — Что сегодня у тебя, понос, рвота, температура, головка болит, причём, нижняя? — строй подхалимски заржал.

— Я готов к занятиям. Ничего не болит. — ответил я, спокойно глядя ему в глаза. Он на пару секунд замер, переваривая моё сообщение, и наконец отмер.

— Да у меня сегодня прямо праздник какой-то! Мало того, что в кои-то веки зарплату вовремя дали, так ещё и жирного погонять можно! Просто отлично! Внимание, класс! — смешки тут же стихли и все замерли, — Бежим двадцать кругов для разминки. Напра… во! Бегом… марш!

Класс тут же рванул, ну и я следом за всеми… Хотел бы сказать, что побежал, но соврал бы. Ноги категорически отказывались передвигаться шустрее быстрого шага.

— Твою мать, Жирный! Это по твоему бег? Да ты плетёшься медленней беременной черпахи! Ускорься! — так и знал, что этот Гантеля до меня докопается. Надо будет узнать, кстати, как его по настоящему зовут. А то сомневаюсь, что ему понравится, если я к нему так обращусь.

— Ты там оглох что ли, жиробасина?! Быстрей давай!

— Не могу. Я и так на пределе возможного двигаюсь, — решил всё же ответить я, чтобы он не подумав, что я его игнорирую, не придумал для меня чего-нибудь особенного.

— На пределе, говоришь? Да ты просто не знаешь, своих пределов… Но ничего, скоро узнаешь… Лёха!

— Да, Пётр Сергеевич? — тут же отозвался сзади меня пацан, который обогнал меня уже на круг и теперь дышал мне в спину.

— Забеги в комнату спортинвентаря и принеси скакалку!

— Понял!

Я прям пятой точкой почувствовал, что ничем хорошим для меня эта просьба не закончится и попытался ускориться. Бестолку. Ноги упорно отказывались передвигаться быстрее. Я и так-то был уже на пределе. Не привыкшее к подобным нагрузкам тело уже отказывалось мне повиноваться. Сердце колотилось как сумасшедшее. Пот чуть ли не ручьями стекал с меня, заливая глаза и добрался по моему, даже до задницы. Воздуха в груди отчаянно не хватало и я чуть ли не задыхался уже. Ноги подкашивались. Ну нахрен. Надо переыв сделать, решил я, собираясь сбавить ход до медленного шага, и тут мою жирную задницу ожгло таким огнём, что я чуть не подскочил и возмущённо обернувшись, увидел прямо за собой этого Лёху, со сложенной вдвое скакалкой в руке.

— С-сука! Ты что творишь?

— Извини, чувак. Ничего личного. Все вопросы к тренеру, — пожал он на ходу плечами и стегнул меня ещё, в этот раз по ногам, — Нельзя стоять! Бегом давай!

— Блять… — выдохнул я, и опять попытался ускориться. Ноги собрались было в очередной раз отказаться меня слушаться, но очередной удар по заднице придал мне неожиданное ускорение и взбодрил. Откуда-то появились силы и теперь моё передвижение стало больше походить на бег.

— Ну вот. А ты говорил, на пределе. Не хорошо тренера-то обманывать. А ну-ка, Лёха, вломи ему ещё разок! — не унимался придурошный физрук, стоявший в центре зала, и с интересом наблюдавший за нами.

— Да, тренер! — очередной удар последовал незамедлительно, и у меня тут же нашлись ещё какие-то скрытые резервы в организме, в результате чего я ещё чуть ускорился.

Когда я, наконец, добежал последний круг, то обессиленно рухнул прямо на пол и затих. Лёгкие горели огнём и я никак не мог отдышаться, разевая широко рот, как вытащенная на берег рыба. Остальные ученики уже давно отбегались и сейчас часть из них играла в волейбол, другая часть висела на турниках, а ещё несколько человек ушли к гирям.

— Отдохнул? Вставай и на разминку шагай! — тренер подстегнул свои слова ударом ноги мне в бок. Твою ж мать. Какие высокие тут отношения… Прям как будто в тюрьме нахожусь. Я со стоном встал и вопросительно глянул на него.

— Ну и чего ждёшь? Медленным шагом вперёд по кругу и махи руками вверх — вниз и в сторону. Забыл что ли? Ты ж каждое занятие только этим и занимался. Хотел тебя заставить ещё гусиным шагом пройтись, но ещё сдохнешь мне тут. Для первого раза хватит с тебя, — он отвернулся, потеряв ко мне интерес, — Смирнов, сука! Ты чего творишь?! Хорош гантелей размахивать как не нормальный, пока не покалечил кого-нибудь! Поставь её, я сказал, и на отжимания марш! Сто раз!

Жалобные оправдания накосячившего ученика я уже не слушал, медленно идя по кругу и вяло размахивая руками. Казалось, болела каждая клеточка моего тела. Чувствую, меня ждёт весёлое время. Я и сам был настроен поскорее похудеть, но чего мне это будет стоить… Даже думать об этом было больно.

* * *

— Хорошо-то как… — оперевшись на стенку душевой кабины чтобы не упасть, я с наслаждением подставлялся по горячие струи душа, всем телом ощущая, как отступает боль.

— Жирный, ты особо не задерживайся тут. Ужин скоро, — прокричал мне откуда-то от входа Шкет.

— Понял, я сейчас! — крикнул я ему в ответ, отлип от стенки и потянулся за мылом, которое позакону подлости выскользнуло у меня из рук и упало на пол. Я со стоном опустился на колени, чтобы поднять его.