Цикады - Макс Костяев

Через потайной люк в полу, Серега с Пиратом выбрались на задний двор цикады.

– Смотри, сколько их там, – тихо, но с ненавистью сказал Аркаша, показывая пальцем на стеклянную панораму станции.

В ней кишели сотни опаленных. Эта комната предназначалась раньше для разработки радиолокационных приборов. После ядерного уничтожения превратилась в маленький садо-огород, которым любила заниматься Инга.

Серега лишь сочувственно похлопал Пирата по плечу. Они, сверяя встроенные в рукав навигаторы, двинулись по намеченному маршруту.

Вокруг был густой туман. Ядовитые газы, смешиваясь с кислотными испарениями, накладывали пелену на противогазы шедших. Крылов наперевес с автоматом, стирал эту испарину практически каждые пять минут, отчего страшно ругался.

– Так далеко мы просто еще не забирались, – сказал Пират и вдохнул сжиженного кислорода из баллона.

Дальше началась какая-то свалка. Повсюду валялись железные останки техники, покрытые густым налетом ржавчины. Останки, несмотря на спокойный шаг, всплывали настолько неожиданно, что захватывало дух. Уродливые, чаще с зубцами, они пугали, сливаясь в страшные силуэты.

Навигаторы погасли, как только они заступили за вычерченную на земле красную линию.

– Что это?

Сергей наклонился и пальцем дотронулся до нее. На пальце тут же остался отпечаток. Крылов поместил этот отпечаток во встроенную в рукав мини-лабораторию. С минуту содержимое обрабатывалось.

– Это кровь, – наконец озвучил он вердикт. – Причем разная. Тут несколько групп указано.

Аркаша страшно выругался.

– Забираем эту деталь и валим отсюда скорее!

Дальше двигались на ощупь. Конечно, навигатор мог показывать много разных маршрутов и увести, например, влево или вправо, но сердце почему-то подсказывало идти именно прямо.

Вскоре останки стали превращаться в большую целиком брошенную технику. Берцы скользили по мягкой кислотной почве.

– Что это за…

Пират замер. Крылов проследил за направлением повернутого куда-то в сторону противогаза.

Огромное, с трехэтажный дом, чудовище восседало посреди ядовито-зеленого озера. Металлические конструкции под ним служили чем-то вроде гнезда. У чудовища было две головы с метровыми клыками, идущими из челюсти неестественно вверх. Чудовище, видно, дремало – в месте, где должны были располагаться носы, мерно поднимался пар.

Включился навигатор, поймав связь. Он беззвучно щелкнул и загорелся синим. Крылов прикрыл дисплей рукой, скрывая свечение.

– Мой не активен, – грустно сказал Аркаша.

– Нам хватит и одного, – переходя на шепот, сказал Серега. – Забираем деталь, пока тварь спит, и возвращаемся.

Навигатор показывал элемент в десятке метров от точки. Крылов, пригибаясь, стал продвигаться вперед, Пират, выглядывая из-за его плеча, двинулся следом.

Деталь оказалась внутри ржавого катера с пробитой бочиной. Включив фонари, они вошли в прорезь.

Черное пространство рассеивалось холодными бликами светящих. Сергей осматривал корму, поднявшись по лестнице, Аркаша проверял трюм.

– Нашел!!! Серега, я нашел его!!!

Звонкий крик Пирата эхом разнесся по округе. Загуститель с блестящей коробочкой лег в его руку.

– Ты чего орешь?! – тут же напал на него Крылов, молниеносно спускаясь в трюм. – Забыл, где мы?!

– Ой!

Они посмотрели в уцелевший иллюминатор на гнездо чудовища. Его там не было. Затем что-то тяжелое опустилось сверху на борт. Раздался оглушительный рев.

***

Дверь судорожно дрожала под ударами опаленных. Селезнев, зарядив «Беркут», осмотрел девчонок и заснувшего Мишку. Ленка качала малыша, а остальные быстро укладывали вещи в свои сумки.

– Как мы доберемся до холла? – спросила подошедшая к Даньке Инга. – Отсюда до портала идти все северное крыло. Через коридоры очень долго получится, да и боеприпасов не хватит.

– Мы и не пойдем через коридоры, – улыбаясь, сказал ей Селезнев. – У меня есть идея получше.

Он открыл люк. Помогая друг другу спуститься, они оказались в потайном коридоре. Как только люк над головой закрылся, наверху послышался оглушительный звон переворачиваемого металла. Твари проникли внутрь.

Данька зажег свой блуждающий шар. Он медленно поплыл по одной из веток коридора.

– Мы разве не к холлу? – спросила Лена. – Это ведь совершенно в другую сторону.

– Нет. Сначала нам нужно оборудование. Поэтому мы двигаемся в гаражный отсек.

– Что за оборудование? – поинтересовалась Инга.

– Увидите, – коротко ответил Селезнев.

Какое-то время они брели по узким коридорам, прислушиваясь к звукам наверху. Уткнувшись в железную лестницу, они замерли.

– Дальше я один, вы ждите здесь.

– Может, тебе все-таки помочь? – спросила Инга.

– Нет, должен справиться. Только когда спускать вниз буду, принимайте.

– Хорошо.

Селезнев открутил вентиль люка, после чего выдавил железный блин. Здесь было холодно и темно. Шар остался с девчонками, поэтому до рубильника Данька двигался на ощупь. Найдя рычаг, он зажег свет.

Гаражный отсек был перевернут с ног до головы: у техники были выбиты стекла и фары, шины проколоты и в нескольких местах отсутствовали напрочь, стены измазаны кровью, которая к тому же шлейфом тянулась в трех разных направлениях, уходя в северное, западное и восточное крылья цикады. Зло сплюнув, Селезнев стал осматривать разбросанные по полу инструменты. Нужна была толстая веревка вроде каната и механический зацеп, который Данька лет пять назад совершенствовал, чтобы он мог самостоятельно взлетать и надежно крепиться к поверхности. Настройка под рельеф местности и уровень крепости сцепа регулировались с помощью встроенного бортового компьютера. Селезнев еще помнил, как парни смеялись над ним тогда, считая его штуку бесполезной в современных условиях, но, как оказалось, штука осталась единственным шансом на выживание.

На поиски прибора ушло около получаса. Он оказался зажатым гусеницей самоходной машины. Экран бортового компьютера подсвечивал красным, что говорило о малом заряде батареи. Вот черт!

Изменить ситуацию все равно было нельзя. Свет через какое-то время привлечет опаленных снова. Селезнев отстрелил несколько застежек гусеницы, после чего извлек прибор. Скрутив трос, он пулей добежал до люка и вскоре исчез. Наверху вновь послышались дикие вопли и рев.

– Ты же сказал, что принять нужно будет.

– Только маленькая модель осталась, – сказал Селезнев, переведя дыхание. – Идемте, будем пытаться подняться в помещении радиолокационных приборов. Там прорезь в куполе есть. Респираторы друг другу сбрасывать будем. Другого прохода к порталу все равно нет.

Освещаемые все тем же шаром, они двинулись в указываемом Данькой направлении.

– А Миша как? – спросила Лена, держа на руках по-прежнему спавшего малыша. – Ему-то как респиратор надеть? Он же сбросит его сразу.

– У меня надувной пузырь остался, – почесав затылок, ответил парнишка. – Мне его дед с девятой цикады продал.

– Но это же…

– Я знаю, что эти пузыри вне закона давно! – зло прервал Селезнев. – На кону жизнь ребенка!

– Это ладно, а как ты хотел его использовать, если другая ситуация бы сложилась?

– Никак, на всякий случай откладывал.

– Я уж подумала, что