Эльфогеддон - Станислав Аничкин

— Брось. Не нужно только приплетать случайности и совпадения. Завалил и завалил. А я вот что подумал — на мотораннере можно было бы добраться быстрее. Так что, когда всё закончится, я всё равно куплю его тебе. И себе заодно. Может, даже посоревнуемся как-нибудь.

Сын затих, погрузившись в свои мысли, и Петер не стал продолжать разговор. Пусть приходит в себя.

Дизель, яростно рыча, мчался вперёд, едва успевая объезжать то и дело бросавшихся под колёса жителей города. Их тяжело было винить, каждый искал спасения как мог, не тратя драгоценное время на взгляды по сторонам. Громкоговорители призывали сохранять спокойствие и следовать к убежищам согласно забронированным местам. Объявляли общественные пункты, куда смог бы отправится тот, кто не позаботился о своей безопасности заранее. Тем не менее некоторые наверняка больше доверяли собственным глубоким подвалам. Не все знали, что дикой магии, которую выпустили эльфийские чародеи, нипочём толща земли. Её в принципе мало что могло остановить, особенно когда она бушевала с такой невиданной силой.

Дамиан сидел на пассажирском кресле, бледный как мел. От былого задора не осталось и следа. Вся его жизнь медленно катилась в пропасть, приближаясь к ней ближе и ближе с каждой вспышкой. Петер, не отпуская руля, потянулся в сумку за октометром. Шестьдесят процентов. Даже во время войны он не встречался с концентрацией, превышавшей полсотни. Причём, чтобы достигнуть такого средоточия сил, две дюжины старейшин элливейро тогда принесли себя в жертву во время кровавого ритуала. Несколько корпусов армии сопротивления было просто испепелено. Что может произойти, когда стрелка дойдёт до ста? И что для этого потребовалось? Об этом не хотелось даже думать.

Машина с визгом остановилась у самых ступеней общежития.

— Давай, сынок, у тебя пять минут, потом…

Он не успел договорить, как Дамиан уже скрылся в стенах здания. Петер же достал из бардачка бинокль и начал всматриваться в места наибольшего скопления красных проблесков. В некоторых точках города они собирались в большие пульсирующие шары. Прежде, чем мужчину оторвали от созерцания гибели столицы, он успел рассмотреть ещё две вспышки молнии. Одна на месте рынка, вторая — прямо над зданием министерства обороны. Случайность или заранее продуманный план? Петер убрал бинокль. В окно дизельмобиля стучал вовсе не его сын. В него уткнулся чей-то обрез.

— Эй, мужик, выходи давай. Ваше транспортное средство переходит под управление, — говорящий обернулся, глянув на ещё одного оборванца, — отряда специального назначения для экстренных нужд! Живее! Я не собираюсь тут помирать!

Винтовка лежала на заднем сидении. А руки у отчаявшегося подрагивали, ему вряд ли было много чего терять, пальнёт, не раздумывая. Да и неизвестно, вооружён ли его напарник.

— Дружище, давай договоримся, — начал тянуть время Петер.

— Ага, вон, с остроухими уже договорились двадцать лет назад. И что? Городу хана. Может и анклаву хана. Хрен знает, что там в других местах творится, но чую, что вообще всем хана. Так что вылезай и скажи спасибо, что я такой добрый и даю шанс убежать. А ведь мог бы сразу застрелить и бросить гнить в канаве! Понимаешь?

Петер Хорс всё понимал. В частности, он понял, что налётчик боится. Слишком много говорит. А значит, нужно действовать. Ветеран резко открыл дверь, отбрасывая назад стоящего прямо перед ней бандита. Тот, явно не ожидая сопротивления, рухнул на спину, выронив оружие. Петер ударом ноги откинул обрез в сторону. Он уже собирался вырубить упавшего, но его дружок оказался проворнее. Прямо в лицо ветерана смотрело дуло револьвера, до это спрятанного где-то под бесформенной грязной одеждой.

— Это же ты! Гномолюб хренов, я тебя вспомнил! Ты вчера помешал нам, если бы не ты, мразь, нас бы уже давно не было в городе! Отошёл от Эндрю. Сейчас же. Теперь это дело принципа.

Хорс попятился. Теперь он тоже вспомнил человека, наставившего на него оружие. Без красной банданы и с огнестрелом он смотрелся намного убедительнее. Ситуация начинала выходить из-под контроля. Вдруг чей-то силуэт мелькнул за спиной мужчины с оружием, и тот ойкнул и осел, потеряв сознание. Из тени вышла девушка, выглядевшая крайне внушительно. Тёмно-серая, почти чёрная кожа, слегка заострённые уши, жёлтые глаза и выпирающие на пару сантиметров из-под нижней губы клыки выдавали в ней представителя расы ороконеру. Орков, говоря по-простому. На лице были нанесены белые клановые метки, словно перед сражением, а длинные осветлённые волосы, выбритые по бокам, заплетены в тугую косу. Больше всего удивляла одежда — что-то, пришедшее из другого века, из грубой кожи, с вплетёнными костями и клыками животных, металлическими кольцами и перьями.

— Добрый день, мистер Хорс. Не смотрите на меня так, я готовилась к выступлению в клубе исторической реконструкции. Очевидно, зря. Хотя, с другой стороны, погибнуть в традиционной одежде моего клана — более, чем достойно. Меня зовут Хель нар-Вейгу, я учусь вместе с вашим сыном.

— Э-э-э… Приятно познакомиться. Спасибо за помощь. А где, собственно, Дамиан?

— Собирает какие-то вещи, скоро будет. Сказал ждать у дизеля. Он сказал, что Вы сможете провести меня в бункер, это правда? Не хочется быть навязчивой, но... Я очень благодарна. У меня сейчас нет денег, но я рассчитаюсь с Вами при первой же возможности.

— Проведу. Расслабься, мне не нужны твои деньги. И какие ещё вещи? Времени в обрез. А Вы налегке, мисс нар-Вейгу?

— Можно просто Хель. У нас принято всегда быть наготове, — она показала на небольшой рюкзачок, — чтобы сорваться с места в любой момент.

— Очень полезно. Жаль, что мы переняли у вас только бои без правил и способы приготовления мяса, а не это.

— Пап, я готов, можем ехать, — раздался голос Дамиана.

— Ты издеваешься?

За спиной сына возвышался огромный заплечный мешок.

— Там только самое нужное.

— Весь в мать… Просто выбрось. Даже не открывай, просто выбрось к чёрту, мы едем не в туристический поход. По договору пронос личных вещей строго ограничен, у нас не будет времени стоять и выбирать, что нужно, а что нет. Документы тоже там?

— Нет, они отдельно, — Хорс-младший выглядел крайне смущённым.

— Твой отец прав, Дамиан. Чем