Оскал столицы - Алексей Богородников

Служанка оказалась симпатичной и без комплексов: спинку потереть предложила, но я ей ни капельки не поверил. Потереть — потерет, и не только спинку. Помнет все мои трещинки, а завтра про это весь дворец знать будет. Послезавтра — Самур. Спасибо, выберу не такой мучительный способ самоубийства.

— Деточка, — обратился к служанке, — передай тому, кто тебя послал и настоятельно рекомендовал позаботиться о моей спине. Ледяные клизмы намного больнее и травмирующи, чем обычные. Так и скажи, Джерк Хилл не гений, но агрегатные состояния воды знает. А вода в седьмой форме вообще горячим льдом бывает. Вот как её высочество, когда бесится. Там атомы кислорода не шестиугольником выстраиваются, а кубом. Ну всё, пока-пока.

Превратив юную красотку с пышной грудью, в горничной униформе, этим запретным знанием в натуральный овощ с диким взглядом, я выставил это дитя порока за порог. Знаете, концепция горячего льда мысли о сексе сильно сбивают. Пусть теперь живет с этим.

Сам я окунулся в бадью, помлел несколько минут, вымылся, растерся насухо, скользнул под одеяло и даже пару минут поспорил с внутренним голосом. Шельмец вспомнил, что с оксидом кремния можно на скорости, из воды порошок делать и предлагал устраивать ярмарочные фокусы. Послал его ловить покемонов и уснул с чистой совестью человека, сдающего завтра ЕГЭ по математике, но с задачками за пятый класс. Я далеко не король алгебры, но свое шоу на королевском совете сделаю.

Глава 3

Как только усталая, но ублаготворенная и распаренная, с полотенцем на голове, Аиша Ираерра открыла дверь в свои покои, как её схватили мощные волосатые руки, раздался приглушенный хлопок, и бордовая жидкость зашелестела, изливаясь в пузатый бокал.

— За Шайн и нашу прекрасную детку! — провозгласила сияющая Найзирия с бокалом в руке.

— Ну пап, пусти уже, — заныла Аиша, — вот жеж кабан, все кости мне переломаешь.

— Да я же любя, доча, — оправдывался со счастливой рожей Шайред Четвертый, лохматя полотенце на голове принцессы. — Ты же моя прегениальная тыковка! Камею аквамариновую выдам за заслуги перед отечеством! С утра гонец пришел о зачистке самурских шахт — проси, что хочешь, доченька за такое!

— Да я тут причем? — проворчала Аиша, складывая сверток с любимой бейсболкой, которую она ни на миг от себя не отпускала даже в купальне, на кровать, — это совместная работа КОМа.

Глядя на недоуменные лица родителей пояснила: «Кавайный отряд монстроубийц».

— Что значит кавайный? — поинтересовался король.

— Сколько вас в отряде? — более практично подошла к делу королева.

— Ох, Создатели, — покорилась неизбежному Аиша, — придется всё рассказывать сначала. Папа отвернись, я пижаму одену.

— А ты доча сильно повзрослела, — не преминула заметить Найзирия, глядя на принцессу, снявшую халатик, — и где надо уже округляешься. Как такое за три дня возможно?

— Мясо наворачивала по твоему рецепту, — буркнула Аиша, — но сдается мне, это просто быстрое возвышение сказалось.

— И какой ты сейчас уровень? — осторожно спросила Найзирия, а Шайред Четвертый, не смея обернуться, только хрипло закаркал, — да, да неужели четырнадцатый?

— Да блин, я в первый раз из Самура вернулась четырнадцатой! — возмутилась Аиша.

— Так чего ты молчала, дочка? — не понял Шайред Четвертый.

— Да потому что не спрашивал никто, — язвительно ответила принцесса, — сразу заточили в комнате и за какого-то придурка решили выдать.

— Виноват! — быстро сориентировался король, — исправлюсь! Больше никаких придурков!

— Неужели двадцатая? — предположила с замиранием сердца Найзирия.

Аиша поглядела на притихших родителей, взяла бокал из рук Найзирии и выдула вино наполовину.

— Двадцать седьмая я, — гордо сказала она в онемевшие лица родных, — уже цунами опробовала на Муэрто. С этими словами она нахлобучила на Найзирию бейсболку.

— Зацени, мамик, какой мне арт подогнали!

— Творцы Всевеликие! — Выдала Найзирия, ощутив всю мощь артефакта, — этой реликвии нет равных в мире. Даже корабль призывает!

Найзирия была магичкой воды, слабенькой, всего шестого уровня, причем полударом. Но даже ей, возросшее на треть, чувство силы магии сказало многое.

— Такие дела, — гордо проинформировала высочайших особ принцесса. — Останавливаться я не собираюсь, думаю к шестнадцати архимагом воды стать.

Тут Аиша задумалась ненадолго.

— Если с Джерком ничего не случится, конечно, — пробормотала она еле слышно, и тут же отринула прочь все грустные мысли, — а с ним ничего не случится, потому что я за него замуж выйду и буду защищать!

— Архимаг воды, — взяв на заметку свадебные ожидания дочки, задумался Шайред Четвертый, — здесь нужен достойный тебя подарок к шестнадцатилетию.

Он переглянулся с Найзирией. Королева согласно кивнула.

— Мы это решим, доча, — заверил Шайред Четвертый принцессу, — но скажи, как это вообще возможно столь быстро возвышаться? Какой-то секрет? Ариша Шторморожденная десять лет шла к архимагичеству в подземных Демонических озёрах. Она добилась власти над стихией, но лишилась земной в Шайне. Не мне тебе рассказывать, балладу «Последний Шторм» ты помнишь наизусть. За всё приходится платить. Каков будет твой взнос за силу, равной которой в мире не найдется, ты не задумывалась?

— Боятся надо не смерти, но никчемной жизни, — твердо выдала Аиша, — у моей прабабки не было Джерка Хилла, а у меня есть. С ним такой хрени не будет. Вы вообще меня слушали? Эй, он первую «Модистку Шайна» вот так сделал!

Принцесса вытянула руку и щелкнула пальцами.

— Секреты есть, но решать какие рассказывать ему самому и не надо наседать на него, — предупредила Аиша, — такого авантюриста в любом государстве с руками-ногами оторвут. Вам же хуже если он из Шайна свалит и мне придется по всему миру за ним бегать. Всё, что ему нужно — доверие. Я этот тест прошла, теперь ваша очередь.

Принцесса сделала паузу, окинула внимающих родителей, уже признавших своё дитятко даже если не совсем взрослым, то выдающимся по любым меркам и гениальным представителем королевской фамилии Шайна.

— Есть два подхода к феномену Джерка Хилла, — сказала она важно. — Первый, интуитивный: я король, хочу всё знать, разобрать Джерка Хилла на винтики и посмотреть, что у него внутри. Не так ли,