Среди нас 2 - Макс Вальтер

— Понятно, — кивнул я и скинул рюкзак. — Здесь вода, консервы и сыпучки пара пакетов. Вас много здесь?

— Девять. Мы в ночную больше как дежурные. Токарь, фрезер да слесаря. Мастер ещё вот забежал, как раз перед самым… Ну, вы поняли. Как там снаружи? Помощь хоть какая подоспела?

— Ничего хорошего там нет, — сухо ответил Маркин. — И помощи ждать не́откуда.

— А военные, полиция?

— Хрен знает, может, кто и остался, но они вряд ли понимают, что происходит и как с этим бороться, — продолжил Рустам. — Всё, мужики, мы сами по себе и рассчитывать не на кого.

— Хуёво, — сильно расстроился тот. — Меня Юркой звать.

Мы все по очереди представились, пожали друг другу руки, и Юра проводил нас к остальным.

Самый обыкновенный механический цех. Три токарных станка, один из которых большой, видимо, для габаритных деталей. Два фрезерных, сверлильный и какие-то ещё, чья функция была мне непонятна. На другом конце помещения оборудована слесарка. Тоже типичная. Длинный верстак с парой тисков завален всевозможным хламом. Напротив стеллажи, на которых, навскидку, тоже ни одной живой запчасти. В конце комнаты оборудован закуток из шкафчиков для одежды, здесь стол, три скамьи и на этом всё.

Однако, видимо, из-за постоянного шума по соседству, эта комната была очень хорошо изолирована от проникновения звука. Здесь сам собой отвалился вопрос, как работяги пережили вой. Лежаки они соорудили в основном цехе, а туалет здесь был. Так что обосновались они ещё с комфортом. Кстати…

— А вода у вас откуда? — спросил я, заметив, как один из работяг прямо из крана наполняет чайник.

— Здрасьте, — ухмыльнулся он, протискиваясь мимо нас. — Это завод вообще-то. У нас скважина своя, башня на территории стоит, чтоб напор не падал. Там литраж такой, что нам здесь на пару месяцев хватит.

— А потом что делать будете? — поинтересовался Колян.

— Генератор запустим и заново наполним, — ответил другой мужик. — У нас с едой проблемы, в остальном жить можно.

— Ну, это решаемо. Мы вам завтра припасов подбросим, — пообещал я. — Организуем у вас убежище, стволов подкинем, научим, как нечисть мочить. Большего пока сделать не можем, сами в подобном положении, если не хуже.

— А вам в чём резон? — спросил он же.

Остальные называли его Николаич, но нам он представился Владимиром. Впрочем, это нормально, учитывая, что он как раз и был тем самым мастером, который заглянул к мужикам в момент падения привычного мира. Среди коллег он пользовался уважением, и это было заметно. Да и вообще производил впечатление умного человека.

— В том, что вы здесь ребята рукастые. Хрен его знает, как теперь жизнь сложится. В общем, одна просьба к вам у меня уже точно есть.

— И чего надо? — уточнил мужик, который набирал воду в чайник.

Здесь стояла старая, немало повидавшая на своём жизненном пути газовая плита, подключенная к баллону с пропаном. Я только завидовать успевал, каждый раз подмечая различные бытовые мелочи, которых мы, к сожалению, были лишены.

— Вот таких мечей нужно наделать. Желательно чуть покороче, чтоб полегче в помещении махать было.

— А ну, дай посмотреть, — протянул руку Николаич.

Он с умным видом постучал пальцем по клинку, прислушиваясь к звуку, и зачем-то проверил его на наличие прямой линии, расположив вдоль взгляда.

— Вроде сорок пятая, — произнёс он.

— А ну дай, — бесцеремонно отобрал меч другой мужик, который до этого момента сидел молча. — Сам ты сорок пятая. «У8Г» или «У9», обычная инструменталка. Сколько штук таких надо?

— Парочку для начала, — ответил я.

— Парочку… — Тот почесал макушку. — Материал я найду, а вот как ковать? В кузню мы при всём желании не попадём, да и оборудование с неё не вынести.

— Так, может, как в прошлый раз, из кирпичей печь соорудим и каменной ватой застелим? — предложил Николаич.

— Можно, но наковальню всё равно перенести придётся, да и газа пару баллонов. Флюс, опять же, забрать. Да и шума много будет. Придётся генератор заводить, а там соляры кот наплакал. А я тебе ещё когда говорил: выпиши, пока есть возможность.

— Дык я выписал, бухгалтерия денег зажала, как обычно.

— Ну и чего в итоге-то? — перебил я пустой трёп.

— Я попробую, — ответил мужик, чьё имя я, к сожалению, не запомнил, и вернул мне меч. — А иероглифы эти обязательно проковывать? Или протравить можно?

— Вот с этим небольшая проблема, — задумчиво пробормотал я. — Руны должен нанести я, иначе они работать не будут.

— Мне же легче, — пожал плечами тот.

— Только я не умею, — усмехнулся я.

— Не можешь — научим, — прокомментировал мужик с чайником.

— Ладно. Вы, главное, до завтра продержитесь, а там мы на рассвете приедем, поможем и заодно припасы какие ни есть подвезём.

— Если получится ещё соляры достать, вообще хорошо будет, — добавил просьбу Николаич. — А с железками мы разберёмся.

Мы ещё некоторое время поговорили о планах. Рассказали о том, что происходит снаружи, в том числе и о гибели большинства людей. Мужики слушали с мрачными лицами, но все люди взрослые и без нашего понимали, что ничего хорошего их дома не ждёт. Как сказал Юра: своё они уже отплакали, теперь нужно как-то выкручиваться.

На всякий случай оставили им одну рацию, чтоб была возможность поддерживать связь. После чего они предложили нам присоединиться к трапезе, но мы вежливо отказались. Во-первых, еды им и так впритык до завтрашнего дня протянуть. А во-вторых, с сытым пупком много не навоюешь.

Я помню, как впервые отправился на боевое задание и был сильно удивлён, что остался без ужина и завтрака. А ещё нас всех заставили поставить клизмы.

В тот момент мне это показалось шуткой, но все остальные восприняли это вполне серьёзно. Только с опытом пришло понимание, что так действительно нужно. В стрессовых ситуациях организм работает иначе. А если припрёт в туалет во время боя, то других вариантов, кроме как опорожнить кишечник в штаны, не будет. Особенно когда речь идёт о работе специального подразделения. Да и не положено бойцу отвлекаться на подобные мелочи. Вот такая суровая правда жизни, кто бы что ни думал.

* * *

Выйти удалось без приключений. Поездка до храма тоже прошла в штатном режиме, несмотря на пристальное внимание со стороны бесов. Мне это уже начинало нравиться. И как только мы наконец остановились у храма, я тут же набросился на отца Владимира с вопросами.

Всё оказалось куда проще, чем я думал. Основную защиту давал некий солярный символ, который выглядел как полукруг с лучами, сходящимися к центру.