Тропа - Ал Коруд

Заря бросала отсвет на другой берег и воды широкой реки. Как я уже узнал, ее тут звал Устюга. Я знал город Великий Устюг. Ко мне в какой- то момент подсел Боромир.

— Издалека, Путник?

Это был даже не вопрос, а утверждение. Я медленно ответил, подозревая, что от нашего разговора для меня зависит многое.

— Даже не представляете.

Вислоусый кивнул и неожиданно для меня закурил трубку. Пахнуло ароматным табаком. Но он же растет на юге?

— Тебе повезло, что в этих гиблых краях нас встретил. Так было предопределено.

Разговор становился интересным. Я решился:

— Что в меде было?

Боромир обернулся, как будто удивившись.

— Мед.

— И все?

Старик улыбнулся, показав, отличные для его возраста зубы.

— А больше и не надобно. Был бы ты порождением чудесников, то тут бы и остался. Не любо им наша радость.

Я оценил юмор старика и рассмеялся. Улыбались мне и остальные. Еще бы — я оказался человеком, а не оборотнем.

— Почему вы меня сразу не проверили? Не боялись?

Ответил Добрыня:

— Кто мы, чтобы решать. Около леса всякое случается. Не только вы, путники, но и наши проходит и теряются. Ты выглядел, как молодец пусть и младый, но бывалый, не суетился, на разговор пошел. И…

— Что? — я встрепенулся.

— У тебя не было с собой оружия. Кроме этого, — Старшина артели показал на мачете в своих руках. — Ладный ножик, но противу проклятого семени не пойдет. Вот что мы храним с собой на такой случай.

Добрыня передал мне револьверный патрон, отсвечивающий латунью. Но пуля у него поблескивала иным светом.

— Серебро?

— Оно самое. И то не всегда помогает.

Это ж куда я попал? Мало того что здесь иное время и люди. Так еще и всякая нежить — не феномен из сказок, а самая настоящая явь.

— Расскажешь о проклятых?

Старик оглянулся на гаснущие блики заката, потянулся и нехотя ответил:

— Завтра. Утро вечера мудреней. Нам долго идти по реке. Наговоримся вдосталь.

Наконец, до меня дошло, что жизнь моя и в самом деле резко поменялась.

— А куда мы поплывем?

С хохотом Ставр ответил:

— Домой. Славный град Старый. На красном и русланды зовут его Старград.

Я лишь покачал головой, но настаивать на подробностях не стал. Такой большой мир стоит изучать не торопясь. Да и в сон потянуло после меда. Народ начал устраиваться спать. Кто-то ушел в избу, остальные расстелили свои ватники около потрескивающей печурки. С реки начало тянуть холодком. Я отошел по нужде и двинулся к пикапу, достать оттуда спальный мешок. Раз мое «прикрытие» раскрыто, то и таиться не стоит. Это меня и спасло.

Даже в таком по нашей мерке отсталом мире есть свои хитрости и секреты. Потому странный звук я никак не принял за стрельбу. Но около печки кто-то страшно захрипел, затем раздался сдавленный крик водителя второго пикапа, и через мгновение тишину разорвал яростный вопль Ставра:

— Ошкуи!

Только сейчас я заметил темную громаду корабля, стремительно скользившего по черной воде к берегу. Это оттуда слышался странный треск и виднелись огоньки. Только на самом деле это были выстрелы, заглушенные какими-то приблудами. «Глушители» обычно используют люди недобрые. Поэтому моим естественным движением стало желание затаиться. И тут ловко подвернулся «самовар», около которого я застыл истуканом. Мгновение и я уже под ним! Пытаюсь изобразить пыльный мешок и не отсвечивать. Но уже громко бабахнул первый ответный выстрел. Кто-то из артели стрельнул в ворогов. Кто такие ошкуи? В моей истории были ушкуи, ребята лихие, речные пираты, предтечи казаков. Так что их налет мне ничего хорошего не сулит. Надо же, только вроде нашел понимающих людей, появилась куча вопросов и надежда на ответы, и на тебе…

Маленькая группа пусть и опытных людей, но которых застали врасплох, не имеет шансов против сплоченной банды. Так на деле и вышло. Во тьме ярко полыхнули еще несколько выстрелов, пахнуло порохом, послышались звуки рукопашной, и все стало затихать. Чужаки высадились и вольно хозяйничали на пристани артели. Я ощущал, как сильно колотится мое сердце. Казалось, что его слышно набатом далеко-далеко. И остро в этот момент ощутилась мирская несправедливость. Только получить молодость и второй шанс и тут же его потерять. Видимо, яркие впечатления дня и стресс от происходящего и повлияли на дальнейшие события.

Неподалеку послышались шаги и раздались громкие голоса на непонятном лязгающем языке. Я осторожно выглянул. Два высоких бойца в подобии защитного обмундирования тащили по песку Ставра. Тот был окровавлен, но еще жив. Кто-то из бандитов толкнул сложенную из камней печь, и та опрокинулась. Занявшийся огонь ярко осветил площадку. Молодой артельщик пошевелился, и ему тут же сноровисто связали руки. Вскоре туда же приволокли еще несколько «наших».

Пользуясь суматохой, я пополз, как рак, задом кустам, стараясь держаться в тени. Вроде никто не заметил. Но только я привстал и попытался совершить рывок, как меня схватили сзади. Даже не знаю, как получилось. Рефлексы омоложенного тела сработали. Как бы то ни было, я сделал бросок и нападавший упал на землю. Кулак тут же ударил по голове здоровенного ошкуя, приведя того в беспамятство. Я даже малость ошалел от произошедшего. Ведь вольной борьбой занимался в далеком отрочестве. Тут бы мне рвануть дальше в темноту, но физические рефлексы здорово уступали пониманию. Не успел я сделать шаг, как на меня обрушились сзади и сознание померкло. Жаль, а так хотелось пожить…

Глава 3

Неприятное знакомство

Разбудили меня солнце и крики на палубе. Затем сверху полился мощный поток холодной воды и послышались явно недобрые слова на неизвестном мне языке. Кто-то невежливо пнул в меня бочину:

— Сто трамп!

При чем здесь президент США? Я чуть приоткрыл глаза. Низкое утреннее солнце светило прямо в лицо. Было жутко холодно и неудобно лежать на сырых досках. Все неудовольствие я выразил в протяжном стоне:

— Сууука… — затем зачем-то добавил фразу из известного фильма. — Кузьмич!

В ответ меня снова стукнули.

— Рос, фставай!

Лишь затем я разглядел говорившего. Рослый ошкуй был уже не в броне. Холщовые штаны с кожаными заплатками на коленях, рубашка из грубого полотна, поверх кожаная жилетка. Рыжеватые