Цель рода - Иван Дмитриев

— Вертолёты? — успел произнести Юсупов, когда машину, ехавшую впереди нас, окутало взрывов. — Твою же мать, — выругался он и переключив передачу вниз, заставил двигатель взреветь и ускорится.

— Уроды, — прошипел я сквозь зубы, открывая напольную крышку и вытаскивая винтовку.

— Куда ты собрался? — крикнул мне Юсупов.

— Стрелять!

— Нет, только внимание к нам привлечёшь!

А я лишь скрежетал зубами от бессилия. Он прав, нам не нужно лишнее внимание. А мой тесть, нажав на газ, выехал на левую полосу.

Но это всё, что он успел сделать, а я увидеть. Очередной взрыв, настиг нашу машину.

* * *

Открыв глаза, первое что я увидел, были горящие свечи, сто́ящие на столе и подсвечивая, скудную обстановку. Покрутив головой, я осмотрелся. Тёмная, с низким потолком комната, по левую от меня руку, было просто неимоверно маленькое окошко с мутными стёклами. Справа судя по теплу, была печь.

— Мяу, — прыгнула на меня белоснежное животное.

Поглаживая животное по голове, я пытался вспомнить, кто я и как я тут оказался. Но всё было впустую. Голова, такое чувство, что раскалывалась.

— Бабушка, он очнулся! — раздался, звонкий голос от стола, где горели свечи.

— Не кричи Катенька, — послышался скрипучий голос. — Ну и как вы себя чувствуете молодой человек?

— Не знаю, голова болит. А так вроде всё хорошо. Кто вы? И где я? — произнёс я, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Ты в моём доме. Я Варвара Петровна, это моя внучка Катеринка, — махнула старушка рукой в сторону стола, а сама усаживаясь на кровать возле меня и кладя свою руку на мой лоб.

— А как я оказался у вас? произнёс я.

— Я тебя и подобрала, у дороги. Лежал весь в крови израненный.

Ещё сутки, бабушка Варя, как она попросила её называть, не позволяла мне вставать с кровати. Поила куриным бульоном и сама помогала мне дойти до туалета. А по вечерам её внучка Катя, рассказывала последние новости, днём-то они были на огороде и ухаживали за скотом.

— А я в это время на огороде, картошку пропалываю, смотрю сперва, вертолёты пролетели, а потом танки едут. Ну, думаю учения какие. Где ж это видано, чтобы война-то была в сердце страны. Они мимо проехали, а через двадцать минут, слышу взрывы. Я Катеньку-то в подпол в сарайку отправила, а сама туда. Пока доковыляла, а помогать-то уже некому, везде убитые, машины горят, а вражины эти уже далеко уехали. Ну я и походила по округе, слышу, кто-то кричит. Каждый раз и всё тише и тише. Пока нашла откуда. А ты бедный в луже крови, у белой машины лежишь, в осколках стекла, только автомат у тебя в руках, да пиджак горит. И кричишь что-то неразборчиво, — рассказывала Варвара Петровна на следующий день за завтраком.

— Да уж. Я теперь вам жизнью обязан, получается. Спасибо вам большое, — произнёс я, задумчиво и встав со стула, поклонился.

— Ой да ладно. Это ведь каждый на моём месте сделал, — махнула она рукой, но по её глазам было видно, как ей приятно.

— А давайте, будем тебя называть Ваней? — произнесла Катя, нарезая хлеб на ужин.

— Почему Ваней? — улыбнулся я.

— Не знаю, ты своего имени всё равно не помнишь, а так сильно похож на героя сказок, — покраснела девушка.

— Хорошо, буду Ваней, — пожал я плечами и мы принялись за скромный ужин. Отварная картошка, зелёный лук и молоко.

А следующим утром, услышав, как начали просыпаться и собираться гостеприимные хозяева, встал и я. Перекусив остатками картошки, я вышел на улицу.

— Внучек, ты то, что поднялся в такую рань? — крикнула мне бабушка, выпускавшая коров.

— Неприлично спать гостю, когда хозяева работают, — крикнул ей в ответ.

— Ну и спал бы дальше, мы уж тут и без тебя сможем.

— Не переживайте за меня, баб Варь, — улыбнулся я женщине и пошёл за ворота.

Деревушка или село, точно не уверен, но говорят, разница какая-то есть. Центральная дорога, домов штук тридцать, неподалёку речка. Вдалеке виднелась и дорога, откуда меня наверно и принесли.

— И кто же я? — вздохнул я, оглядывая стадо коров, которые шли в мою сторону.

— Герой сказок, я ведь говорила, — ткнула меня локтем в спину Катя.

— Да если бы, — грустно проговорил я, поворачиваясь к девушке.

Катя, на вид лет двадцать, высокая, с копной кудрявых светлых волос. С хорошенькой фигурой и ярко-зелёными глазами. Курносый носик и родинка над губой, добавляла ей какого-то шарма. Оторвав взгляд от её пухлых губ, произнёс:

— А ты куда?

— Коров пасти, сегодня наша очередь, — грустным тоном произнесла девушка.

— Ни разу таким не занимался. Наверное, — неуверенно проговорил я, почёсывая голову и натыкаясь на огромную шишку на затылке.

— Это очень скучно, сидишь и смотришь, что бы они далеко ни убежали. Ладно, я побежала. Пока — пока! — махнула она рукой и пошла за прошедшим стадом.

А я, окинув взглядом покосившейся забор, пошёл к бабе Варе. Сидеть без дела нехорошо будет. А так хоть полезным займусь. Видно, что мужской руки в доме не хватает.

А в моей голове пронеслось странное воспоминание. Какой-то мультяшный страус в военной форме, лёжа на завалинке с травинкой в клюве, произнёс, — Солдат спит, служба идёт.

Отмахнувшись от этой ерунды, я спросил у хозяйки дома, где лежат у неё инструменты.

Взяв молоток с гвоздями и топор, я сделал шаг вперёд, но наткнулся взглядом на дровницу, в ней оставалось совсем мало, на несколько дней. А не расколённых пеньков, было огромное количество, плюнув в усе на забор, я взявшись за топор, начал заниматься колкой дров.

— Ты передохни, милок. Сколько уже наколол. Нам теперь надолго хватит, можно и баньку истопить. Если воды натаскаешь, — раздался в стороне голос старушки.

— У вас и баня есть? — удивлённо спросил её.

— Есть, муж покойный с братьями делал, но дров мало было, мы два вёдра воды нагреваем, чтобы сполоснуться.

— А воду, где набрать? — задал ей вопрос, воодушевившись идеи с баней.

— Так на речке, — улыбнулась старушка.

— Теперь я понял, почему вы не пользуетесь ей, — ухмыльнулся я. — Показывайте, где у вас баня.

Я сделал шесть ходок за водой, двадцать минут до речки, тридцать минут с двумя вёдрами на коромысле обратно.

Катя, сидевшая на траве, весело махала мне рукой и громкий хихикала, когда я, чертыхаясь забирался в холодную воду по колено, чтобы набрать ведро.

Наполнив водой бак над печкой и накидав дров, я поджёг берёзовую бересту и вышел на улицу, а через десять минут, я заметил, что из двери бани идёт, дым. Чертыхаясь,