Похититель луридиума - Бобби Пирс

Он медленно листал страницы. Рассматривал фотографии, которые дедушка делал во время археологических раскопок по всему миру. Где он только не побывал! Но вот что он искал, и что нашел, этого Вильям не знал. Как бы ему хотелось расспросить дедушку обо всем! Он переворачивал страницы, одну за другой. Здесь были фотографии со всего мира: и египетские пирамиды, и тайные уголки Амазонии и Тибета. Рядом с фотографиями дедушка отмечал время и место, но ни разу не написал, что искал.

Ступени лестницы заскрипели. Вильям поднял глаза и увидел маму. Он закрыл фотоальбом.

– Можно к тебе подняться? – спросила она.

– Да.

Мама села на пол рядом с ним. Некоторое время она молчала, сложив руки на коленях. Вильям пытался подыскать слова, чтобы начать разговор, но не смог.

– Ты многого не знаешь. Мы должны были защитить тебя, не хотели, чтобы ты боялся, – начала мама.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Вильям.

– Мы с папой… Мы всегда знали, что это не сможет продолжаться вечно. Ты слишком похож на дедушку, – мама погладила Вильяма по голове. – Я думаю, тебе пора узнать, что случилось в Лондоне восемь лет назад, – мама вздохнула. – И почему мы не можем чувствовать себя в безопасности.

– Мы и сейчас в опасности? – тихо спросил Вильям.

– Думаю, да.

Они еще посидели молча. Вильям погладил альбом.

– Можно посмотреть? – спросила мама.

Вильям кивнул. Мама улыбнулась, когда увидела дедушкин почерк с завитушками.

– Как быстро летит время! Кажется, мы виделись только вчера!

Она перевернула страницу. На следующей фотографии была пирамида инков, окруженная густыми зарослями.

– Он обожал свою работу. Всегда был в разъездах. Я и не помню, чтобы он бывал дома, когда я была маленькой. Наверное, поэтому он так заботился о тебе, перед тем как исчез. Ты значил для него все.

– А что с ним случилось?

– Мы точно не знаем. Он пропал сразу после того, как мы переехали в Норвегию.

– Но почему мы переехали? – спросил Вильям.

Мама посмотрела на него.

– Это было связано с работой дедушки. Он считал, что наша жизнь в опасности, и отправил нас сюда, чтобы мы начали здесь новую жизнь. Никто и никогда не должен был узнать, что мы с дедушкой родственники. И поэтому у нас нет его фотографий, и мы почти не говорим о нем.

– Но кто за нами охотится? Почему, если люди узнают, что я разгадал код, это может быть опасно для жизни?

– Вильям, ведь это был самый сложный в мире код. Разгадать его могли только вы с дедушкой. И теперь – это только вопрос времени, когда нас найдут.

Мама перевернула страницу альбома. На следующей фотографии был изображен старый медный ящик полный шестеренок и рычажков. Под фотографией дедушка написал: «Компьютер. Греция (возраст установить невозможно)».

– И еще кое-что… – мама запнулась.

– Что? – спросил Вильям.

– Папа не хочет говорить о том, как его парализовало…

Вильям кивнул.

– Но ты знаешь, что он попал в автокатастрофу, – продолжала мама.

– Да, – кивнул Вильям.

– Он был не один в машине.

– Не один?

– Нет, – сказала мама. – В этой машине был и ты, Вильям.

– Я? – Вильям почувствовал, как у него начинает кружиться голова.

– Ты едва выжил. Я думала, что ты погибнешь. Так говорили врачи. – Мама вытерла слезы, выступившие у нее на глазах.

– Но как же я выжил? – спросил Вильям дрожащим голосом.

Мама посмотрела на альбом и молчала, казалось, целую вечность.

– Дедушка был в очередной командировке. Когда он узнал об аварии, то сел на первый же самолет и вернулся. Неделями сидел у твоей кровати ночи напролет… а потом тебе вдруг стало лучше. Врачи ничего не понимали. А дедушка сказал, что это чудо.

Вильям попытался осознать сказанное. Он был на волосок от смерти? Дедушка сидел возле его кровати, и он выздоровел?

Он снова посмотрел на маму. Она дрожала.

– А от кого мы прячемся? Это как-то связано с аварией?

– Не знаю, Вильям, – сказала мама и встала.

– Но… – начал Вильям и осекся. Было ясно, что мама больше не хочет об этом говорить.

– Завтра мы уезжаем. Здесь теперь небезопасно.

– Куда же мы поедем? – спросил Вильям.

– Подальше отсюда, – сказала мама и скрылась в отверстии чердачного люка.