Математик - Максим Керн

Гоблин недоверчиво посмотрел снизу вверх на тюремщика, а потом развернул и принялся читать бумаги. Газур терпеливо ждал, а я пока от нечего делать осматривал местное средство передвижения. Осмотр подтвердил: магический этот мир или немагический, но что такое рессоры, в этом мире знали, а на колесах были покрышки из чего-то, напоминающего каучук. Покрышки были литыми и толстыми, светло-бежевого цвета, а не давно всем привычного черного, и о том, что такое камерные покрышки, здесь, похоже, еще не додумались. Значит, трясти внутри этого гроба на колесах будет немилосердно – что такое асфальтовое покрытие для дорог, тут тоже наверняка не знают. Я перевел взгляд выше и вздрогнул, неожиданно наткнувшись на пристальный взгляд. Сквозь узкое, зарешеченное оконце автозака, иначе и не назовешь эту гробину, на меня изучающее смотрели чьи-то глаза. Лица в темноте «дилижанса» видно не было, только глаза, часть лба да прядь черных как вороново крыло волос. И взгляд этот не сулил мне ничего хорошего, столько в нем было ненависти.

Наконец гоблин закончил изучать бумаги, окинул меня с ног до головы скептическим взглядом и недовольно поджал губы.

– Оно, конечно, начальству виднее, – буркнул коротышка, аккуратно складывая бумаги и засовывая их в карман. – Но ты хоть представляешь, Газур, что с ним сделают в школе? Людей там не любят. А уж наследников высших родов… Твой Бишоп что, не знает, что там за детки? Проще было бы прибить и прикопать где-нибудь, все бы не так мучился.

А вот это уже интересно… Я навострил уши, боясь пропустить хоть одно слово, могущее пролить свет на мое положение в этом мире. Наследник? Значит, тот маг не шутил?

– Ты слишком много болтаешь, Бурдан, – рыкнул тюремщик, подтолкнув меня к гоблину. – Наше дело – исполнять приказы. Будешь задавать много вопросов – быстро на голову укоротят. Все, я свое дело сделал. Забирай заморыша.

Гоблин покачал головой и достал из висевшей на поясе небольшой кожаной сумки пару широких браслетов с выдавленными на них странными знаками, похожими на шумерскую или египетскую клинопись.

– Руки вперед, ладонями вниз, – скомандовал гоблин, и мне ничего не оставалось, как подчиниться.

Браслеты, оказавшиеся довольно увесистыми, по полкило каждый, не меньше, защелкнулись на моих запястьях. И что это? На наручники не похоже, никакой цепи между ними не было. Но и вряд ли это украшения, совсем не похоже. Гоблин потянул за короткий рычаг, торчащий из борта «дилижанса», что-то щелкнуло, и часть борта отъехала в сторону, открыв проход внутрь «автозака».

– Заходим. Полиандр, принимай пассажира!

Я поднялся по откидным ступенькам, и двери за моей спиной захлопнулись. Внутри было темно, как в погребе. Узкие зарешеченные окошки, похожие больше на смотровые щели, пропускали мало света, и прошло несколько секунд, прежде чем глаза начали привыкать к полумраку.

– Чо застыл, человечек? Двигаем ножками, мясо, – раздался грубый голос, «дилижанс» внезапно дернулся, и я еле удержался на ногах, схватившись за решетку, перегораживающую перевозку надвое.

Передо мной, прочно утвердившись ногами на качающемся полу и похлопывая короткой дубинкой по ладони, стоял гном. Широкий, почти квадратный, с заплетенной в три толстые косички рыжей бородой и носом-картошкой. Я уже почти перестал удивляться. В этом мире вообще есть люди? За все время своего пребывания здесь я людей практически не видел, только один раз, мельком, в коридоре, когда Газур вел меня на допрос к дознавателю. А может, и не людей? Вглядываться в лица мне тогда было как-то недосуг. Интересно…

Из задумчивости меня вывел удар в живот, от которого я рухнул на колени, пытаясь набрать воздух в легкие.

– Я что, непонятно объяснил, мясо? – последовал еще один удар дубинкой, на этот раз по спине. – Вперед, заходим! – заскрежетала решетка, меня как котенка приподняли с пола и зашвырнули внутрь. Гном запер решетку и уселся на отполированную до блеска широкую деревянную скамью, тянущуюся вдоль борта. Похожие скамьи, только поуже, были и в отделении, где я находился. Глаза уже привыкли к скудному освещению, и я обнаружил, что в камере не один.

– Ой, ты только посмотри, Эли! Человек! – протянул сидящий в углу худощавый паренек. В полутьме «дилижанса» его глаза светились, как у кошки. – Когда ты последний раз видела вблизи человека?

– Когда меня судили, – проговорил еще один голос, явно принадлежавший девушке. Я повернул голову и нос к носу столкнулся с девчонкой, смотрящей на меня тяжелым, ненавидящим взглядом. Это ее глаза я видел в окошке. – Судья был человеком.

Я отшатнулся, пребольно ударившись головой о край лавки, да так, что искры из глаз посыпались.

– Чего вам плохого люди сделали? – осторожно спросил я, потирая саднящий затылок и на всякий случай отодвигаясь в противоположный угол.

– Издеваешься? – ощерилась мне в лицо девчонка, и я с ужасом увидел в ее оскале две пары острых клыков.

Тоже не человек. Вампирша. Я инстинктивно схватился руками за шею, вжавшись в трясущийся борт «дилижанса», что не укрылось от девчонки.

– Правильно боишься, человечек, – прошипела вампирша. – Подожди, придет ночь – тогда мы с тобой по-другому поговорим…

– Поли! – В передней части «автозака» открылась задвижка небольшого окошка, и в нем показалась недовольная физиономия гоблина. «Дилижанс» был поделен на три секции: одна для заключенных, вторая для охраны. А в третьей наверняка со всеми удобствами устроился коротышка. Начальство – оно во всех мирах одинаково. – Присматривай за пассажирами. Человек должен доехать до школы целым и невредимым. Понял?

– Доедет, никуда не денется, – флегматично ответил гном, почесав в бороде. – Не извольте беспокоиться, мастер Бурдан, у меня завсегда порядок.

– Смотри мне, – буркнул гоблин, окинув меня еще одним внимательным взглядом, и окошко закрылось.

– Слышали, мясо? – Гном пнул по решетке ногой, обутой в тяжелый ботинок. – Чтоб человечка не трогали. Тебя особо касается, ворюга клыкастая. И не шипи мне тут, а то бурнусской соли в камеру сыпану. Поняла?

– Не будь на мне этих браслетов, я бы с тобой по-другому поговорила, недомерок бородатый, – повернулась к гному вампирша, найдя новый объект для ярости.

– Да-да, конечно, – зевнул конвоир, ничуть не испугавшись угроз девчонки. – Посмотрим, какая крутая ты будешь в школе. Там и не таких обламывали.

Девчонка тряхнула гривой черных волос, прошипев себе под нос что-то явно матерное.

– Ладно, живи пока, человечишка, – покосилась она на меня, вновь усаживаясь на лавку. – С тобой мы попозже разберемся. Локк, ты слышал? Этот человечек-то еще из благородных! Целый наследник какого-то рода из высших! Представляешь?

– Да ты что? – Парень, которого вампирша назвала Локком, неуловимо быстро переместился-перетек из своего угла, усевшись рядом с девчонкой на лавку и упершись ногой в решетку, и теперь смотрел на меня своими кошачьими глазами, как на какое-то редкое насекомое. А он кто? Что за раса? Какой-то человекокот? – Наследник рода, и здесь? Ты ничего не перепутала, Эли?