Живой проект - Дарья Еремина

Новость об исчезновении живого проекта мгновенно разнеслась по головному офису LPI. После того как Александр не ответил на вызовы в начале рабочего дня, в его квартиру в кампусе наведался сотрудник СБ. Для проформы прочесав территорию, информацию передали наверх.

Михаил, пытающийся спасти еще имеющие шансы на спасения контракты направления «Живого проекта», днем ранее улетел в Венесуэлу. Петр получил сообщение об исчезновении живого проекта около трех часов дня и к четырем уже читал подписанную шефом безопасности докладную записку, в которой говорилось о плановой профилактической работе и десятиминутном отключении внешних камер слежения. Он был осведомлен, что в девять вечера у Александра назначена встреча в какой-то студии, а послезавтра, в официальный выходной день, которого по корпоративным правилам даже заместитель президента не мог лишить живой проект, он собирался выступить перед митингующими. Петр знал все (или считал, что все), происходящее с живым проектом по факту, но влезть в его деятельность не мог, так как не мог нарушить прямой приказ Михаила. Новость об исчезновении Александра необыкновенно порадовала Петра, но ему предстоял бы крайне неприятный разговор с Михаилом, не выполни он и Виктор требуемых в подобных случаях процедур.

Виктор запустил поиск по номеру чипа Александра, и, удостоверившись, что сигнала нет, сообщил об этом Петру. С просьбой о поиске пропавшего живого проекта, как и обычного человека, в правоохранительные органы можно было обратиться не ранее, чем через трое суток. Ввиду того, что исчезновение живых проектов в последнее время стало обычным делом и искать их особо не приходилось: спустя какое-то время где-нибудь в подворотне, парке или лесополосе какой-нибудь собачник находил разлагающийся труп, — заявление об исчезновении Александра должно было затеряться в стопке подобных дел. Ни у Петра, ни у Виктора не было сомнений в том, что правоохранительные органы в этом деле не помогут корпорации. Эта мысль пришла в головы обоим около четырех пятнадцати, когда Виктор спускался на лифте с этажа директората. Оба печально вздохнули и переключились на повседневные дела. Беспокоить президента корпорации из-за исчезновения очередного живого проекта никто не собирался.

* * *

Федор Иванович почувствовал неладное, когда телепрограмму, в которой должен был участвовать Александр, заменили. Безуспешно попытавшись связаться с живым проектам по всем известным каналам связи, Федор Иванович устало опустился в кресло и прикрыл глаза ладонью. «Случилось!» — подумал он и тихо заплакал. Через несколько минут, стремительно поднявшись, ученый вытер глаза и раскрыл контакты. Если только они сразу не убили его…  если они следуют протоколу «Живого проекта», то отправят Александра на одну из станций.

Федор Иванович знал весь научный персонал на Арктике-1, но набрав номер, он с тяжелым сердцем положил трубку. Что и кому он скажет? О чем попросит? Кого подставит? Пройдясь по кабинету туда обратно, профессор набрал номер приемной президента LPI. Гудки казались бесконечными. В конце концов, Федор Иванович вспомнил который час и собирался отключиться, но не смог шевельнуть пальцами. Телефон президента не может быть недоступен, он знал это так же определенно, как и то, что способен еще что-то изменить.

Когда на другом конце послышалось вежливое приветствие, Федор Иванович на мгновение потерял дар речи.